Темное время суток (СИ)

Души слабы, сказал Игорек.
Ты прав. Мы все слабы.
Форт выдвинулся из тьмы и навис над ними, заполнив собой мироздание. Старый замок, доминирующий над хаотическим нагромождением одноэтажных домишек, лачуг, палаток, вагончиков. Музейная реликвия, что обрела вторую жизнь. Окруженный недостроенной железобетонной стеной, глубоким рвом с водой и земляным валом, увенчанным колючей проволокой, замок словно бросал вызов вселенной. Он был вне времени и пространства. Почти все окна-бойницы светились. Над окрестностями разносился утробный гул — строительство стены не прекращалось и ночью. Исполинская стрела крана, ворочаясь в заторможенном кошмаре, переносила прямоугольную секцию. Джип взобрался на вершину холма, и перед Рамоном открылся захватывающий вид — зарево электрических огней, десятков костров и развешанных на деревьях фонарей, разъезжающие по улицам бронетранспортеры, небольшой аэродром с наростами ангаров…
Перебравшись через ров, беглецы прошли очередную проверку. Проверяли свитком с начертанными на нем письменами. Рамон видел, как загорелись странные закорючки, едва подъехала «лада». Кадилов начал что-то объяснять. Охранник дважды переспрашивал. Среди обрывков фраз Рамон услышал слово «представитель». Страж кивнул и дал знак проезжать.
Рамон сбросил скорость до тридцати километров в час. Повсюду ходили вооруженные люди. Откуда-то доносились крики и смех. В воздухе пахло жильем, готовящейся пищей…
И страхом.
Безысходностью и проблесками надежды.
Отчаянием и решимостью.
Всем понемногу.
Полина выгнулась дугой и зарычала. На краткий миг черты ее лица исказились, утратив сходство с человеческими… Снова — беспокойный сон, бормотания и всхлипы.
Пройдет день.
Настанет ночь.
И Полина перевернется. Рядом с Рамоном враг. Та, которую он должен убить.
Он знал, что никогда не сможет.
Ночь пожирала разумы. Отвратительно чавкая, заглатывала сны, мечты, желания и воспоминания. Все это переваривалось в котле Неизведанного. Звезды вгрызались в глаза и сверлили мозг. Рамон боялся завтрашнего дня. Он не хотел будущего. Будущее несло в себе семена отчаяния. Будущее разделит его и Полину.
Крепость словно присела под грузом веков. Монолитная громада в романском стиле: четыре башни (одна полуразрушена), вросшие по углам в призму главного здания. Узкие щели окон. Плоская крыша. «Лада» припарковалась в длинном ряду разномастных автомобилей. Здесь были джипы, «москвичи», «опели», танк и туристический двухэтажный автобус.
Где-то на грани слышимости зародился механический рокот. Зародился, накатил, заполнил собой небеса. Рубящие воздух лопасти, шарящий в ночи прожектор…
Рамон вклинился в ряд между «ладой» и автобусом. Заглушил двигатель. Наклонился и поцеловал спящую Полину. Вышел.
— Трогательно, — прокомментировал Игорек. Малолетний демон покинул машину как-то странно — не открывая дверцу.
Рамон сдержался.
У массивных двустворчатых дверей, обитых легированными стальными панелями и расписанных защитными заклинаниями, пара мордоворотов сверяла пропуска входящих со списками призванных. За их спинами вздымалась неровная, в выбоинах, стена.
Рамон направился к освещенному проему. Вертолет завернул на второй круг. Миг — и слепящий луч накрывает парковочную площадку Форта, заливает утоптанный грунт золотистым сиянием…
Снова — тьма.
Охранники пропускают Лайета и Кадилова. Мягко загораживают дорогу Рамону. Тот, что ниже ростом и шире в плечах, долго всматривается в пропуск.
— От людей?
— Да.
— В тронный зал.
Грохот лопастей удаляется.
Рамон в просторной, с высоким потолком, комнате. Холл. Рядом материализуются Азарод и Игорек.
Гул десятков голосов. Широкая мраморная лестница, ведущая наверх… Шоу уродов. Приземистые кабаноподобные существа. Гномы в сверкающих латах. Высокий худощавый парень, затянутый в латекс, с растянутыми ушами. Рептилия, стоящая на задних лапах. Женщина со сложенными за спиной крыльями…
— Здесь посланцы многих рас, — шепнул Азарод. — Орки, гномы, эльфы, драконы. Все, кто боится экспансии перевертов.
 
— А чего боятся Нижние Сферы? — громко спросил я.
— Нарушения баланса, — ответил Игорек. — Однополярного мира.
Тронный зал располагался на втором этаже. Шестигранное помещение, купол, украшенный фресками. Витражное окно. Круг, выведенный флюоресцирующей краской прямо на каменных плитах пола. Представители, выстроившиеся по этому кругу: Рамон, Лайет, Кадилов, Игорек, Азарод, орк, дракон, эльф, гном, крылатая женщина и некоторые совсем уж невообразимые создания. Пожилой негр в центре зала, одетый в костюм-тройку.
— Комендант Форта, — пояснил Азарод. Колдун и здесь не расстался со своим рунным топором — скромно поставил оружие на пол, прислонив рукоятью к правой ноге.
Гул постепенно утих.
Ветер, невесть как проникший сюда, трепал пламя сотен свечей, экспериментировал с тенями. Лунное око пыталось заглянуть за стены и цветные стекла, узреть вершителей судеб.
В наступившей тишине раздался голос коменданта. Эхо слов заблудилось в каменном склепе, пустовавшем долгие века.
— Мы собрались здесь, чтобы открыть дверь, — комендант говорил по-английски, но разбросанные по залу телепаты внедряли синхронный перевод в мозг каждого представителя. Правда, личности вроде Кадилова или Игорька в этом не нуждались. — Сейчас. Готовы ли вы замкнуть цепь?
Риторический вопрос. Никто не потрудился ответить на него.
— Хорошо. Перекресток сплетет воедино более трехсот срезов. Небывалая армия хлынет к нам и очистит этот мир. Затем — следующий. Великий крестовый поход, дамы и господа.
Кое-кто зааплодировал.
— Я рад представить нашего визитера.
Вспышка.
Ослепительный световой плевок.
В середине круга уже двое. Второй — невзрачный мужичок в гоголевской шинели, сапогах-галифе и треуголке.
— Мое имя Сафрон, — голос у мужичка скрипучий, точно несмазанные петли. — Секретарь Ордена Посредников. Если никто не против, я сотворю врата-перекресток.
— Чистая формальность, — заключил комендант.
Каждый представитель, включая Рамона, поочередно вышел в круг, назвал себя и подтвердил свое согласие.
Нечто нематериальное пронеслось по тронному залу. Не ветер, не свет и не тьма. Ни день, ни ночь. Вихрь пограничья. Посредник воздел руки, и перекресток распахнулся. Застывший над полом шестиметровый в диагонали квадрат, колышущаяся водянистая поверхность, сквозь которую просматриваются искаженные лица и морды. Врата, запустившие щупальца в сотни слоев.
— Моя миссия завершена, — сказал Сафрон. — До свидания.
Он шагнул в квадрат.
И исчез.
В ту же секунду Никита сделал неуловимое движение рукой. Заговоренные пули направились к тому месту, где стоял Лайет. Но цель ускользнула. Никому не дано убежать от сверхзвуковой смерти. Иерарх смог. Мгновенная трансформация и прыжок на стену. Пули вгрызлись в древнюю кладку под лапами иерарха. Представители расступились, многие вжались в пол. Рамон побежал, стреляя на ходу. Лайет помчался по стене. Прыжок — и волк в облаке осколков покидает Форт. Через витражное окно.
Сквозняк радостно гасит свечи.
  
День
 
Их противостояние длилось десять часов. Половина суток дикой травли и ненависти. Форт окружали поля, и до леса было слишком далеко. Джип оказался мощнее оборотня. Звезды побледнели, растаяла луна, солнце взошло и достигло зенита.
Рамон остановил машину и, пошатываясь, вышел. Направился к загнанному, лежащему в пыли зверю. Вогнал в тело остаток обоймы. Разжал пальцы — «аграм» упал к ногам.
Во все стороны простиралась степь.
Ацтекский бог безжалостно жарил мир.
Там, в последнем человеческом городе, собирается несметная армия, жаждущая крови. Маги делают замок проницаемым. Из плоскости в центре зала появляются вертушки, танки на турбореактивной тяге, наемники и добровольцы. Там, на заднем сиденье машины спит Полина. Уже не человек. Днем — любимая. Ночью — враг.