Зверя зависимость (СИ)
Не могу сдержать стон, выгибаюсь, естественно, не в силах ответить. По крайней мере, внятно не получается. Тяжело поддерживать диалог, когда тебя бесстыже трахают пальцами, быстро и качественно доводя до оргазма.
— Отвечать собираешься? — хрипит Рамиль мне в приоткрытые губы.
Хватаюсь за его запястье и шиплю, вздрагивая от близости разрядки. Хорошо так, что покусать дядю хочется. Особенно за болтливость в неподходящий момент.
— Ещё-ещё-ещё, — прошу, задыхаясь.
Никаких моральных сил терпеть пытку, которую Рамиль устроил. Оргазм вертится на краешке оголённых нервов, но никак не случается, а контролирует всё это безумно наглый бородатый собственник.
Тяжело задышав, он дёргает собачку на молнии ширинки и освобождает напряжённый член, а я цепляюсь пальцами за его рубашку, но конечности не слушаются — несколько пуговиц выдраны с корнем. Дядя приподнимает меня за бёдра, вгрызается жадно и грубо мне в губы и входит на всю ни черта не маленькую длину. Тело прошивает сладкой крепкой судорогой, я кричу, пугая соседей ранним воскресным утром, а дядя двигается во мне яростно и рвано. Он тоже себя не контролирует — нам крышу друг от друга сносит одинаково быстро и крайне надёжно.
Цепляясь за мощный торс ногами так, что икры, кажется, вот-вот сведёт, я почти не даю Рамилю пространства для манёвра — насаживаюсь на член до упора, и оргазм у меня какой-то бешеный, бесконечный. Меня реально колотит под тяжёлым, почти стальным телом дяди, и отпускает, только когда он приходит к финалу — успев выйти из меня, кончает мне на грудь.
Расслабиться не получается. Я лежу, вцепившись онемевшими пальцами в плечи Рамиля, и тихонько скулю. На границе между штормовым удовольствием и штилем можно сойти с ума.
— Вещи собери, — приказным тоном командует дядя.
— А-аха… Щаз! — выдыхаю и щурюсь, глядя в чёрные глаза бородатого «генерала». — Я ещё не решила…
Рамиль ловко переворачивает меня на живот и от души припечатывает тяжёлой ладонью по голой ягодице. Взвизгнув, пытаюсь выбраться, но он держит крепко и шлёпает ещё раз, но уже по другому полупопию. Не больно, но, блин, обидно!
— Вещи собери, — повторяет спокойно, и тяжесть исчезает.
Я переворачиваюсь на спину, тянусь за покрывалом и, прикрыв обнажёнку, смотрю, как дядя деловито копается в спортивной сумке — ищет новую рубашку. Взамен той, у которой теперь не хватает пуговиц.
— Ты всегда такой? — спрашиваю сердито.
— Какой? — Рамиль улыбается краешками губ.
— Непробиваемый.
— Всегда, — он вдруг становится серьёзным. — Должность обязывает.
Дядя натягивает слегка помятую рубашку, рявкает по телефону на Каира, который посмел его поторопить, и я уже не знаю куда сунулась, если честно… Вчерашний алкоголик с сигаретой в зубах и лёгким флёром бандитизма остался где-то на обочине жизни — там ему место, но я не понимаю, кто передо мной сейчас. Крупный политик, бизнесмен, сам бог?
— Кем ты работаешь? — усаживаюсь на кровати, прижимаю коленки к груди.
— Главой одной крупной… — Рамиль замолкает, словно подбирая слово. — Корпорации.
— И чем занимается твоя корпорация?
— Инвестиции в основном, — бросает небрежно и снова поливает себя туалетной водой.
Запах дорогой и неброский. Я облизываю пересохшие губы и вздыхаю — ничего непонятно. Умеет дядя уходить от ответа. Профи.
— Ясно, что ничего не ясно, — фыркаю.
— Всему своё время, кнопка, — Рамиль садится на диван, поправляет мои растрепанные волосы. — Всё расскажу и покажу, но чуть позже. Через полгода закончится моя реабилитация, и мы свалим из этого города.
— Мы? — я с недоверием смотрю на него. — Зачем тебе хромоножка из провинции?
— Ногу вылечим, не сомневайся, — дядя сходу берёт самую правильную ноту. — И чтобы я больше не слышал вопросов типа этого, — он целует меня, едва касаясь губами. — Ты моя.
Сердце сжимается от нежности. Я кладу голову на сильное плечо — вот оно моё неодиночество. Мы. Мы уедем из Падалок. Куда? Да какая, к чёртям, разница?! С дядей хоть в пекло.
— Иди уже, — смотрю на мигающий экран смартфона в руке Рамиля, — Каир заждался.
— Ближе к ночи вернусь, — чмокает меня в нос, щекочет бородой. — Вещи собери.
Я улыбаюсь. Дядю, кроме моих шмоток, что-нибудь интересует? Другой бы пожрать приготовить попросил, а он с этими вещами привязался.
* * *Выхожу из подъезда, сажусь в машину к бете, командую — поехали — и закрываю глаза. Никаких разговоров, только крепкий и здоровый сон всю гребанную дорогу. Беспокойная ночь и утренний секс оказались как нельзя кстати. Нам с Каиром предстоит проехать сотни километров, и по пути будут города, в которых достать Плей не проблема. Лучше уж спать, чем…
Бета молчит — понимает, почему я притворился ветошью. А мой смартфон в кармане молчать не собирается — захлёбывается трелью. Достаю его, смотрю на экран и улыбаюсь.
— Привет, моя, — урчу в трубку. — Ты чего в такую рань?
— У меня вечер, — хихикает Зара.
— Запутался я с твоими перемещениями по земному шару.
Снова закрываю глаза. Даже знать не хочу, когда мы выедем из Падалок.
— Что с голосом? — сестрёнка замечает нездоровые ноты усталости в моём хрипе.
— Переутомление, нервы, не спал всю ночь.
— Да? — Зарина Закировна настроена скептически. — Симптомы у тебя какие-то…
— Какие? — улыбаюсь.
— Особенные.
— А конкретнее? — я почти ржу.
— Рамиля, — Зара смеётся, — не включай дурака.
— Я пару встретил.
Радостный писк на том конце связи меня оглушает. Сижу контуженный, но глаз не открываю, и лыба вот-вот треснет.
— Наконец-то! А-а-а!
Зара, кажется, что-то роняет там. На радостях.
— Цела? — спрашиваю, слушая, как сестрёнка сопит в трубку. — Ненормальная моя.
— Я думала, это никогда не случится. Теперь заживём, как белые оборотни! Женской руки нам не хватает.
— Кто бы говорил, — ворчу на сестру.
— Ты же знаешь, из меня лидер никакой, — она вздыхает. — Ладно, не о том речь. Значит, так… — молчит моя, думает. — Я вылетаю первым рейсом. Адрес скинь в смс.
— На хрена ты вылетаешь? — у меня глаза сами собой открываются.
— Познакомиться хочу с твоей парой, — Зара растерялась — это слышно. — Нельзя?
— Можно, но она ещё не знает ничего обо мне… о нас.
— Совсем ничего?
— Кроме того, что я торчал — ничего.
— Значит, я еду с просветительской миссией, — хихикает, а мне эта уже идея не нравится.
— Зара… — открываю рот, чтобы высказать сестрёнке.
— Всё, Рамиля, я убегаю. Жду адрес. Пока-пока, — прощается нараспев.
Бл*, у меня не сестрёнка — пуля! Она принимает решения быстрее, чем я успеваю что-то сообразить.
— Зарина Закировна прилетает? — аккуратно интересуется Каир.
— Похоже на то, — цежу сквозь зубы.
Зара единственная, на кого я не могу повлиять в стае. Почему? А, бл*ть, не знаю! Особенно тяжело мне дался её переходный возраст — седых волос на заднице у моего волка тогда прибавилось. Поэтому, когда Зарина решила колесить по миру с волонтёрами, я перекрестился. Хотя в человеческую веру не обращён…
Прячу телефон в карман и снова закрываю глаза.
— Альфа, тут такое дело… — бета снова подаёт голос.
— Ты меня всю дорогу доставать собираешься? — рычу недовольно.
— Вы должны знать.
— Х*р с тобой, говори, — вздыхаю.
— Я говорил, что пробил Наталью эту. Информация занятная…
Ясно всё. Каир не оставляет надежды решить вопрос с сестрой ангелочка законным способом. Нарыл там что-то на неё. Слушаю… И х*рею. Оказывается, Наташка незаконно владеет квартирой, в которой они с Гелей живут. Чистая подделка документов, так как половина хаты должна была принадлежать Гелику, но не принадлежит.
— Лихая бабёнка, — хмыкаю, проверяя наличие в кармане её телефона.
Он на месте. Я его с собой прихватил, пригодится.
— Это не всё, — бета рулит к выезду из города, а у меня мотор в груди тарахтит беспокойно. — Наталья работает постовой медсестрой в стационаре и приторговывает на месте веселящими препаратами.