Дыхание осени 2 (СИ)
— То есть? — переспрашиваю я.
— Мой рабочий день начался сорок минут назад, Злата, — терпеливо поясняет. — Те, о ком ты собираешься написать статью, тоже не спят в это время, иначе никогда не сколотили бы такого состояния. Да, — замечает мой язвительный взгляд, — я был богат еще до того, как начал свой бизнес, но не был богат настолько. Ты переоденешься или поедешь так?
— Это единственный выбор?
— Нет, — обнадеживает, — есть еще один вариант. Тебя могу переодеть я.
— Ладно, — лепечу вслух, — я все равно проснулась, а этих холостых миллионеров вряд ли больше, чем пять, за пару часиков успеем объехать. Подожди меня на улице.
— Я не пойду с тобой в квартиру, если ты против, — улыбается хищником Яр, — но ждать буду в машине, там гораздо теплее.
Я одобрительно машу рукой, пропускаю в подъезд Звезду и почти закрываю за нами дверь, когда Яр окликает меня.
— Злата!
Если он скажет, что их больше, чем десять — воинственно подготавливаюсь дать отпор, пусть редактор готовится к тому празднику, на который Яр намекал. Я денег пока и за первую статью не видела, а стресса уже выше крыши.
— Выбери обувь без каблука.
Недоуменно выгибаю бровь. Ревность, что ли?
— Исключительно для твоего удобства, — добавляет.
Понятно, надоело меня то ловить, то поддерживать, то тащить на буксире.
— На низком у меня только эти кроссовки, — угрожаю.
— С той шубой, что я тебе подарил, — говорит он, — можно обуть и твои домашние тапки с ушами и все равно выглядеть превосходно.
Я закрываю подъездную дверь и так задумываюсь, что вместо лифта иду пешком.
То есть, шубу он мне подарил?! Дороговатый подарок для бывшей жены или я опять не разбираюсь, как устроен этот высокий уровень.
Переодеваюсь тихо, чтобы не потревожить сон Егора. Звезда крадется за мной от шкафа к зеркалу и обратно. Мы единогласно выбираем строгое джинсовое платье, с широким белым поясом, невидимые глазу чулки и белые сапожки, которые я купила спонтанно, даже не думая пугать их улицей. В коридоре строго наказываю псине вести себя прилично, не впускать никого подозрительного, и, вооружившись блокнотом и ручкой, спускаюсь к Яру.
Машину он подогнал к подъезду, дверь приоткрыл изнутри, едва я появилась, но пока не забыла, расставляю точки над "і".
— Шубу ты мне не подарил. Ты ее обменял на мою дубленку.
— Лишь бы носила, — прячет усмешку, и мы выезжаем со двора на увеселительную прогулку. Правда, так я думала поначалу, наивно предполагая, что освобожусь часа через два максимум. Но день оказался улыбательным, обаятельным, событийным и нескончаемо долгим. Никогда не думала, что у Яра столько работы. Я себе представляла, что его дело — сливки снимать и икру на батон намазывать, а к нему мчались с вопросами, звонили за советами, неслись с жалобами, которые не могли подождать, и даже не позволяли пообедать.
Очередь в коридоре не уменьшается, а с каждым решенным вопросом, казалось, растет, и в три пополудни я решительно останавливаю это безобразие. Из ресторана как раз доставляют заказ и я говорю секретарю, что у нас обед, и по его решительному взгляду вижу, что он любой ценой удержит толпу страждущих от вторжения. Хорошо, кстати, что у Яра секретарь — парень. Девушки — они как-то… не для этой приемной, вот.
Сама я благодаря заботам Яра и его секретаря час назад пообедала в кафе при бизнес-центре, два раза попила вкусный чайчик в углу огромного кабинета, где меня разметили, но ведь и Яр не железный. Пока я расставляю на его столе яства, он внимательно за мной наблюдает. Вилки ему, что ли, для рыбы не хватает? Или посягает на тирамису, который я заказала исключительно для себя?
— Переживаешь обо мне, — говорит он, и так хвастливо, как мальчишка, которому вдруг футбольный мяч подарили.
— Я о себе думаю, — отмахиваюсь. — Обратно ты меня повезешь, а вдруг устанешь, уснешь или до педали тормоза от бессилия не дотянешься.
— Мне нравится, что ты обо мне заботишься, — ловит мою руку, но после беглого поцелуя отпускает. Я даже возмутиться не успеваю. — Ты далеко моих посетителей разогнала?
— Если бы… — ворчу, наблюдая, как он ест. Никакой спешки, даже несмотря на голод. Интеллигентно, но без вывертов. Вкусно ест, с удовольствием. — Под дверью высиживают.
— Меня долго не было.
— Ничего, продержатся.
— Еще часик и поедем знакомиться с олигархами, — подмигивает весло Яр.
Чуть поел и уже заигрывает, несмотря на мои сдвинутые брови и взгляд "токообразно".
— Ладно, — соглашаюсь милостиво, и прихватив тирамису, отсаживаюсь за столик, который мне образовали в дальнем углу кабинета. Туда никто из посетителей и не смотрит, а я спокойно сижу на сайте копирайтеров, почитываю. Интересный сайт, кстати, мне Яр его посоветовал. Не знаю уж как он узнал о том, что я хочу, но все не решаюсь попробовать себя на этом поприще. Может, Егор рассказал, может, сам догадался. А офисная обстановку настраивает на работу и я уже под шумок даже тестовое задание выполнила. Вряд ли заказчику подойдет, но меня увлекло.
Взгляд Яра чувствую даже через разделяющие нас метры, даже через крышку ноутбука, за которой прячусь с остатками тирамису.
— Поел? — спрашиваю, не отвлекаясь от экрана.
— Перекусил.
— Ты не наелся? — выныриваю из укрытия. Вот это да, все подчистую! Надеюсь, что Егору по наследству дикий аппетит не передался, и тут же вдруг мелькает ужасающая мысль. — А когда ты ел в последний раз?
— Сегодня, — усмехается.
— А до этого? — Он молчит, но я сама догадываюсь. — Бабулины пирожки?
Чуть раньше он у бабули ночевал, она его голодным точно не оставила, даже если бы он ее слезно умолял; потом перехватил несколько пирожков и почти сутки ничего не ел. На его внешнем виде голод не отразился, но настроение у меня резко скатилось вниз.
— Когда в следующий раз захочешь поиздеваться над своим организмом, вспомни, что ты не один. У тебя Егор есть.
— И ты.
А эту тему развивать не будем.
— Эх, я могла и не приезжать с тобой в бизнес-центр, — меняю на другую, — просто подъехать к означенному времени и посмотреть на твоих друзей.
— Они вовсе не мои друзья и просто подъехать ты не могла. Я бы тебя не оставил сегодня.
— Из-за Ларисы?
— Из-за меня.
Он подходит к столу, делая вид, что из моего угла лучший вид из окна. Я тоже притворяюсь, что увлечена пейзажем.
— Ты почти ничего обо мне не знаешь, Злата. Я не позволял тебе знать. Но я хочу это исправить. Я хочу, чтобы ты узнала меня чуть лучше. Думаю, так тебе будет проще меня полюбить… снова…
— Кто-то слишком самоуверенный явно напрашивается на пощечину, — предупреждаю, не оборачиваясь и пытаясь игнорировать мурашки от его дыхания. А он и не думает отстраняться или хотя бы покаяться, он в своей вечной уверенности, что всегда прав, сообщает мне, мурлыкая в ухо:
— Злата, ты так настойчива, что однажды все-таки соблазнишь меня попробовать БДСМ.
И страх холодит так сильно, что поджимаю пальчики ног. Попробовать? С ним? Не БДСМ — это попросту не мое. Попробовать быть с ним физически? Томные картинки сплетенных тел мелькают перед глазами, и я обмахиваюсь блокнотом, с ненавистью поглядывая на выключенный кондиционер. Соблазнительно, жарко, хоть и невозможно и нереально, и вообще…
Вот уж кто напролом идет к своей цели, и мне бы порадоваться за человека, поучиться у него. Но есть одна маленькая проблемка: своей целью он выбрал меня.
— И не думай, — расхолаживаю его и себя, быстро убираю следы перекуса и сигнализирую секретарю Яра, что его шеф наелся и просит.
Поначалу Яр бросает в мою сторону веселые взгляды, но потом отвлекается на бесконечных ходоков и вынужденно вспоминает обо мне, когда я, подпрыгнув на стуле с колесиками, радостно ойкаю.
Он споро выпроваживает посетителя, сообщает, что на сегодня кто не успел, тот не сильно хотел, но это не значит, что с него не спросит о результате, и склоняется надо мной, заглядывая в экран.