Петля, Кадетский корпус. Книга двенадцатая (СИ)
— Правила вы знаете, слушайте команды, покажите честный и красивый бой, начали! — дает сигнал рефери.
— Смелее, Михаил, я не кусаюсь, — куражится враг.
На этом поединок в принципе закончился, резко напитываю тотем Хозяина Леса энергией, обрастаю шкурой медведя и одним движением буквально вминаю Хаеса в пол, при этом сгибаю его руку под неестественным углом, по сути, делая нестандартный болевой.
— Ррррр, — из груди невольно вырывается рык.
— Ааааа, — атаган кричит, что по всем правилам означает сдачу, вовремя, иначе вырвал бы ему руку, там и так или сломал, или порвал мышцы, слишком резко взял его на прием, но не со зла, трудно контролировать тело будучи в ипостаси Косолапого. Но врага не отпускаю до команды рефери или сигнала от секундантов
— Стоп! — кричит судья, а дружки Хаеса одновременно выкидывают на татами белое полотенце…
— Амикан!
— Нельзя так!
— Михаил в своем праве!
— Хаес сам обозначил правила!
— Честный бой! — толпа восхищена ипостасью Хозяина Леса и скорой расправой, ко всему народ на моей стороне, значит все сделал чисто.
* * *
Хаес очнулся в своем шатре, разочарование и обида нахлынули на своенравного, самовлюбленного принца Атаганов, давно, точнее говоря никогда в жизни он не испытывал такого унижения. Раз за разом русский ломал все его планы, казалось, Михаил реагировал на подначки и, словно глупый теленок, шел в ловушку, однако охотник неизменно находил внутри капкана не жертву, но злого, свирепого хищника, который своей яростью уничтожал все хитрые замыслы.
— Ммм… как больно, — Хаес потер травмированную руку и спросил у приближенных, — Соревнование шаманов уже началось?
— Еще, нет господин, — ответил один из прихлебателей.
— Вам не стоит принимать участие в состязании, — предостерег начальник охраны.
— Я сам решаю, что мне стоит делать, а что нет! — резко осек бодигарда избалованный принц атаганов и высокомерно произнес, — Знай свое место!
— Господин, мы разговаривали с младшим вождем орочонов, они считают недопустимым нападки на их гостя, — телохранитель все-таки попытался остановить зарвавшегося аристократа.
— Не лезь не в свое дело! — проорал Хаес, и обернулся к своим приятелям, — Поднимите меня и дайте «камень душ»!
* * *
О надоедливом задире по идее можно забыть, даже если он оправится после объятий Хозяина Леса, то в случае повторной попытки затеять конфликт, напомню Хаесу о его слове, а это уже нарушение Кодекса чести. В общем посчитал, что нелепый конфликт улажен и спокойно отправился посмотреть на состязания юных шаманов. Техники кочевников, когда-то едва не покорили всю Поднебесную, так что весьма любопытно посмотреть на них в деле, возможно, как «видящий», смогу подчерпнуть для себя что-то полезное.
На самом деле о кровавом искусстве шаманов «Восьмизнаменной армии» слагали легенды, но секреты Айсиньгьеро считали безвозвратно утерянными. Многие видные исследователи и величайшие умы магического сообщества пытались проникнуть в тайны прошлого, однако их усилия не увенчались успехом, но у них не было аурного зрения, поэтому у меня есть шанс разгадать то, что не смогли понять другие, да и вряд ли осознают сами шаманы. Конечно, лучше понаблюдать за взрослыми адептами, однако и юнцы могли впитать что-то самобытное в процессе обучения.
Битвы магов не устраивали, их собрали на специальном плацу и давали различные задания, вроде как сотворить щит, выдать направленный поток энергии, поразить специальную мишень. Задания постепенно усложнялись, комбинировались, судьи подобрали как упражнение на силу, так и на контроль. От круга к кругу отсеивались те кто был слишком слаб или еще не в полной мере овладел своим даром. Зрелище красочное, увлекательное, небо освещено маной, народ в восторге. Это соревнование — украшение всего вечера, не зря организаторы приберегли его на финал.
В общем вместе с Эгленой с огромным интересом наблюдали за конкурсом, девушка восторгалась навыками юных шаманов, а я пытался запомнить техники и сопоставить с тем, что видел ранее. Свои особенности, конечно, есть, однако ничего экстраординарного не заметил. Разве что складывается ощущение… кажется, юные колдуны не завершают свои заклинания, чего-то неуловимого не хватает, последнего штриха, плетения внешне выглядят полностью сформированными, но… Впрочем возможно это мое воображение, желание открыть завесу тайны.
— О боги, он никак не успокоится, — Эглена подняла глаза к небу, заметив идущего к нам Хаеса.
— Может просто пришел посмотреть на соревнование, — улыбаюсь девушке, но ясно вижу, что она абсолютно права, ублюдок целенаправленно идет к нам.
— Граф, вы преподали мне урок, — учтиво поклонился атаган, подойдя ближе.
— Я лишь зачищался в рамках озвученных вами правил, не более, — спокойно смотрю в глаза забияке, если неумный аристократ продолжит в том же духи, видят боги, придется его наказать.
— Хотел предложить вам померяться силами в магическом бою, — идиот и в самом деле не знает меры, — Хочу реванша.
— Вы забываетесь, — смотрю на оппонента как на червя, — У нас с вами договор!
— Вы просили не беспокоить вас по поводу простых состязаний и удовлетворения любопытства, — атаган довольно точно цитирует меня, — Так вот, хочу повысить ставки, если вы выиграете в поединке, то получите от меня клятву верности на «камне душ». От вас ответной ставки не потребуется, только согласие на участие.
Однако задира сумел меня заинтересовать, осматриваю реликвию, это что-то из разряда артефакта «Клятвы» на Гонконгском Маяке, однако повезло, что соображаю теперь в этих штуках, «помощник» грузит по этой теме всю доступную информацию. Так что в памяти есть даже что-то вроде классификации подобных устройств древних. По сути, Хаес предлагает в качестве ставки свою душу, как это вынужденно сделали пираты, только те подписались на год, а юный атаган опрометчиво говорит о бессрочном контракте, хотя надо уточнить один нюанс.
— Зачем мне клятва, если владелец камня может легко вас от нее избавить? — уточняю немаловажный момент, в принципе пари довольно выгодное, победа скорее всего у меня в кармане, а в случае поражения моя ставка равна нулю.
— Вы получите камень в подарок, вместе с моей клятвой, — спокойно отвечает Хаес.
— Господин… — запоздало реагирует бодигард, но слово аристократа уже произнесено.
— Какие правила поединка? — все равно не верю в искренность скользкого противника.
— Любые магические техники, атакующие, защитные плетения, работа на любой дистанции, деремся до сдачи одной из сторон, — отвечает атаган, — Артефакты запрещены.
— Хорошо я согласен, — киваю головой и добавляю, — Надеюсь на этом мы выясним отношения и это будет наше последнее противостояние?
— Да, последнее, — коварно улыбается Хаес, явно считая, что поймал меня в ловушку.
Интуиция бьет набатом, в чем подвох? Моя ставка ноль… вот я осел! Противнику плевать на клятву и «камень душ» только в одном случае, если он решил поставить на кон свою жизнь! Это значит враг планирует убить меня с одного удара до того, как я признаю поражение. Но каким образом? Артефакты запрещены, а судя по ауре он хоть и развит для своего возраста, но значительно слабее меня. Однако не стоит недооценивать противника, чувствую ловушку, так что готовлюсь к смертельной схватке.
Состязавшиеся до того юные шаманы выполняли различные задания жюри, поединков, прямого столкновения не было. Поэтому потребовалось какое-то время, чтобы организовать арену для работы двух боевых магов, благо у кочевников были с собой наборы защитных артефактов и в вскоре на площадке появилось ристалище, ничем не уступающее стационарным куполам в Первом кадетском корпусе. Даже освещение устроили, так как солнце уже давно зашло…
— Господа, прошу действовать предельно осторожно, поединок до сдачи одной из сторон, — рефери как будто чувствует мои опасения, — В случае опасности для жизни мы прекратим бой! Это понятно?