Во власти бандита (СИ)

  
Глава 39. Лера
 
Вспышка удовольствия пронизывает тело вместе с его грубым и резким толчком. Хочу его в себе, хочу его всего… я просто до сумасшествия хочу его себе.
Тело как будто оголенный нерв. От каждого его прикосновения взрываюсь и тянусь только ближе. Этот мужчина меня превращает в сумасшедшую, зависимую… от него… его тела… его близости… наркоманку.
— Хочу еще, — шепчу искусанными в кровь губами.
Мой порочный стон утопает в нашем поцелуе. Жадном, сладком, таком ненасытном поцелуе…
Он входит в меня на такой скорости, что под нами дрожит кровать. Но я хочу больше, сильнее… еще и еще…
Он останавливается и я, хныча начинаю сама под ним дергаться, пытаюсь возобновить его грубые толчки. Но Руслан только усмехается, а после обжигает своим горячим взглядом.
— Ненасытная девочка. — Он все еще во мне, чувствую, как пульсирует его плоть, но он не двигается. Изучает глазами то, как я тянусь к нему. Как моё тело начинает трясти от того, что мне не хватает его. — Жадная…
Проводит языком по моим губам, а тело бьет в ознобе как будто от ломки.
— Запомни, девочка, ты принадлежишь только мне! Ты моя! От меня никогда не уйдешь, не скроешься. Живой так точно.
Господи, что он говорит? Что значат эти слова? Разве о таком говорят в такие моменты?
— Твоя, — хнычу, практически плачу. Его. Его. Кто же против? Тут все только за!
— Не слышу, — рычит и в шею мою зубами вонзается как животное, как дикий хищник, который поймал свою добычу и теперь с ней развлекается.
— Я твоя! — Кричу громче, настолько на сколько могу это сделать охрипшим от крика голосом. — Только твоя…
— Еще, — рычит, проводит языком по месту укуса. А меня как будто от разряда тока подкидывает. Я его… а он… он…чей?
— А ты? — Шепчу, вонзаю ноготки в его плечи и одним резким движением веду пальцы вниз. Оставляя раны, следы, шрамы… Я его помечаю… Помечаю так, чтоб все видели, что он занят!
— Чего? — Глазами в меня впивается, а я вижу только грозное небо… На котором вот-вот начнут блистать молнии.
— Ты мой? — Произношу дрожащим голосом. Мне нужно знать. Мне очень…оченььь… ааа…
Стону, выгибаюсь, когда его движения возобновляются. Он вбивается в меня на нереальной скорости. Срывает с губ стони, крики… Из глаз брызгают слезы… Он не ответил… не ответил… Не сказал да…но он и не сказал нет…
Я наглею. С той самой ночи, с того момента как он приказал сказать, что я его. С той секунды как заснула рядом с ним в одной постели. Я поняла, что не буду всего лишь его развлечением. Он сам меня захотел, сам заставил поверить в то, что все это реально и… Я поверила ему. Точнее поверила в то, что нарисовала в своей голове. Поверила в свои фантазии, в свои мысли и решила воплотить их в реальность.
Для начала я пришла в его спальню на следующий день, пока он еще был… на работе? На разборках? Кого-то убивал? Терзал? Допрашивал? Я не хотела знать, что он там делал. Я абстрагировалась от того, чем он занимается. Меньше знаешь — крепче спишь.
Я легла в его постель и уснула. Почему я это сделала? Потому что перед этим, когда мы проснулись после той ночи, он мне сказал, чтобы я больше никогда не засыпала в его кровати. Никогда! И я сделала это ему назло. Сделала это, чтобы доказать, что его “никогда” для меня пустые слова!
Он взбесился. Я видела это сквозь ресницы слегка приоткрытых век. Я видела, как он ринулся к кровати. Почувствовала, как он содрал с меня одеяло и… не смог меня стащить с кровати. Он даже не решился меня разбудить. А только лишь присев на край постели смотрел на меня… Смотрел так долго и жадно что я сама не знала, как сдержалась и не накинулась на него.
Утром, когда я пыталась тихонько выскользнуть с постели он словил меня за руку. Жесткий захват, которого я не ожидала.
— Собралась уйти точно так же как пришла? Как маленькая воришка? — Прорычал он и одним резким движением притянул меня к себе.
— Воришка? Я ничего не украла, — смотря в его глаза отвечала на его нападки.
— Я сказал тебе не оставаться здесь ночевать.
— А я не послушала, и не стану слушаться дальше. — гнев и непонимание смешались в его глазах. Он как будто восхищался тем, что я так осмелела, но и одновременно злился, что я брыкалась.
— Какого черта ты творишь? — Его хватка ослабла, а я и вовсе потеряв страх перекинула ногу через него и усевшись верхом нагнулась к нему ниже. Скользнула языком по его шее, вильнула бедрами на его каменном стояке и тут же взвизгнула от жалящего шлепка по ягодице.
— Хочу быть ближе, разве это преступление?
Наверное, это был первый раз, когда мы занимались сексом нежно, не спеша и без всяких угроз. Просто получали удовольствие друг от друга.
Я продолжала наглеть и начала таскать вещи в его комнату. Я перетянула туда все, что только могла. Он бесился, кричал, швырялся моими шмотками…. но после бросал их туда откуда взял, а меня раскладывал на столе…подоконнике… кровати…
— Чья ты девочка? — Рычал мне на ухо, и я отвечала…
— Твоя.
Месяц. Месяц долгого пути и просто львиная часть проделанной работы. Я добилась того, чтобы от меня убрали Амелию, которая облизывала взглядом Руслана при любом удобном случае. Следующая на очереди была Мария. Но тут я пока что не спешила. Пока что она не совершила никакой глупости.
Были моменты, которые меня смущали в этом доме. Были закрытые комнаты, в которые было нереально попасть. И я не решалась спрашивать у Руслана, что именно там находилось… я боялась. Боялась того, что у него была другая жизнь, другая женщина…или быть может семья. А что если, открыв двери этих комнат я обнаружу то, что сможет причинить мне боль? Убить меня? Уничтожить?
Но я попаду в одну из комнат… я попаду в нее тогда, когда это бы точно не следовало делать… И пожалею… я очень сильно об этом пожалею…
Я, как и в последние две недели поехала на прогулку. Сначала погуляла в парке, кутаясь в теплое пальто. На улице уже похолодало и приходилось одеваться тепло. Покормив уток на пруду, я в сопровождении трех громил направилась к машине. Да, я отвоевала чтобы рядом со мной не было Амелии, но взамен пришлось согласиться на трех огромных шкафов и дать слово, что я больше не буду брыкаться.
Мне выдали телефон и теперь я созванивалась с мамой. Она мне сказала, что ей принесли кучу каких-то подарков и повысили пенсию. Преподнесли это все таким образом, как будто государство стало заботиться о стариках, и мама очень быстро поверила в эту сказку. Только вот я не верила в это все. И задав один вопрос Руслану, он мне честно ответил, что это все его рук дело. Еще раз напомнив о том, что пока я буду хорошей девочкой и не буду его расстраивать у меня и моих близких все будет хорошо.
Руслан стал оттаивать. Если раньше он был холодным и жестким, то сейчас в интимные моменты проскальзывала нежность. И я очень сильно дорожила такими изменениями. Я надеялась, что через некоторое время я смогу добиться большего.
Мне не нужны были его деньги. Не нужно было то, чтобы за мной ходили кучи охранников, возили меня в дорогие рестораны и сдували с меня пылинки. Я хотела его внимания. Хотела проводить больше времени вместе. Хотела стать для него по-настоящему кем-то важным…
Сев в машину мы, как и всегда направились к ресторану в центре, в котором я обедал в последнее время.
Сев за столик в ожидании своего заказа, я начала рассматривать посетителей. Очень редко Руслан обедал со мной именно здесь. И я каждый раз приезжала сюда, чтобы посмотреть, а вдруг он здесь с кем-то…
В прошлый раз он здесь был с мужчиной. Они о чем-то беседовали, и я просто наблюдала за тем, как Руслан вел беседу. Как поправлял манжет рубашки и какое у него было выражение лица. Какой у него был холодный взгляд и как при этом его собеседник на него смотрел. Мне нравилось то, что Руслан был таким — пугающим, колючим, холодным… И нравилось растапливать в нем этот лед… шаг за шагом…
Видя, как его все боялись вокруг, все больше и больше хотелось стать для него той, которую он будет баловать. Которой он будет дарить свою нежность и … любовь… Это слово я могла произносить только про себя. Руслан не говорил о чувствах. Он не говорил об отношениях. И я не решалась у него спросить. Скорее всего, боялась услышать, что кроме сексуального желания у него ко мне больше ничего нет…