Янир (ЛП)

Когда Мабон хотел было подняться, чтобы ответить на оскорбления старшего самца, Морио положил ему на плечо руку, заставляя остаться на месте.
— Даже сейчас ему нужен кто-то, чтобы защитить его, — усмехнулся Квант.
— Так вот как ты понимаешь это, Квант? Что воин Морио «защищает» Мабона от тебя? — Эбби слегка склонила голову набок, бросив на него невинный взгляд. — Потому что я вижу это совсем не так. Я вижу, что Морио защищает тебя от Мабона.
— Что? — Квант не смог скрыть потрясения.
— О да, именно так я это и вижу. Видишь ли, воин Морио — достойный и пригодный воин. Он обучался в одном из самых уважаемых Домов Империи.
— В каком Доме? — спросил Квант, глядя на Морио.
— Доме Ригель на Бетельгейзе, конечно, — сообщила ему Эбби, удивившись, что Квант не узнал цвет Дома на униформе Морио.
— Дом Ригель! — Квант сплюнул. — Это дом, где его лорд настолько слаб, что позволил женщине использовать себя больше двадцати пяти лет!
Звук обнажаемых мечей заставил Эбби отскочить в шоке, а глаза Кванта расширились, когда один из них оказался у его горла.
— Приготовься к встрече с Дако, — прорычал Навон.
— Навон! Нет! — Эбби положила руку ему на плечо.
— Он оскорбил лорда и леди.
— Да, но это не так. И ты это знаешь. Это то, что сделал бы Бертос, но тебя научили поступать иначе.
После нескольких напряженных мгновений, Навон, угрожающе зарычав на Кванта, наконец, опустил меч.
— Похоже, именно ты нуждаешься в защите, Квант, от женщины, — усмехнулся один из воспитанников, и Эбби увидела, как напрягся Квант, а его кожа потемнела. Казалось, необходимость в защите от женщины была величайшим оскорблением. Нужно будет спросить об этом у Пагана.
— Ученик Квант, ты свободен. Я нахожу тебя недостойным для столь важной задачи, которую ты должен выполнить здесь сегодня, — повернувшись спиной к мужчине, она посмотрела на Навона. — Воин Навон, проследите, чтобы его сопроводили из крыла лорда Ригель.
— С удовольствием, леди Ригель, — немедленно сказал ей Навон и, схватив молодого мужчину за руку, потащил его вон из комнаты.
Повернувшись, Эбби увидела, что каждый из оставшихся четырех мужчин смотрит на нее с разной степенью шока, благоговения и подозрения.
— Ладно, ребята, давайте проясним основные правила. Во-первых, — она подняла палец, — я — леди Эбби, и я жду, что вы будете обращаться ко мне именно так, понятно? — Эбби подождала, пока все закивали, включая Мабона, который присоединился к группе. — Во-вторых, — подняв второй палец, — когда я разговариваю с вами, то жду, что вы будете отвечать. Это понятно? — когда они только кивнули, Эбби уставилась на них. — Я сказала, что жду от вас словесного ответа. Это понятно?
Молодые мужчины быстро переводили взгляд с одного на другого, прежде чем, казалось, остановились на Мабоне.
— Д-Да, леди Эбби, — заикание Мабона быстро дополнилось еще четырьмя такими же.
— Хорошо, — Эбби улыбнулась группе, прежде чем продолжить. — Итак, причина, по которой вас вызвали сюда сегодня, заключается в том, что это крыло необходимо очистить. Вынести нужно все. Паган, — она вопросительно повернулась к тому. — Куда, вы сказали, они все это вынесут?
— В пустующее крыло с другой стороны дома, госпожа.
— Между крылом воинов и крылом, где находится кухня? — уточнила Эбби, словно не замечая шока на лицах мужчин.
— Да… да, моя леди.
Эбби уже собиралась кивнуть в знак согласия, когда услышала низкий стон от молодых мужчин.
— Это проблема? — спросила она, глядя на них.
— Нет, конечно, нет, леди Эбби, — тут же возразил Мабон, склонив голову, как и остальные.
— В-третьих! — резкий тон Эбби снова вернул все взгляды к ней, когда ее рука поднялась, показывая три пальца. — Когда вы будете говорить со мной, ваши головы не будут склоняться. Я понимаю, что Риса была королевской сукой, но я — не она. Я не собираюсь лишать вас жизни, если вы смотрите мне в глаза, когда говорите со мной. И я не собираюсь делать это, если вы пожелаете высказать свое мнение. Я даже не сделала этого с Квантом, не так ли?
 
— Нет, леди Эбби, — согласился Мабон, но тут же пожалел об этом. Квант уже много лет превращал его жизнь в ад.
— Хорошо. Я рада, что это понятно. Теперь, как вы наверняка заметили, я не торнианка. Я родом с планеты под названием Земля, а на Земле все происходит совсем не так, как на Торниане. Я привыкла разговаривать и иметь дело с мужчинами и буду продолжать делать это здесь. Но это не означает, что я заинтересована в соединении с одним из них, — Эбби вдруг поняла, что сейчас самое подходящее время для того, чтобы начать воплощать в жизнь задуманное. Если бы молодые мужчины на Торниане были похожи на земных, это не заняло бы много времени.
— Я соединилась с лордом Яниром. Он мужчина, которого я выбрала, и останется единственным мужчиной, с кем я когда-либо соединюсь. Вам понятно это? — Эбби глубоко вздохнула, когда все глаза в комнате смотрели на нее в шоке, все, кроме Пагана, который уже слышал это раньше.
— На Земле довольно часто самка остается с одним самцом. Мы называем это браком, — пояснила им Эбби.
— Это правда? — спросил Навон, тихо вернувшись в комнату.
— Правда, — Эбби посмотрела на Навона. — Янир — мужчина, которого я люблю. Он — самец, с которым я останусь, и самец, которому я дам потомство. Много потомства, если мы будем благословенны. Это мой выбор и мое право! Это право имеет каждая женщина!
Ее заявление было встречено молчанием.
— А теперь, Мабон, что это были за стоны из-за того, что мебель нужно перенести в другое крыло?
— Просто это очень далеко, леди Эбби, а нас всего пятеро, — его взгляд скользнул по мебели перед ними.
Эбби посмотрела на Пагана в поисках подтверждения, но он только пожал плечами.
— Второй этаж тоже нужно очистить, — сказала Эбби им и увидела, как расширились их глаза. Глядя на них, Эбби поняла, что из-за их размеров она все время забывала, что на самом деле они были просто подростками. Очень большие мальчишки, но тем не менее мальчишки.
— Нам понадобится помощь.
— Это единственные, кому лорд Янир разрешил войти в крыло, леди Ригель. Другим туда нельзя, — сообщил ей Навон.
— Но…
— Мы не подведем вас, леди Эбби, — сказал ей Мабон.
— Я никогда не допустила бы мысли об обратном, Мабон.
Она окинула взглядом остальных стажеров, с которыми ей еще предстояло познакомиться. Ей нужно было это исправить.
— Как тебя зовут? — спросила она, подходя к синекожему самцу рядом с Мабоном. Когда он промолчал, Мабон толкнул его рукой.
— П… Пранав, леди Эбби, — сказал ей он, и его кожа потемнела.
— Сколько тебе лет, Пранав?
— Тринадцать, леди Эбби.
— А твой брат служит здесь?
— Нет, леди Эбби. Я единственный отпрыск моего манно.
Кивнув, Эбби подошла к темнокожему самцу.
— Я Лотем, леди Эбби. Мне тоже тринадцать, и в настоящее время у меня нет брата, который служил бы в этом Доме.
— Значит, что он когда-то был?
— Да, леди Эбби. Он встретил Богиню больше пяти лет назад.
— Я сожалею о твоей потере, Лотем, — она поняла, что ее слова шокировали его.
— Почему? — вопрос сорвался с губ Лотема прежде, чем тот успел их остановить. Почему женщина, другая чужая женщина сожалеет о потере чужого мужчины? Особенно того, с кем она никогда не была связана и никогда не знала?
— Что почему? — спросила Эбби, нахмурившись.
— Почему вы сожалеете? Он был просто самцом, незначительным и заменимым. Вы никогда не были с ним, а если бы и были, то просто забыли бы о нем, когда перешли к следующему мужчине, как это сделала моя мать, как делают все женщины.
Эбби не думала, что Лотем осознает, сколько боли и гнева было в его словах. Это было наследие Великой Инфекции. Мужчины думали, что они не имеют значения, что они будут забыты теми, кто должен был любить их больше всего. Их матерями и женами.
— Мне жаль, Лотем, — Эбби тщательно старалась подбирать слова, каким-то образом зная, что они зададут тон всем ее отношениям с мужчинами в этом доме, — потому что ты, очевидно, заботился о нем и все еще скучаешь по нему. Мой родной брат погиб… тоже отправился на встречу с Богиней почти пять лет назад, — Эбби почувствовала, как у нее перехватило горло, когда она заговорила о Дэйви, и ей пришлось откашляться, чтобы продолжить. — Его звали Дэйви. Если бы он выжил, ему было бы семнадцать. У него были короткие светлые волосы и сверкающие голубые глаза, которые всегда были полны озорства. Он вечно подшучивал надо мной и был моим лучшим другом. За последние пять лет не было дня, чтобы я не скучала по нему и не хотела, чтобы он разыграл меня… еще хотя бы раз. Он не был воином, Лотем. Он не сделал ничего особенного или героического в своей жизни. Он просто существовал, и это было все, что мне было нужно, чтобы любить и помнить его. Каждый заслуживает этого, Лотем, независимо от того, мужчина он или женщина.