Сводные. Я тебя уничтожу (СИ)
Слова Чалова, о том, что я ему нравлюсь, словно повисли в воздухе, даже после того, как он избавил нас от своего присутствия, демонстративно бросил на тумбочку ключи и отправился сеять хаос в другом месте. Мне бы очень хотелось понять, что он задумал, но каждый раз его поступки сбивают меня с толку.
Разве можно говорить такое девушке, при этом каждым действием доказывая обратное? Или я его привлекаю в качестве резинового манекена для битья и сброса гнева? Вот это уже больше похоже на правду.
— Не думала, что скажу это, но я поддержу предложение Чалова, — внезапно произносит Юля, вставая на носочки, чтоб дотянуться до полки для круп, откуда достаёт искомое. Как и, главное, зачем она убрала туда чай, полагаю, спрашивать бессмысленно. — В прошлом году Зевс участвовал в студенческой кибербитве и получил сто тысяч. Здесь добиться чего-то есть шансы у каждого. Сделай этих мажоров, Тая. Тебе нужнее. Ты сможешь.
— А ты? — скашиваю на неё взгляд.
— Ради бога. Какая из меня актриса? Я перепутаю все реплики и только бездарно займу чьё-то место. Я лучше подумаю над проектом стартапа. Может, получу инвестиции на развитие.
В течение последующих дней я только и делаю, что всё свободное от учёбы время зубрю математику. В пятницу мне сообщают, что я успешно прошла пробы. Хочется думать, что второкурсник, который продул мне вместе с Чаловым игру в настольный футбол, действительно высоко оценил мой монолог, а не подыграл своему чокнутому другу. Но я не верю в совпадения, а выбора нет. Поэтому, когда Пит говорит мне быть после занятий в актовом зале, я немного нервничаю. Впрочем, туда же направляются ещё несколько студентов из моей группы, что немного приободряет.
Меня передёргивает, когда выясняется, что Чалов ставит наш спектакль в паре с ним, но зато теперь понятно, зачем моё участие вообще понадобилось. Наверняка хочет поиздеваться, определив меня на роль какой-нибудь побирушки из массовки, чтоб знала своё место. Пусть. Главное ведь не сама роль, а победа.
— Вижу, все в сборе, — хлопает мой сводный брат по ладони тонкой стопкой листов А4, когда за нами закрывается дверь.
Осмотревшись, обнаруживаю, что помимо столпившихся в проходе студентов, в первом ряду сидит Гробенко. Присутствие преподавателя, с которым у Чалова сложились не лучшие отношения, само по себе гарантия моей относительной безопасности.
Можно ненадолго выдохнуть.
— У меня в руках сценарий, написанный искусственным интеллектом, — уверенно продолжает Яр со сцены. — «Красавица и Чудовище: Университетская сага».
— Какой интересный выбор, — усмехается его словам Гробенко. — С кем на этот раз счёты сводишь?
— Что вы. Мне это творческое чутьё подсказало! — Стучит себя Яр сценарием в грудь, впрочем, особо не стараясь выглядеть убедительным.
— Я был бы этому только рад. Обычно наши студенты готовятся самостоятельно. Но я хочу убедиться, что не придётся краснеть перед таким важным гостем. Пришлёшь сценарий мне на почту. Хотя нет. — Гробенко отвлекается, чтоб бросить быстрый взгляд на наручные часы, и продолжает: — Лучше прочитай сейчас.
— Конечно. Итак, современный университетский городок. Действие происходит на фоне кампуса университета весной. Сцена первая: встреча главных героев. Белль — умная и красивая студентка, которая всегда читает книги. Гастон, он же Чудовище — красавчик и спортсмен, постоянно гоняющийся за Белль…
Сценка действительно довольно короткая. Чалов читает про то, как важно уважать личные границы, а герой к финалу это осознал, чем завоевал симпатию Белль. Я как параноик высматриваю в сюжете подвох.
— Ну как? — спрашивает Ярослав, лукаво глядя на Гробенко.
Тот задумчиво трёт волевой подбородок.
— Пока всё прилично. Но зная тебя… В общем, не расслабляйся. На следующей неделе зайду на репетицию.
Чалов провожает спину преподавателя взглядом. Как только дверь за тем закрывается, находит глазами меня и манит пальцем на сцену.
Я хмурюсь, предчувствуя публичную порку, но делаю, как он велит.
Яр отдаёт мне сценарий.
— Реплики Белль. Читай.
— А почему сразу она⁈ — сразу раздаётся возмущённый вопль из прохода между креслами. — Одна нормальная роль и та уйдёт непонятно кому!
Он прищуривается, разглядывая подавшую голос девушку в брендовых шмотках и с пирсингом в переносице.
— Потому что для этой роли тебе надо вырвать язык. Скромная Белль не станет орать как торговка из зала.
— Ладно врать-то! — язвит она. — А то не понятно, что ты к ней яйца подкатываешь.
— Лишний раз убеждаюсь, что в твоём случае, это Гастону бы пришлось бороться за свою честь! — угорает Яр, не найдя нужным хотя бы возмутиться такому заявлению.
— Так. С меня хватит! Я умываю руки. Дальше — сами, — выпаливает она, покраснев до кончиков ушей.
— А как же роль говорящего шкафа? — ржёт Пит ей вслед, на что та выставляет средний палец и хлопает дверью.
— Читай, — настаивает Яр.
Я пробегаюсь глазами по тексту и выхватываю случайный кусок:
— Я устала от Гастона! Он ведёт себя как… как какое-то Чудовище — не понимает слова «нет»!
— Прекрасно, — перебивает меня Чалов. — У кого-то ещё есть возражения?
Таковых, разумеется, не находится. А вот подходящего кандидата на роль Гастона найти не удаётся. Дышит мне в пупок, слишком высокий, чрезмерно угрюмый… — в конце изматывающего часа становится понятным, что подходящих нет!
В конце концов, роль достаётся настолько неприметному парню, что я с трудом признаю в нём своего однокурсника. Кому остаются остальные роли, даже не вникаю. От переизбытка рядом Чалова у меня начинается мигрень. А нам вечером ещё домой возвращаться на выходные. И утром Чалов старший в приятном удивлении мне сообщил, что его отпрыск великодушно вызвался меня привезти.
Не знаю, что Яр задумал, но я с ним в одну машину не сяду.
Глава 15
Глава 15
Тая
Солнце уже начинает садиться, когда мама во время прогулки предлагает сделать селфи у искусственного водопада в саду Чалова. Андрей Юрьевич её предложение с энтузиазмом поддерживает, и мы все трое улыбаемся объектив камеры, обнимая друг друга словно счастливая семья.
Стоит об этом подумать, как мой будущий отчим бросает хмурый взгляд в сторону ведущей к дому аллеи.
— Яр, а ты уже не здороваешься?
Я полдня ждала, когда Чалов приедет, вернее, морально готовилась к его реакции на то, что посмела уехать домой на автобусе, не дожидаясь его. Но всё равно оказываюсь неготовой встретиться с ним нос к носу.
— Не хотел вам мешать, — лёд в голосе Яра стал уже чем-то привычным, меня напрягает другое. Чувство неловкости, вызванное картиной, что он застал и равнодушие его отца, который, похоже, не испытывает желания пригласить Ярослава к нам присоединиться.
Я кожей чувствую взгляд сводного брата, застывшего в стороне, как будто он здесь лишний.
— Ты обещал привезти Таю. Я не просил… Ты сам вызвался. И опять нарушаешь взятые на себя обязательства! — выдаёт Андрей Юрьевич короткими рывками. — Когда ты научишься быть хозяином своему слову?
— Послушайте, это я не дождалась…
— Тая, не лезь, — отсекает он категорично мою попытку встать на защиту Яра, не сводя с сына острого взгляда. — Я пытаюсь воспитать из тебя человека, на которого можно положиться. Лидера, достойного носить свою фамилию. Но вижу, что ты упорно стремишься испортить всё, за что берёшься.
Мне так стыдно! Я мучительно ощущаю свою вину, в том, что Яр не сдержал обещания. Он приехал достаточно поздно. Наверно, искал меня, а я не додумалась оставить даже записку. Пару строк ведь меня ни к чему не обязывали! Теперь всё выглядит так, словно я нарочно его перед отцом подставила и всеми неправдами пытаюсь занять в семье его законное место. Но ведь это не так!
— Если это всё, что ты хотел, я пойду.
— Это всё, — резко в тон Ярославу рявкает его отец.
— Я тоже пойду, — бросаю сбивчиво, устремляясь следом. Вопреки нашим тёркам с Чаловым сейчас я испытываю необходимость его поддержать.