Андер 2 (СИ)

«Мы можем послушать, о чём они говорят, — я попытался задействовать свою новую способность, но у меня ничего не вышло. Мысленный посыл, обретя в моём сознании форму тонкого и бесконечного щупа, сейчас бессильно соскакивал со светящегося купола, которым были накрыты говорящие. — Да что происходит? — возмутился я, раз за разом терпя поражение».
« Если ты продолжишь так бездарно долбиться сквозь закрытые двери, может выйти швейцар и нагнать нас, — сарказм из Миа так и пёр. — Прекрати немедленно. А на будущее запомни: нас может почувствовать любой священнослужитель Святого Аарона, если мы приблизимся в истинной ипостаси на непозволительно короткую дистанцию. Головой думай иногда!».
«Ты хочешь сказать, что они могут почувствовать попытку подслушать разговор? — всполошился я, тут же втянув щуп в себя. — Раньше нельзя было сказать?».
«Ну если бы там сейчас сидел опытный священнослужитель, скорее всего сюда бы уже мчались несколько групп инквизиторов по тревоге, — лениво произнесла демоница. — Но тебе, как всегда, повезло. Там сидит ленивый самоуверенный служка, который, кроме как ковырять в носу и жрать собственные ногти, ни дарха не умеет. Но не стоит забывать о Малике. Это — хитрая лиса, так что будь начеку. Нам нужно подобраться поближе, чтобы мы смогли услышать, о чём они говорят».
Перехватив контроль над телом, Миа лениво подцепила когтями огромную тушу уже начинающего попахивать падалью маола и забросила его себе на плечо. Потребовалось несколько прыжков, чтобы мы достигли самого слабоосвещённого участка невысокого забора заведения Малики он Фарен. Сосредоточившись, гибкое тело с невесомым грузом на плече перемахнуло забор, вцепившись когтями в стену одного из корпусов, расположенных на территории школы. Рывок, и тело подбрасывает вверх, а затем демоница мягко приземляется на покатую черепичную крышу. Пригнувшись, Миа замерла, снова аккуратно сканируя окружающую обстановку, активируя «радар» кратковременными импульсами.
Купол, через который мне так и не удалось пробиться, располагался через один корпус вглубь территории школы фехтования. Охранников или часовых на территории не было, но это ещё ничегошеньки не значило, поскольку либо Малика совершенно не боялась никакого проникновения извне, что я сразу исключил по причине её характера, или же в школе были совершенно иные принципы сканирования территории на предмет вторжения. В любом случае, расслабляться не стоило.
Из часовых мы засекли только одинокую светящуюся точку в будке у главного входа, возле которой замерла аура тусклее, нежели у привратника. По всей видимости, какое-то мелкое животное вроде кошки или мелкой собачонки, которых не стоило брать во внимание.
«И ты как всегда ошибаешься, — недовольно заметила Миа. — Эти как раз то могут почувствовать твою сущность на раз, как только ты воспользуешься хоть толикой демонических сил. Не задумывался, почему во всех Храмах Святого Аарона существуют приюты для бездомных животных? То то же!».
Не задумывался… Я даже не знал о таком факте, чтобы о нём задумываться. Но Миа, сама того не зная, дала мне идею посетить один из маленьких храмов, чтобы проверить, как именно на меня будут реагировать в подобном месте. Это требовалось знать хотя бы для себя, чтобы потом в нужным момент это не оказалось неприятным сюрпризом.
«Нечего тебе там делать, — пробурчала Миа. — Пока я не вмешиваюсь, или ты не используешь свои силы, можешь хоть в Купели Матери Аарона плескаться со шлюхами. Не произойдёт ровным счётом ничего».
Я даже не успел среагировать, когда двумя прыжками, Миа перемахнула немаленькое расстояние между корпусами, оказавшись на нужной нам крыше. Судя по всему, это была личная резиденция Малики, отличавшаяся не только цветом черепицы, но и высотой.
«А вот и то, что нам нужно, — довольно прошипела Миа, узрев высокие металлические шпили на фронтонах здания. — Это нам вполне подходит».
Аккуратно положив тушу маола на черепицу, Миа двумя взмахами отделила оскаленную в жуткой гримасе башку демонического пса от остального тела, после чего рывком насадила её на один из шпилей.
 
Признаться, меня самого проняло, когда я увидел, как кончик металлического шпиля, выходящий из глазницы маола сначала задымился от ядовитой крови, постепенно покрываясь кавернами. Мёртвая кровь высыхала на глазах, и через несколько секунд идеально ровняй блестящий шпиль был похож на металл старой ржавой косы, случайно завалявшейся в сарае ленивого крестьянина.
«Пока нет доступа воздуха, та часть шпиля, которая находится в голове этой зверюги, будет невредима. Не переживай, он здесь провисит столько, сколько нужно, — я почувствовал, как мой рот растягивается в безумном оскале, принадлежащем явно не мне. — А вот это мы сюда прицепим, — промурлыкала демоница, аккуратно насаживая тушу на соседний шпиль, словно на огромный вертел».
Окинув удовлетворительным взглядом эту безумную инсталляцию под названием: «Неожиданное утро в фехтовальной школе госпожи Малики он Фарен», демоница только хмыкнула, не став комментировать очевидное.
«А теперь просьба не вмешиваться», — приказала она, аккумулируя энергию из магического источника на кончике одного из когтей. Причём я видел, что Миа могла бы и нарастить поступающий поток, но вместо этого предпочла действовать медленно.
Прошипев что-то на своём языке, она провела сияющим когтем перед собой, одновременно дав мне картинку, в которую я тотчас начал жадно всматриваться, стараясь не пропустить ни малейшей детали.
Кратковременный импульс истончился, проникнув сквозь купол, как инсулиновая игла, а в ушах тотчас зазвучал чужой разговор. И судя по тому, что я сейчас слышал, дела у меня в ближайшее время могли повернуться явно не в лучшую сторону.
* * *
— Августин, вы не понимаете, — раздражённо произнесла Малика. — Он опасен не для церкви и лично меня. Он опасен для существующего церковного строя, это вы можете понять? Вы осознаёте то, с чем мы с вами столкнулись? Одержимый, в котором мы никакими способами не можем обнаружить демона до тех пор, пока он сам не изволит себя проявить!
— А с каких это пор вы себя стали относить к Церкви Святого Аарона? — неприятно рассмеялся инквизитор. — Помнится мне, вы сами отвергли все наши предложения, как и отказались брать на обучение наших детей. А сейчас вы мне рассказываете, что для нас лучше, приплетая угрозу и щедро сыпля сведениями, правдивость которых, лично у меня, вызывает большие сомнения?
— Я ясно дала понять тогда, говорю и сейчас: моя школа не будет псарней, — фыркнула наставница. — Растите своих волкодавов сами, Августин, а меня в это не вмешивайте. И вообще, вы себя слышите?
Лицо инквизитора подёрнуло озлобленной гримасой, но он сдержал себя. Хоть он и являлся по меркам Церкви лицом, озарённым немалой властью, но сейчас этой женщине, сидевшей всей Церкви, как кость в горле, он не мог сделать ничего.
«Ничего, сучка. Я обязательно дождусь, пока ты допрыгаешься. И вот тогда я посмотрю, как ты будешь разговаривать. Я всегда достигаю своих целей, рано или поздно», — с ненавистью подумал инквизитор, однако его лицо сейчас демонстрировало лишь вежливую улыбку, природа которой явно не могла обмануть Малику.
Вслух же он сказал совершенно другое:
— Госпожа Малика, я, конечно, понимаю, что ваша школа находится под патронатом ИСБ, но это явно не даёт вам право вмешиваться в дела структуры, которую вы весьма обидели своим отказом. То, что вы — клирик, не означает вашу исключительность. Вы же понимаете, что вашу информацию ещё следует проверить? Или я должен поверить вам на слово, что в теле несовершеннолетнего Главы Рода сидит высший демон, которого мы никак не сможем засечь?
— Я же только что предоставила вам все доказательства, — процедила Малика, поднимая подбородок. — И вы сами сочли их достаточно убедительными. Что же вы в таком случае хотите, Августин?
Худощавый инквизитор несколько секунд смотрел немигающим взглядом на Малику, после чего оглушительно расхохотался.