Азраиль. Сквозь Небеса. Том 3

Бесконечные споры, что нередко перерастали в драки, велись повсюду. Любой разговор представителей разных Небес заканчивался одним и тем же — ответом на то, у какой расы сильнее Аура, больше дубина, красивее самки, богаче народ и... так далее.
Я то и дело сбавлял темп ходьбы, дабы лучше расслышать то или иное повествование; всё же порой они и впрямь оказывались полезными.
И не ошибся. Проходя мимо двух громил, я уловил... что-то поистине важное.
— ...слышал, Лейла Геральд-сон, отреклась от звания вассала Геральды Воительницы, — об этом повествовал карикатурный Андаманец, держа в руке огромную кружку с Тхалийсским пойлом. — Обрела небывалую силу, говорят. Может, она и есть тот самый преступник, которого Боги по Небесам ищут?
Сердце в груди чуть сжалось, как только я уловил это имя... Лейла.
Я чуть приостановился у края дороги, пропуская отряд из десяти наездников на тхардлах, и поглядел на ведущих диалог. Гестар по началу чуть нахмурился, не понимая, но затем остановился следом за мной. Впрочем, стоящий неподалёку прилавок с оружием из алония позволил мне не объяснять Гестару причину нашей остановки.
— ...даже не думай о таком говорить здесь, Аргус, — припечатал собеседник Андаманца. — Стоит Геральде услышать о том, что кто-либо из её вассалов — грязнокровый предатель, как она разъярится. К тому же, Лейла последние годы сражается на арене, чтобы силой доказать своей Покровительнице, что имеет право выбирать.
Аргус осторожно оглянулся. Я тут же отвёл взгляд.
— Да, ты прав, но стоит лучше наблюдать за низшей Богиней, — добавил он чуть ли не едва слышно. — Если новая сила досталась ей грязным образом, это всё равно раскроется.
Разговор двух бойцов на этом завершился. Я сделал вид, что не уловил ничего важного, дождался, пока Гестар выберет себе оружие по душе — и отправился дальше.
...мыслями пребывая с моей Лейлой. Неужто она собралась сражаться на арене?..
Нет сомнений, моя Лейла была прекрасной. Она не только обладала огромной энергией, но и делилась ей с остальными; словно пламя — в мирные времена была лучшей женой, любовницей и другом, но в моменты, когда что-то угрожало её близким, загоралась мгновенно и была способна буквально на всё ради своей семьи. Поведения, повадки, плавность движений... честно признать, я полюбил эту Богиню в первый же миг нашей встречи.
Вот только... на тот момент она была вассалом Геральды, а я — Азраилем; существом, что шло поперёк правил Высших Богов, устраивало революции. Да, я был другим... крепким, невероятно могучим и, что уж скрывать, харизматичным.
Тогда... откуда у неё особая сила, которая позволяет сражаться с сильнейшими?
Мы продолжали шагать мимо песчаных прилавков, гостиниц и прочих неприметных строений в сторону главной арены, что своей площадью была сравнима, наверное, со шестью футбольными стадионами, объединёнными в один. Огромные экраны, что увеличивали бойцов, витали с помощью одной лишь Ауры, куча дронов...
А количество трибун... да, я делал усилия над собой, чтобы не задирать голову для расценки масштаба всего строения в целом.
Внимание вновь устремилось к Гестару.
— Подготовь Натиск, Гестар, — велел я. — В таких местах следует держать Ауру в состоянии готовности.
Гестар язвительно фыркнул; но просьбу выполнил.
— Ты говорил, что хочешь устроить допрос, — отозвался вассал, когда мы шагали в сторону главных ворот арены. — Но что ты сможешь выудить у тех, кто обитает в этих местах? Если один великан распорол тебе брюхо, а полдюжины Кундаров и вовсе чуть-было не прикончили, то... что с тобой будет после встречи с настоящими бойцами?
Я хмыкнул с досадой в голосе. Тут он прав, с осколком на ухе я и впрямь способен на многое, вот только... здесь это не выглядит, как что-то поистине серьёзное. Стоит ли говорить, как тяжело мне досталась победа в своём последнем бою на этой арене? Да, тогда я только начинал свой путь, но несмотря на это использовал добрую часть своей силы.
Хоть на момент победы на Тхалийсском турнире я ещё не был близок к Богам, а камень Азраиля был только в стадии проекта, во мне не было и намёка на полное отсутствие инстинкта самосохранения.
 
И я не был психопатом...
С другой стороны, кто из нас двух больший психопат — это вопрос любопытный.
— Не думаю, что кто-то из здешних станет убивать вассала самой Геральды, — пожал я плечами, пока Гестар продолжал мотать головой, изучая представителей самых разных Небес и планет. — Ни Андаманцы, ни Эндемцы... ни даже Тени не позволят себе убить тебя.
Гестар хмыкнул, убирая плечо чуть в сторону, чтобы не столкнуться с трёхметровым существом в доспехах. Серая кожа, чёрная сальная борода, связанная в косу. Выглядел он поистине внушительно; словно раздутое дитя человеко-носорога.
— Убить, может, и не убьют, зато сделают из нас что-то вроде Насгардской настойки, — наконец припечатал он с натугой в голосе. — Ты ведь знаешь, как готовится этот напиток?
Я хмыкнул. Ну, разумеется, знаю. Особые плоды Хрузалии превращают в сок путём сдавливания одной лишь Аурой, после чего оставляют на некоторое время... настаиваться. Напиток безумно вкусный, но в то же время опасный.
— В таком случае, ты поможешь мне в допросе, — я натянул улыбку, широкую и даже желчную. — Напарник.
Глаза вассала расширились; бровь стала дёргаться под такт всё более отчётливо слышимым звонам стали о сталь.
— Кто ты такой, чтобы говорить со мной в приказном тоне? — в этот раз он не стал играть в вежливого слугу седьмого Неба. — Новички, вроде тебя, должны знать своё место.
— Повторю, если ты забыл, — мой голос прошёлся сталью. — Откажешь мне в помощи, придётся посасывать мягкие пяточки Геральды и потакать её стервозному темпераменту более тысячи лет. Надеюсь, она простит тебя за твоё неповиновение. Меня отправили сюда с определённой целью, а ты должен мне помочь.
Последняя фраза выбила Гестара из равновесия. Красный оттенок тут же вспыхнул на его смазливом лице. А сам он резко схватил меня за воротник, прижимая.
— Ещё одно слово о Всевышней, и твой остаток жизни пройдёт в глубинах Преисподней, — заключил он шёпотом, перебрасывая взгляд с одного моего глаза на другой. — Не поклянись ты в своём суждении, был бы тотчас испепелён.
Я продолжал улыбаться.
— На всё воля Богов, Гестар, — руки мои слегка развелись в стороны. — Ты обязан мне помочь.
— Чёрт с тобой, — процедил он, убирая руку. — Пошли.
...арена возвышалась на сотни метров ввысь над нами, а под ней, казалось, собралось гораздо больше существ, чем в том же Московском метрополитене в период час-пик. Давка, толпы беснующих, охрана... одним словом — хаос, который нужно было преодолеть.
И мы это сделали. С трудом, но всё же...
На экранах, в центре песчаного поля в песке копошились двое профессиональных убийц, на фоне которых тот же Граал с амулетом Шасуры выглядел маленьким хилым мальчишкой. Скорость бойцов; сила, которую они вкладывали в каждый удар... да даже взгляды. Представители своих рас были готовы убить друг друга, лишь бы выжить и вписать в своё резюме ещё одну победу.
— Только... не говори мне, что допрашивать будем одного из них, — обратился ко мне Гестар с явным страхом в голосе. Он тоже смотрел на то, что происходит посреди арены.
Я мотнул головой, наблюдая за тем, как тяжёлый меч вонзается в торс одного из бойцов, высвобождая фонтаны крови.
— Дерите меня кухарки Андама! — послышалось с трибун.
— Невероятно!
— Кто бы мог подумать... — возгласы наблюдающих доносились с каждого угла. — Пощади Ахистана, прошу!
К слову, взревела буквально вся арена. Кто-то показывал пальцы вниз — мол, убить. Другие бесновали, прося пощадить — всё в точности так же, как и когда-то...
В этих местах последнее право голоса оставалось за победителем.
Перед нашими глазами Эндемец — судя по виду — вскинул руку и грузно воткнул меч в песчаную поверхность. А затем устало пошагал обратно, в сторону широких клетчатых ворот. В то же время к проигравшему подбежали лекари и вынесли его в другом направлении.