Сводные. Я тебя уничтожу (СИ)

14.02.23
В новогоднюю ночь пообещал себе больше тебе не писать. Поначалу как-то держался, но… Я люблю тебя. И это сильнее меня и моей силы воли.
8.03.23
С праздником! Может быть, встречусь тебе в другой жизни не таким придурком. А в этой — будь счастлива.
15.05.23
У нас, наконец, наступила полноценная весна. Знала бы ты, как мне сносит башню! Мои пальцы до сих пор помнят тепло твоей кожи. Пишу и дрожат, блин… Зачем пишу? У меня нет ответа. Наверно, потому, что продолжаешь читать. Мне часто снится, что от тебя приходит СМС. Эти первые несколько секунд, когда перехватывает дыхание — такой адреналин! Потом отходняк, правда, жуткий. Вот такие качели. Но если выбирать, то, конечно, лучше молчание, чем чёрный список. Спасибо, что позволила втянуть себя в нашу такую странную переписку. Благодаря тебе у моих будней в казарме есть цвет.
31.10.23
Сегодня — ровно год, как мы не виделись. Хороший день, чтобы подбить итоги. Я не буду писать очевидные вещи, что сожалею. Надо было признаться сразу. Ещё, когда поцеловал тебя впервые и понял, что подписал себе приговор. Или после спектакля, когда предложил представить, что у тебя есть пара минут, которые можно стереть из памяти. Кстати, тогда ты не стала спрашивать, что стёр бы я. Я бы не стал стирать НИЧЕГО. Ни секунды того вечера. Ни миллиметра твоих объятий. Надо было признаться. Но я боялся потерять тебя. Отталкивал и в ту же секунду сильнее цеплялся. Думал, свихнусь. А ты, получается, никогда и не была моей. Арс… удачливый, блин, засранец.
P. S. Если быть честным, так до конца. Я не теряю надежды, отбить тебя. Не слишком благородно, да?
Это не последнее сообщение. Я делился с ней всем. Тем, что теперь никакой не мажор. Я отказался от поддержки обоих родителей. В конце концов, от них мне была нужна только любовь. Но согласился на предложение отца доучиваться в долг. Это не каприз. Мне сейчас необходима независимость. И самоуважение. Такие дела.
Дорога проходит нервно. Снова не сплю. От волнения сердце колотится высоко в горле, ни есть не могу, ни пить. Когда мой поезд приходит на перрон прибытия, тучи грозятся вылиться дождём.
Встречающих — тьма! И только я бреду один, перекинув через плечо небольшую сумку.
Куда?
Сниму опять комнату в нашей общаге. Только уже с отложенных в бытность студента премий.
— Яр! — окликают меня, и воздух предательски воспламеняется в лёгких. — Ярик!
Какое-то дурацкое состояние, если честно. То ли радость, то ли испуг. И тысяча игл, воткнутых в нервы, за те несколько секунд, что жадно разглядываю Таю в компании сияющего самодовольством Арса.
Сломать ему нос? Очень хочется.
А вдруг она его всё-таки любит? Смогу снова сделать ей больно?
Нет.
Если таково моё искупление, что ж…
Буду бороться мирно. Наворотил уже дел.
А в том, что не смогу от неё отказаться, сомнений вообще нет!
Из-за туч выходит робкий луч солнца, сияет ангельским светом в её волосах. Ветер доносит всё тот же запах пионов… Я, будто пьяный, роняю под ноги спортивную сумку.
— Привет, солдат! — Арс хлопает меня по плечу как старого друга. — Раздался, смотрю в плечах. Надеюсь, и мозгов поднабрался?
— Ну, в табло тебе пока не прилетело. Уже прогресс, — отзываюсь, не сводя глаз со сводной сестры, застывшей неподалёку как вкопанная, как будто не она только что кричала в толпе моё имя. — Привет, Тая…
— Привет, Яр…
Мы произносим это одновременно и тут же оба замолкаем. Воздух от сумасшедшего притяжения трещит между нами, как намагниченный.
— Нет, ну я не могу на это больше смотреть… — как сквозь толщу воды звенит голосок её кудрявой подруги. — Придурки… Может, обниметесь хоть?
Секунда и дух вышибает, когда наши с Таей тела резко сталкиваются.
— Ну мы это, не будем мешать… — ржёт Арс. — На днях встретимся. Или через неделю… В общем, звони, когда намилуетесь.
 
— Ага, обязательно, — бормочу. Не в этой жизни. — Я зверски по тебе скучал, — добавляю шёпотом на ушко Тае.
— Пока я ещё здесь, — вспоминает Арс. — Она тебя так преданно ждала, что я теперь тоже в армию хочу! Юлька, ты будешь так же дни до дембеля считать?
Ответ уже не слушаю.
Это нереальное чувство, когда настраиваешься урвать хотя бы взгляд, а на тебя обрушивается каскад прикосновений. Я не способен анализировать сейчас, только искать губами губы Таи и через раз не забывать дышать.
— Я так боюсь проснуться… — сбито шепчу, упираясь лбом ей в переносицу.
— А если просыпаться будем вместе?
— Я как последняя сволочь рад, что у вас с Арсом не срослось…
— Он всегда был с Юлей, — улыбается Тая. — Помнишь, я сказала, что первый раз должен быть с любимым? Я пыталась тебя ненавидеть. Но вышло, что я, наоборот, со временем тебя поняла. Так что… мой первый раз будет с единственным.
— Когда? — только и способен я зарычать, снова срываясь в череду горячих поцелуев.
— Моя соседка по комнате только что уехала на все выходные, — тихо смеётся она, подставляя лицо первым каплям дождя. — И, представляешь, я боюсь грозы…
Ох, святые небеса…
Спасибо!
— Поехали, — озираюсь в поисках таксистов. — Я научу тебя любить её.
Может, оно к лучшему, что наши чувства и доверие уже прошли через такую серьёзную проверку? Что у нас был этот год, за который мы не только сберегли и приумножили глубину чувств, но и научились прощать, отдавая себя целиком без остатка?
Ну и чёрт с ними, с этим годом принятия и самопознания. Зато мы теперь свободны от недоверия и впереди у нас целая жизнь.