Новая реальность (СИ)

Все время, прошедшее с арестов, я просматривал записи «доверительных бесед» с арестованными временщиками, которые весьма оперативно поставлялись мне людьми Ушакова. Довольно увлекательное чтиво, надо сказать. Подробное и дающее отсылки на документы, считай, что государственной важности, о которых я даже не подозревал никогда, и которые мне иногда хотелось схватить, скрутить в тугую трубку и забить кого-нибудь из этих деятелей до смерти. Потому что ставили те документы Россию в очень невыгодное положение, и что самое обидное, что это были начинания деда, только вот, думаю, что он сбрендил к старости, раз такое допускал. Больше всего меня порадовал Венский союзный договор, особенно его второй артикул, в котором говорилось, что Россия обязана была в случае войны, затрагивающей интересы Австрии, незамедлительно присоединиться к испано-австрийскому союзу и брала на себя обязательства оказывать помощь Австрии против агрессоров: «наступательную войну объявить и против оного с общего согласия оружием выступить, и с ним мира не учинить и не заключить, разве по поправлению обид и вреда и с совершенного соизволения Его Цесарского Католического Величества». А девятый артикул вообще мечта. В нем говорилось о приглашении к этому союзу Речи Посполитой и Саксонии. Ну давайте, Польшу на нашу вечеринку позовем, а чего не Швецию? В остальных артикулах было вроде бы про обоюдные гарантии, но почему-то только Россия должна была сделать то, сделать это… Ни Австрия, ни Испания при этом ничего, кроме создания общего военного совета во время проведения совместных военных действий делать была не должна. В паре фраз упоминалось, что Австрия берет на себя те же обязанности в отношении России, если на нее нападет кто-то, но с маленькой оговоркой. Если такое все-таки случится, то император берет на себя «гарантию всех государств, провинций и областей, от Ея Величества Всероссийской в Европе владеемых». То есть он будет «крышевать» мои владения в Европе, которых у меня целых… ни одного, в то время, когда моя страна будет кровью захлебываться, отбиваясь и надеясь на помощь союзничков. А больше его Католическое величество ничего не хочет? Ну там, чтобы я ему пятки почесал, а Лизка спинку потерла?
Вот за изучением данного документа я и просидел почти трое суток, вникая в его пункты и подпункты. Прошли уже целые сутки с тех пор, когда я на пункте о том, что Австрия якобы поддержит Россию в ее начинаниях в борьбе с Турцией я не удержался и воскликнул вслух:
— Ну да, конечно, я прямо во все это поверил. Поддержит она нас. Это ведь единственное место, где наши интересы конкретно так пересекаются. Нет уж, шиш им. Или договор будет переписан, или я его разорву. Слава богу он не ратифицирован, нахрена мне нужно небо над Аустерлицем, вместо того, чтобы как следует оборону подготовить? Ну, не мне, а моим потомкам, если они у меня все же появятся. Репнин! — дверь тут же распахнулась и появился вызываемый мною Репнин.
— Ты бы, государь, не изводил себя так, болел же недавно. Поберечься надо бы, — тут же выдал с порога адъютант, глядя преданно и с нескрываемой тревогой.
— Как только с этим дерьмом разберусь, так сразу и на боковую, — я придавил пальцем к столу договор. — Посла австрийского ко мне.
— Когда? — Репнин помотал головой, чтобы в ней хоть немного прояснилось.
— Вчера, — отрезал я и снова погрузился в изучение на этот раз не только Венского договора, но и всех остальных побочных, заключенных уже Верховным тайным советом. Эти договора просто изумительно учитывали интересы членов совета и Австрии, но почти никак не касались России и ее благосостояния, точнее касались, только в противоположных от благосостояния интересах.
Процесс доставки ко мне австрийского посла несколько затянулся, наверняка это было связано с тем, что я его секретаря выслал, предварительно выдав за него свою теперь уже бывшую невесту Екатерину Долгорукую. Меня это ожидание сильно напрягало, потому что почти все, что я так старательно изучил, просто кричало о том, что придется ехать в Вену самому, хотя бы просто для того, чтобы познакомиться, и обозначить намерения. Слишком уж много всего лишнего эти затейники навертели. Остальным займутся дипломаты, если, конечно, я не разорву вообще все отношения с империей и не вернусь, чтобы войска к войне готовить. Вот этого-то мне конечно же не слишком хотелось. Но ничего исключать я не мог, слишком шаткое положение было у России, слишком многим хотелось бы ее на зуб попробовать. Единственное, что сдерживало Европейских соседей, это все еще не очухавшаяся и не вставившая выбитые зубы Швеция. Но долго так продолжаться не может, и вот это было понятно абсолютно всем. Недаром же Англия, паскуда такая, до сих пор посла нормального не прислала. Хоть с Испанией немного с самого моего появления слегка подфартило. Деньги во всяком случае выделены, и уже начали осваиваться. Накануне радостный Миних письмо с курьером прислал, что в Кронштадте все верфи заняты, и он даже умудрился дополнительные заложить, потому что денег пришло много, гораздо больше, чем раньше выделялось. Это какого же объеме казнокрадство-то было, если Миних так возбудился и хочет на остатки много чего хорошего построить? Ведь цена одного фрегата выверена и испанцы ни полушки лишней не дадут сверх оговоренного.
 
Но Испания преследует собственные интересы, тем более, что ей, похоже, вывезенное из Америки золото руки жжет, вот они и расстарались, чтобы флот Российской империи усилить, дабы потом под любым более-менее удобоваримым предлогом нас с англичанами лбами столкнуть. А вот с Австрией вообще ничего не ясно. Понятия не имею, что собой представляет Карл шестой. Знаю только, что благодаря многочисленным родственным и околородственным связям каждый из европейских монархов может претендовать на корону еще как минимум парочки государств. Если хорошо покопаться в моей родословной, то я, возможно, тоже на что-то имею право, причем на самых что ни на есть законных основаниях. Ну а что, вроде бы жена того же Карла моя родная тетка. Причем она тетка еще роднее Лизки, все-таки моя мать и она — родными сестрами были. Так могу я или нет навестить тетушку чисто по-родственному? Решение будет зависеть от того, что мне скажет посол, может, и не придется тащиться в Вену, потому что я не слишком хорошо представляю себе, как долго может подобная поездка продлиться, а у меня и здесь дела найдутся.
В коридоре послышалась какая-то возня, звуки ударов и просто площадная брань. Интересно, кто там развлекается? Но интерес интересом, а пока сделаем вид, что ничего не происходит, и что я банально оглох.
— Государь, Петр Алексеевич, — Репнин на этот раз выглядел растерянным. Я поднял на него глаза, про себя отмечая, что возня в коридоре как будто бы прекратилась. — Там это… — он замялся, а я почувствовал, что еще немного и меня просто разорвет от любопытства.
— Что там, Юрий Никитич? Что там такого, от чего ты выглядишь так, будто тебя по башке огрели.
— Ну, тут станешь огорошенным, — Репнин заметно сконфузился. — Особливо, ежели узнаешь, что там Ванька Долгорукий к тебе рвется.
— Кто? — я захлопал глазами. Вот это фортель так фортель, прямо с переплясом.
— Иван Долгорукий. Но он… — Репнин запнулся. — Он…
Что такого интересного мой адъютант разглядел в разыскиваемом Долгоруком, который приперся сюда сам и которого охрана вот так запросто пропустила, Репнин не успел сказать, потому что дверь распахнулась настежь и в нее ввалилось в прямом смысле этого слово крупное тело, от которого несло таким сивушным перегаром, что я даже сидя на отдалении за столом закашлялся. Тело растянулось на полу, при этом до пояса оно лежало в кабинете, тогда как остальная часть осталась в коридоре. Когда лежавший приподнял голову, то я с трудом узнал в этом опухшем забулдыге красавца и любимца женщин Ивана Долгорукого. С трудом сфокусировав на мне мутный взгляд, он расплылся в пьяной улыбке и произнес.
 
— О-о-о, нкц-то, я пишл, — после этого голова упала на пол с глухим стуком, а тело начало из кабинета выползать. Я несколько раз моргнул, пока до меня, наконец, не дошло, что Ваньку кто-то схватил за ноги со стороны коридора и пытается вытащить из кабинета.