Некромант на мою голову (СИ)

— Нет, не видала никогда таких в этом доме, — пожала плечами кухарка. — И имени такого не слышала… Может, какая тайна зазноба льерда? 
— Почему тайная? — усмехнулась я. 
— Может, тайная, а может, давняя, — хмыкнула в ответ Матильда. — Одно знаю: за все время, что я здесь работаю, никогда не видела льерда с женщиной. Клиентки не в счет. 
Глава 6
В запасе было больше трех часов свободного времени, без Морра, и Матильда, похлопотав по кухне, позвала меня прогуляться к рынку, докупить кое-что к ужину. 
— Здесь близко, обернемся быстро, — пообещала она. 
Ну а я и согласилась. Хотя бы выйду в люди, как говорят, а то уже третий день точно затворница в этом доме, еще и под постоянным прессом начальства. 
Рынок действительно расположился совсем рядом, буквально в квартале от дома Морра. Пока мы шли туда, я с интересом рассматривала здания и прохожих. Иногда на миг я забывалась и тогда мне казалось, что нахожусь в исторической части какого-нибудь европейского города, а не другом мире. Однако о последнем каждый раз напоминали живые картинки, то бишь визеры, которые мелькали везде: на рекламных щитах, информационных плакатах и даже витринах магазинов и кафе. Первое время с непривычки рябило в глазах от этого бесконечного движения, но потом я уже перестала их замечать, особенно когда мы оказались на рынке, где визеров заметно поубавилось. 
Матильда проворно закупалась овощами, фруктами и зеленью. В основном, продукты ничем не отличались от наших, мне на глазах попалось лишь несколько неизвестных плодов, но Матильда их обошла стороной, поэтому пока не удалось узнать, что это были за они. А потом я увидела лоток с цветами — и пропала. Такого разнообразия растений у нас редко встретишь. А сорта… Например, небесно-голубая гвоздика, натуральная, не подкрашенная — подобное я могла различить сходу. Или же ярко-желтые ландыши… А розы, сколько там было роз!..
— Выбирайте, лея, — заговорил со мной пожилой продавец. — Все самое свежее, ранние сорта… Недорого.
Я бы выбрала. Скупила бы все. Но, увы, у меня пока не было денег. 
— Матильда, — позвала я кухарку. — А не могла бы ты мне одолжить один диамант? С первой же зарплаты верну. 
— Держи, — мне на ладонь сразу же легла прозрачная резная монетка, сделанная словно из хрусталя. Вот они какие, диаманты… 
Но я быстро рассталась с ней, получив взамен букет розовых тюльпанов. Ничего необычного, зато моих любимых. 
— Нашла на что тратить, — посетовала Матильда, увидев, как я прижимаю их к груди. — И в расходы вписывать не советую: льерд такого не оценит. 
— Это будут только мои расходы, — заверила я. 
А насчет того, оценит или не оценит Морр: неужели он будет против букета, который украсит его гостиную или прихожую? 
Но права оказалась Матильда. Морр не оценил.
— Уберите это немедленно! — высказался некромант, только увидев тюльпаны в вазе. — Терпеть не могу цветы! 
Из Академии он вернулся не в лучшем настроении, чем уходил, и, конечно же, первым делом прицепился ко мне и несчастным цветам, которые я всего за минуту до этого поставила на стол, решив, что они красиво дополнят сервировку. 
— Хорошо, унесу их к себе, — видя, что Морр не в духе, я решила не препираться и избежать очередного конфликта. 
Я думала, что излишне плохое настроение Морра не перейдет в день завтрашний, но как же ошиблась! Упреки начали сыпаться на меня с самого утра и по всякой ерунде. Дошло до того, что все мои банные принадлежности были выставлены из ванной. А всего-то дерганный некромант случайно задел их, и они посыпались с полки. 
— Уберите немедленно! — его коронная фраза всех последующих дней. 
— Уберите эти бутылки отсюда. Это вам не салон красоты! — касаемо все тех же несчастных шампуней и бальзамов. 
Спорить о том, что ванную мы делим на двоих было бессмысленно. Все мои попытки отстоять свое мнение разбивались о стену не понимая. 
— Уберите эти газеты! Они же старые! — и ничего, если часть из них вышла только вечером накануне. 
— Уберите эту грязную чашку! — и неважно, что он сам принес ее в кабинет, поставил зачем-то на подоконник и, забыв о ней, позволил на остатках кофейной гущи появиться новой жизни, пушистой и зеленой. 
 
И так несколько дней подряд. Я уже устала мысленно считать до десяти, прежде чем ответить ему, и едва сдерживалась, чтобы не нагрубить. А еще все больше утверждалась в решении закончить наше сотрудничество после испытательного срока. 
— Что-то он совсем разбушевался, — сочувствовала мне раз за разом Матильда. 
— Теперь я понимаю, почему от него сбежал его предыдущий помощник, — вздыхала я. 
— Так тот, признаемся, временами филонил и ленился, — отмахнулась Матильда. — Так что сбежал бы он рано или поздно… Но ты же вон как стараешься… 
Я усмехнулась. Ага, стараюсь. Скорее, прогибаюсь. Морр будто упивается своей властью, вот и испытывает мое терпение. 
— Мне кажется, — сказала какая-то Матильда шепотом, — это он бесится из-за той дамы, о которой ты рассказывала. Ведь именно с тех пор он такой злющий. 
Может и так, но я-то тут при чем? 
К началу наступившей недели Морр все же несколько отошел, но это скорее походило на временное затишье перед очередной бурей. А в один из дней, когда он находился в Академии, в дом заявился барон, он же детектив Бернар Галье. Сегодня на нем было вычурный костюм кремового цвета, черная рубашка с жабо и лаковые туфли. Длинные волосы он собрал в хвост, щетину сбрил, и вообще выглядел бодрячком, еще и благоухал некой сладкой туалетной водой. 
— Добрый день, лея, — барон с порога вручил мне красную розу. — Скромный цветок для нескромно красивой девушки. 
Я на миг даже опешила от такой неприкрытой лести, во всяком случае, именно так я это расценила. И нет, не растеклась лужицей, напротив, во мне такого рода пикап всегда вызывал только отторжение. 
— Льерда Морра нет дома, — сразу сообщила я. 
— Ничего, я подожду, — он обворожительно улыбнулся, сверкнув жемчужными зубами. — У меня для него важные новости. 
Новости? Возможно, это то, о чем Морр говорил во время их общения по видофону? Я скрепя сердце пропустила гостя в дом. Но только закрыла за ним дверь, как у калитки показался сам некромант. Он расплатился за экипаж, на котором приехал, и вошел во двор. Это было, пожалуй, впервые, когда я радовалась его появлению: оно избавило меня от общения с бароном.
Вскоре Морр уже заходил в дом. Первый раз его бровь приподнялась, когда он увидел гостя, а второй — розу у меня в руках. 
— Это принес льерд Галье, — поспешила пояснить я. 
— Я не мог прийти без цветов для твоей очаровательной помощницы, — добавил барон. — Девушки любят розы. 
— Зато их не люблю я, — процедил Морр. — И это моя помощница, а не твоя. 
— Пусть она твоя помощница, но не рабыня же? — возразил Галье. 
И вот тут-то я поняла, что он не так уж плох. Истину глаголет. 
— И вообще, она девушка, а любой девушке приятно внимание, — продолжил барон, уже глядя на меня с улыбкой. 
Я тоже вынуждена была улыбнуться. И только Морр окатил нас презрительным взглядом, даже скривился чуток и обратился к Галье:
— Чего явился? Денег не дам. 
— Дашь, — с затаенным ликованием отозвался тот. 
Морр теперь посмотрел на него исподлобья. 
— Дашь, — повторил барон. — Потому что я нашел его. 
Надо было видеть, как всего за несколько секунд преобразилось лицо некроманта: недовольство сменилось удивлением, а удивление — радостью. Морр радовался! Он, конечно, не лыбился, как Галье, и даже не пытался улыбаться, но его глаза будто просветлели и заискрились. Что это, если не радость? 
 
— Он в городе? — тут же спросил Морр. 
И барон торжественно кивнул. 
— Адрес! — потребовал тогда Морр. 
— Вначале деньги, — заявил Галье. 
— Деньги будут, когда я получу нужную мне информацию, — не сдавался Морр. — Адрес!
— Родниковая, десять, — нехотя отозвался Галье.