Петля, Кадетский корпус. Книга двенадцатая (СИ)
Приемную дочь вождя зовут Эглена, вроде как переводится рожденная под созвездием Большой Медведицы или типа обещанная Хозяину леса, если правильно использую закачанный в голову словарь. Кстати, она не из Орочонов, а из ветки родственной Юэйчжэням. Когда-то ее отец претендовал на роль лидера в племени коренных жителей Манчжурии и был более близок к правящему роду Айсиньгьеро, чем нынешний вождь Цзайфэн, тоже слуга правящего Дома, но с более высоким статусом и рангом.
Однако, когда на землях Золотого Рода наступил хаос, происхождение и благородство перестали иметь роль, решали только сила, коварство, предательство… Отец Эглены, если верить рассказам, был сильным воином, дружил с Орочонами, был в хороших отношениях с китайцами и русскими. Это его и сгубило, слишком близок он был к тому, чтобы возглавить всю Манчжурию, конкуренты такого не потерпели и решили вопрос при помощи убийства. История темная, у меня лишь отголоски, накопанные «помощником» в сети и из рассказов ойратов.
В общем лук мне не дали, тылы прикрывает совершенно незнакомая девица, но не сильно переживаю, ойраты бдят, у нас есть пара своих стрелков, к тому же Дугар Тапхоев и пара дюжих ребят в любой момент готовы меня прикрыть, магией, щитами и копьями. Площадные плетения применять нельзя, но индивидуальные техники в случае опасности для жизни разрешены, особенно бодигардам. Охота охотой, но разумные меры предосторожности никто не отменял, тем более в этих краях иногда встречаются самые настоящие монстры…
Народ шумит, охотно перебрасывается шутками, охота — это не только испытание воинов, но и самый настоящий праздник, сегодня часть подростков будут объявлены воинами и получат право голоса на Совете племени. Событие знаковое, отцы и дяди готовятся дать пир в честь подрастающего поколения. Юные парни, а иногда и девушки, скрывая страх и возбуждение, стайками крутятся вокруг наставников, скоро им тоже придется вступить в схватку и показать все, чему их научили. В общем ничего не предвещало беды…
* * *
Агырх жил столько зим, что уже даже не помнил ту пещеру, в которой его слепые глаза впервые увидели мать. Однако как бы не долог был его век, но время пришло, в начале погибли родители, потом сгинули братья и сестры, глаза стали отказывать могучему зверю, некогда стальные когти покрылись коростой, мышцы одрябли, а в лапах уже не было прежней твердости. Но даже в таком возрасте он был гораздо сильнее своих потомков, род мельчал, магия и разум постепенно уходили, видно мать природа отвернулась от своих детей.
Первый его выводок тоже погиб, потом были внуки, правнуки, сейчас вожак уже и не помнил, кто ходит рядом с ним. Он по-прежнему охранял свое племя, зорко следил за молодняком, жестко отвечал дерзким конкурентам, будь то огромные медведи, стаи волков, стада сарлыков или даже собратья. Никто не мог сравниться с Агырхом, помнящим древнее искусство рода, но, к сожалению, он один был разумен и умел использовать нити силы разлитые по родному урочищу. Некому было встать рядом и заменить его в трудный час!
Вожак терпеливо ждал того, кому сможет передать свое умение, но надежда таяла с каждым годом. Люди вырубили и сожгли леса, его вид ушел далеко на север, там, где сохранились джунгли, в которых еще можно было спрятаться. Однако Агырх своих потомков не увел, он помнил, что только здесь у молодняка есть шанс получить дар… Многие ворчали, охотиться в степи было трудно, подкрасться к зверю, когда видно на сотни метров вокруг непросто. Опять же двуногие хищники уж слишком часто беспокоили округу и многие уже пали от их рук, теперь шкуры сородичей украшают странные пещеры людей.
Но Агырх не был ненавистником человека, он помнил рассказы отца о том, что когда-то люди и звери бок о бок бродили по планете, вместе деля добычу и отстаивая территорию, но те времена давно прошли, двуногие поглупели как и его племя, а теперь воевали просто так, из-за алчности и страха. Его сородичи воровали домашний скот, и пользуясь клыками и когтями, отбирали мясо по праву сильного, но пастухи отвечали меткими пулями, доказывая свое право на скот и землю. И самое плохое, стая проигрывала эту борьбу.
Старый вожак еще мог уберечь семью от опасностей, разумом видя хитрые ловушки и капканы, но что будет, когда придет его час? Может стоило послушать советы и увести выводок на Север? Но однажды судьба, как будто награждая за веру и терпение, подарила ее! Маленькая самочка, еще слепая, даже толком не попробовав материнского молока, сумела сплети нити силы и врезал упитанному брату, которые сильным телом пытался оттеснить ее от груди. Неразумная самка испугалась неведомого и даже отдавала предпочтение другим детям, но Агырх заступился за малышку, ведь это его смена, будущее рода!
Старый вожак начал строить планы, теперь можно было уходить на север, там в девственных лесах вырастить и обучить маленькую Аруку вдали от опасных двуногих. Он даже отправил пару зрелых самцов на разведку, чтобы они нашли безопасный путь и место для племени. Без драки за территорию не обойтись, но у Агырха еще остались силы, и он был уверен в том, что сможет отвоевать для малышки новый дом, только надо успеть передать ей свои знания и навыки… Как будто в насмешку над его планами в степи началась Большая Охота.
Он расслабился, стал слишком стар, а потому проморгал катастрофу. К тому же двуногие давно не занимались своей опасной забавой. Раньше он легко мог прорвать строй людей и увести большую часть племени, но сейчас в опасности Арука, а судя по звукам, врагов много, и просто так ему не вырваться, да еще и с неразумными малышами… Может остаться в пещере и переждать? Если вести себя тихо, то охотники не станут лезть в логово, где их не ждет ничего кроме острых когтей и клыков. Но нет, последние годы эти твари сошли с ума и на все готовы ради шкуры, толку от того, что он заберет с собой десятки, Арука умрет, а с ней и надежда на возрождение вида.
Он давно понял, что потомки стали просто зверями, глупыми, слушающими только свою ненасытное брюхо и инстинкт размножения, спасти нужно лишь малышку. Но время совсем неподходящее, она только-только открыла глазки, без материнского молока ей не выжить. Значит нужно выручать еще и самку, а та цепляется за трех других своих отпрысков, уцелеть и прорваться на Север с такой обузой будет непросто, ведь он хотел уходить зимой, когда с степи легко добыть копытного, а двуноги предпочитают коротать дни в теплых жилищах. Тогда можно двигаться по ночам и во время буранов, и окрепшая Арука смогла бы осилить дорогу…
* * *
Загонщики шумели, чтобы согнать зверя с насиженных мест, пугливые животные, как правило, резко стартовали и убирались как можно дальше от источника беспокойства. Однако, чем теснее смыкался круг, тем опаснее становилось, животные метались от одной стены людей до другой и в отчаянье могли пойти на прорыв. Воины изготовили копья и сойылы, охота подходила к своей кульминации. При этом самые опытные следопыты тщательно контролировали ситуацию и доносили десятникам и сотникам свежие данные. Это как разведка в бою, лазутчик обнаруживает цель, а командир принимает решение.
— Мой господин, на моем участке обнаружено логово Амбы, есть мнение, что это выводок того самого монстра, о котором говорят старики, — третий сотник правого крыла обратился к самому Бургуми Урангкаю, такая добыча была достойна вождя и его гостей.
— Хмм… может стоит отпустить Зверя, — взял слово Шаман, — Он разумен и держит свое племя в узде.
— Сколько скота они порезали? — праведно возмутился глава охраны.
— Я изучал вопрос, они старались не трогать людей и брали лишь немногое во времена бескормицы, тогда падеж составлял до двух третей от стада, — неожиданно затупился Казначей.
— Вы и вправду хотите их отпустить? — не унимался главный бодигард и выдал причину своего гнева, — Да они повредили руку моему брату, с тех пор он калека!
— Это могли быть другие звери, или твой брат слишком много возомнил о себе! И потом сколько шкур висит в юртах твоего рода, не находишь, что вы уже посчитались за покалеченную руку? — взял слово Бургуми Урангкай и распорядился, — Не трогайте Амбу, пусть воины аккуратно обойдут их логово и выпустят зверей на свободу!