Во власти бандита (СИ)

Господи, как же так? Неужели он и правда меня предал? Может, хватит в розовых очках ходить и на мир через них смотреть? Может пора уже правде принять и проанализировать все? Сопоставить все факты и выводы сделать?
Глаза от пола поднимаю и снова в Руслана впиваюсь взглядом как колючка. У меня к нему вопрос последний остался. Думаю, после него вся моя дальнейшая жизнь и решится. Точнее даже не вопрос, а просьба.
— Ну, рожай быстрее, хорош губы сосать и глазами меня сканировать. Валяй, не стесняйся.
Его слова и выражения заставляет меня покраснеть. Этот мужчина не привык скрывать своих эмоций и, кажется, своими вопросами я его злю. Но мне нужно хотя бы попытаться помочь Диме, да он мразь, тварь, если все что говорит Руслан правда. И судя по тому, что меня ждали головорезы в моей квартире, в словах мужчины не стоит сомневаться.
Но я не мразь, я не могу дать умереть человеку, если знаю, что есть возможность ему помочь. Спать нормально не смогу. Есть разные способы, чтобы наказать или проучить, но убивать, лишать жизни? Мы не боги, чтобы решать кому умирать. И я надеюсь… Господи, я просто надеюсь на то, что Руслан мне не откажет.
Я понимаю, что нахожусь здесь не просто так… Он мне с первой встречи прозрачно дал понять, что к чему и то, что он меня хочет не секрет, мужчина этого не скрывает. Он возьмет меня по моему согласию или по своему желанию. Хотела бы я надеяться на другой расклад, но похоже за спасение собственной жизни придется дорого заплатить.
— Помоги ему, — собственный голос не узнаю, обнимаю себя руками и смотрю на то, как тучи сгущаются в его глазах.
— Я не занимаюсь благотворительностью, ищи помощь в другом месте, — вроде простые слова произносит, без оскорблений, но звучат они так, как будто он меня проклинает, хочет испепелить в эту саму секунду, взглядом своим прожигает, еще немного и я и правда сгорю, превращусь в пепел.
— Мне больше не к кому пойти, — голос срывается на хрип, он моя последняя надежда. Если он сейчас скажет “нет”, я не знаю, что делать дальше. Мне нужно чтобы он согласился, чтобы я смогла груз с души снять.
— Меня должно это волновать? — наши глаза встречаются, и я начинаю хватать воздух ртом. Таким я его еще не видела, он смотрит так, что самой в петлю хочется голову просунуть. Как будто я в его глазах так низко пала, что ему противно со мной даже разговаривать.
— Я согласна на все! У меня есть деньги…
Я смогу уговорить маму продать дом, смогу взять деньги в кредит, например на работе попросить пару зарплат вперед, если он даст мне немного времени… У меня есть наша с Димой старая машина, она на меня оформлена, если ее продать за пол цены, то…
Его губы кривятся в усмешке, мужчина вальяжно откидывается на спинку стула и жадно меня разглядывает.
— Денег у меня предостаточно, а вот тебя в моей коллекции еще не было, — его глаза темнеют и скользят по моей фигуре. Дыхание перехватывает, я всего ожидала, но не таких торгов. Я не думала, что придется тело продавать, не думала, что он захочет именно это взамен… Я допускала, что он может потребовать… Но пока собственными ушами не услышала, не понимала, насколько это мерзко…
— Что… что ты имеешь в виду? — с ужасом смотрю на него и вижу, как мужчина довольно скалит зубы. Надеюсь услышать, что он пошутил, что не опуститься до такого шантажа… Надеюсь… Но тут его голос развеивает все сомнения.
— Хватит строить из себя дуру! Ты все прекрасно понимаешь. Раздевайся!
  
Глава 20. Руслан
 
Сучка выёбистая! Вроде на расстоянии приличном стоит, трусится от страха и ужаса, а ощущение такое как будто душит меня, воздуха лишает. Вроде из нас двоих в безвыходном положении она. Вроде как я жизнь ее спас, а смотрит на меня так, как будто я ее в грязи извалял и мне этого мало.
Глаза бы ее закрыть, чтобы никогда больше этого взгляда проклинающего не видеть, но не могу. Смотрю на нее и понимаю, что увяз, по уши во все это дерьмо втянулся. Только вот чем больше я к ней тянусь, тем сильнее она меня отталкивает. Не нравятся ей мои методы, ухаживаний ждет? Подарков? Слов красивых?
Губы свои сосет и снова этим взглядом смотрит, как будто кишки мои на кулаки наматывает. Знаю о чем попросит, ей даже рта раскрывать не нужно. Хочет, чтобы сосунку ее помог, не дал ему умереть. Жизнь его спас, он ее под нож пустить хотел, а она жизнь его никчёмную спасает.
— Помоги ему, — хочется засмеяться, встряхнуть ее хорошенько и заставить уже мозгами пораскинуть. Наконец начать думать, анализировать все то дерьмо, в котором она оказалась. Но она сейчас похоже решила, что если ему не поможет, то жить спокойно не сможет, вершительница судеб, блять.
Усмехаюсь, бабло мне предлагает, интересно откуда она бабки собралась брать? Хижину матери продать? Всех решила с голыми жопами оставить, только бы ублюдка вытащить? А дальше что? Что будет потом? Она подумала?
Разговор становится скучным, девчонка губы кусает, глаза на мокром месте, еще немного и на колени упадет и просто рыдать начнет. Решаю завершить бессмысленный разговор. Озвучиваю цену, для начала, уверен ее уже и это в шок повергнет, может, хоть это заставит ее немного встряхнуться и понять, что ублюдок того не стоит?
— Хватит строить из себя дуру! Ты все прекрасно понимаешь. Раздевайся! — замирает, ресницами хлопает и глаза на меня таращит.
— Ты…ты… же шутишь? — обнимает себя руками и шаг назад делает. Заебал меня этот цирк. Сама за мной поперлась, начала все это дерьмо в уши лить. Я ей все по полочкам разложил, объяснил, что к чему, но похоже она по — нормальному не понимает.
— Я похож на человека, который любит шутить? Ты хочешь спасти мразь последнюю, я хочу тебя, давай решать вопрос, — резко со стула подрываюсь и вижу, как она в стену впечатывается, если бы могла сквозь стены проходить, то уже бы испарилась из моего кабинета только так.
Подхожу ближе, чувствую ее запах и поминаю, что долго сдерживаться не смогу, она на меня как наркотик действует, превращая меня в долбанного наркомана. По венам ее пустить хочу, кайф словить.
Одежду ее сорвать и на член насадить, крики с ее губ срывать, драть так, чтобы всю дурь из ее головы выбить. Пальцы в кулаки сжимаю, по обе стороны от ее головы упираю и в глаза ее смотрю, ведьма, самая настоящая.
— Ну так что скажешь? Сама тряпье свое снимешь или хочешь, чтобы я тебе помог?
  
Глава 21. Лера
 
Он пускает ток по венам, страх начинает ползти по позвоночнику и оставлять после себя липкий и противный след. Смотрю на мужчину затравленным взглядом, чувствую на своих губах его горячее дыхание. Он слишком близко, слишком опасно все это.
— Ну так что скажешь? Сама тряпье свое снимешь или хочешь, чтобы я тебе помог?
Прикрываю глаза и сглатываю, вот она моя судьба? Расплачиваться телом? Раз не с теми упырями то с ним? Лучше с одним чем по кругу пойти?
Чувствую еще немного, и я заплачу, начну белугой выть. Но я не могу позволить себе такой роскоши, не могу на колени перед ним упасть.
— Нет! — глаза распахиваю и на него смотрю, не моргая.
— Что нет? — одну руку от стены убирает и к моей щеке прикасается, к той по которой ублюдок меня ударил. Зубы сжимаю, но все равно кривлюсь и начинаю шипеть. Наверное, моя щека уже так распухла, что я непонятно на кого похожа. А Руслан продолжает бережно по ней вести пальцами.
Теряюсь, не знаю, где правда, а где лож… Словами жалит, пощечины дает, практически на колени ставит, а руками ласку причиняет, прикасается так, как будто боится причинить боль.
— Ничего снимать не стану, — я не шлюха, чтобы телом расплачиваться.
— Значит грош цена твоей любви, — его глаза снова черными как ночь становятся, а у меня сердце от боли сжимается. Как он может такое говорить?
— Ну ты и ублюдок, — шиплю и вперед подаюсь, наивно полагаю, что он отойдет в сторону и даст мне на безопасное расстояние отойти.
— Ублюдок? — усмехается и снова к стене меня толкает. — Похоже ты не умеешь ценить хороших поступков, с тобой нужно только кнутом? По-другому не понимаешь?