Некромант на мою голову (СИ)
Кристиан снова прикрыл глаза, потом с силой зажмурился и потер их.
— А ты пробовал с ней поговорить? — продолжала я. — Вызвать ее дух?
— Я… Я боюсь, — он произнес это едва слышно, через силу.
— Боишься узнать, что она тоже винит тебя в своей смерти? — догадалась я. — Что обижена? Не желает прощать тебя? А если бы вернул ее к жизни, то искупил бы перед ней вину?
Молчание было весьма красноречиво.
Уф, как же все сложно… Загнал себя так загнал наш господин Морр. Кто бы мог подумать, что у него такое творится на сердце? Как же его «распутать»? Надо было на психолога учиться, а не бухгалтера. Сейчас бы как раз пригодилось.
— Давай все же закроем эту тему, — попросил Кристиан между тем. — Я не хочу втягивать в это еще и тебя.
— Ты уже говорил мне это.
— Значит, скажу еще раз. Это моя проблема, моя одержимость, и попробую справиться с ней сам.
Ну конечно, кто бы сомневался… Хорошо, что хотя бы признает, что одержим.
— Хотя бы обещай подумать о том, что я тебе сказала, — вздохнула я.
— Обещаю, — вновь через силу выдавил он из себя.
Утром мы проснулись поздно: мой истощенный организм требовал больше сна для восстановления, а Кристиан, видимо, все же работал ночью. Разбудила нас взволнованная Матильда, которая тоже только что пришла.
— Льерд Морр, — после стука крикнула она через дверь. — Тут вам письмо.
— Опять? — вырвалось у меня. Дурной знак, не иначе.
Но Матильда продолжила:
— От императора!
— Точно от него? — с сомнением уточнил Кристиан, открывая дверь. Пока я приходила в себя со сна, он успел натянуть брюки и накинуть рубашку, потому перед кухаркой предстал в подобающем виде.
— От него самого. Вон и печать гербовая, и паренек, что принес его, точно из королевской свиты. Я узнала его, приходил уже, — заверила Матильда, протягивая конверт, который тоже показался мне знакомым.
— Спасибо, — Кристиан в этот раз не поморщился при упоминании императора и тотчас надорвал конверт. — Как я и думал. Это по поводу Розалинды. Анлейн просит меня приехать.
— А меня? — я села на кровати.
— Про тебя ничего не сказано. Полагаю, Его Величество, заботясь о твоем здоровье, не решился беспокоить тебя, — в его голосе все же проскочили нотки ревности.
— Но я чувствую себя намного лучше! И готова пойти с тобой, — я решительно сбросила с себя одеяло. — Возражения не принимаются. Эта встреча касается меня даже больше, чем тебя.
Кристиан обреченно поднял глаза к потолку и протяжно выдохнул.
— А если там будет убийца? — вставила Матильда, которая, оказывается, так и не ушла, а топталась на пороге, украдкой выглядывая из-за спины некроманта. — Не боишься с ней встретиться лицом к лицу?
— А чего я должна ее боятся? — я повела плечами. — Пусть она меня боится.
— Не думаю, что Его Величество оставил Розалинду во дворце, — произнес Кристиан отрывисто. — Хотя я бы сам не прочь был с ней встретиться, — его глаза угрожающе сузились. Затем его взгляд остановился на мне: — А ты… Когда будем там… От меня ни на шаг. Иначе свяжу и привяжу.
— Уже. Забыл? — я хмыкнула, выразительно глянув на запястье.
— Ох, богини, — вырвалось у Матильды. — Пошла завтрак накрывать, — она тоже бросила взгляд на мои руки и шепнула себе под нос: — Срамота какая…
— Кажется, нас неправильно поняли, — я понизила голос и прикусила губу.
Мне было смешно и стыдно одновременно. Матильда… Что она сейчас себе надумает? Но Кристиан посмотрел на меня с некой серьезной задумчивостью и выдал то, от чего мое лицо и вовсе вспыхнуло:
— А почему бы и нет? — и только затем ухмыльнулся. — Шучу. — И уже через паузу: — Наверное.
Ну да, в любой шутке есть доля… шутки.
— Все шутки потом, господин Морр… — многозначительно шепнула я ему, приходя мимо, и, пока он не опомнился, скрылась в ванной.
Глава 31
Император даже прислал за нами свою карету, поэтому до дворца мы доехали с ветерком и всеми удобствами. Ждал нас Анлейн баум Гаттонфредлих Третий в своей личной гостиной, примыкающей к спальне. Вернее, ждал он Кристиана, мое же появление вызвало у него искреннее удивление и радость.
— Лея Валерия, как же я счастлив вас видеть! — его величество направился ко мне с раскрытыми объятиями. Правда, в них меня не заключил, вспомнив о присутствии Морра, лишь взял мою ладонь в свою, легонько ее сжав. — Только почему же вы не сообщили, что тоже будете? Я бы приоделся. А так встречаю вас в домашнем, неловко прямо.
— Не переживайте, ваше величество, вы как всегда прекрасно выглядите, — я окинула его быстрым взглядом: рубашка, камзол — все на месте, разве что менее экстравагантного фасона и расцветки, чем обычно.
— От вас мне особенно приятно слушать подобный комплимент, — император приподнял мою руку и потянулся было к ней губами, но его остановило выразительное покашливание Морра. — Вот так всегда… — и он с сожалением выпустил мою ладонь.
— Просто не стоит забываться, Ваше Величество, — отозвался Кристиан едко. — И пытаться второй раз наступить на те же грабли.
— Разве это те же грабли? — император глянул на меня с улыбкой. — Думаю, ты зря волнуешься, Кристиан. Эти грабли сами не позволят мне на них наступить. Так ведь, лея Валерия?
— Безусловно, — ответила я. — Но мне все же не хотелось бы вообще быть граблями. Можно я выберу себе другую роль в этой истории?
— Конечно, — его величество поиграл бровями. — Как насчет розы? С шипами?
— Тогда уж сразу кактус, — вздохнула я.
Император на это громко рассмеялся, затем пригласил к невысокому столику, где уже было все накрыто для чаепития.
— Будет кто-то еще? — спросил Кристиан, обратив внимание на четвертую чашку, которую торопливо добавил к остальным слуга. — Галье?
— Тетушка, — его величество подхватил с этажерки маленькое пирожное и целиком засунул его в рот.
— Лея Хирот? — воскликнули мы с Кристианом одновременно.
— Она же собиралась уехать домой, — добавила уже я.
— Как уехала, так и приехала назад, — ответил император, дожевывая. — Услышала, какие тут дела творятся и сразу вернулась. Знаешь, Крис, я даже ревную немного, — он ухмыльнулся. — Мне кажется иногда, что она тебя любит больше, чем меня, родного племянника. И жалеет больше.
— Тебе так кажется, — сухо ответил Кристиан, а я в глубине души согласилась с императором.
— Ничего не кажется, — в гостиную ворвалась герцогиня. — А за что тебя жалеть? Весь в шоколаде. Родился на шелке и бархате. Живешь в свое удовольствие, и совесть не мучает. А на Криса вечно все беды мира валятся, — она обняла Морра, который сразу поднялся ей навстречу, привычным жестом потрепала по щеке, разве что не ущипнула, как малыша. — Как ты, дорогой?
— Все в порядке, в полном, — заверил ее Кристиан, косясь почему-то в мою сторону.
Но тут и герцогиня меня заметила, всплеснула руками:
— Лея Валерия! А я вас не признала сразу. Думала, очередная пассия Анлейна. Да и как узнать? Бледненькая такая, исхудавшая, — она сочувственно покачала головой, затем тоже стиснула в объятиях. — Но, главное, что живая… И это счастье!
— Мои лекари следят за здоровьем леи Валерии, — важно вставил император. — Скажу, чтобы завтра проведали вас, лея, оценили состояние здоровья…
— Спасибо, — я вежливо улыбнулась.
— Что твои лекари следят — это хорошо, — герцогиня тоже присела на софу и взяла фарфоровую чашку, наполненную чаем. — Но было бы лучше, если бы ты следил за своими любовницами шелудивыми. Руки бы поотрубала этой Роззи! А ведь она никогда мне не нравилась! С первой минуты, когда еще в невестах Кристиана ходила, а потом уж, как проявила себя во всей красе… — лея Хирот махнула рукой. Затем заботливо подвинула ко мне вазу с фруктами: — А вы ешьте, милая, ешьте, набирайтесь сил. Вам сейчас нужно побыстрее восстановить здоровье.
— Кстати, о Розалинде, — заговорил Кристиан. — Ты не из-за нее случайно, позвал меня, Анлейн?