Injectio платины 3 (СИ)

— Что это, Ио-ли? — шёпотом спросила её спутница, хватая за рукав. — Могила?
— Нет, — усмехнулась девушка, вспомнив слова раненого слуги о том, что бандиты "выскочили из-под земли". — Здесь прятались разбойники, чтобы их не увидели раньше времени.
У Платиной мелькнула мысль побродить вокруг и поискать что-нибудь интересное. Вот только её спутница вряд ли отнесётся к подобному желанию с пониманием.
На дороге их ждала благородная пассажирка из соседнего фургона. Служанки привели в порядок её причёску и даже украсили парой серебряных шпилек.
Поклонившись, она поинтересовалась:
— Госпожа Сабуро, это правда, что господин Канако и его дочь Изуко мертвы?
— Да, госпожа Сетошо, — подтвердила Ия. — Их убили.
— Какой ужас! — всплеснула широким рукавом женщина. — Кто посмел напасть на свадебную процессию?
Прежде чем рассказать, что ей известно, девушка заранее предупредила:
— Я знаю не так много, госпожа Сетошо.
Пока собеседница охала и переспрашивала, подтянулись другие благородные дамы и даже кое-кто из служанок.
Приёмной дочери начальника уезда пришлось повторить свой рассказ. В этот раз она не забыла упомянуть замаскированную яму, где прятались бандиты, поджидая свою добычу.
— Этим мерзавцам надо отрубить головы! — пылко вскричала одна из слушательниц.
— Они не заслуживают такой лёгкой казни! — гневно возразила другая. — Только четвертование!
— За убийство благородной девушки и её отца в такой день?! — возопила третья. — Содрать кожу живьём!
И женщины загалдели, с азартом предлагая всё новые виды казней.
"Вот же-ж фантазия у людей", — мысленно усмехнулась Платина, невольно поёжившись от пробежавших по спине мурашек.
Заметив, как стремительно бледнеет лицо родной дочери её приёмного отца, она громко объявила, перекликая кровожадный гвалт:
— Для этого, благородные дамы, разбойников надо сначала поймать! А уж потом суд сурово накажет их по закону.
Стушевавшись на пару секунд, дворянки столь же дружно её поддержали и принялись наперебой рассказывать свои истории.
Оказывается, разбойники прошлись по всем фургонам, и никто из благородных мужей не оказал им сопротивления, безропотно позволив забрать украшения своих жён и дочерей.
Двое гостей рыцаря Канако погибли ещё до того, как налётчики бросились отнимать драгоценности. Один выглянул в окно и получил стрелу в лицо. Второй выскочил из фургона почти сразу же, как караван остановился. Великолепно владея боевыми искусствами, он голыми руками положил троих бандитов, но был ранен стрелой и подоспевшие сообщники злодеев добили храбреца. Причём, по словам слуг, наблюдавших за поединком, они разительно отличались от большинства разбойников и больше походили на воинов.
Живописно описав данный поступок, дамы сочли его хоть и героическим, но чрезвычайно легкомысленным.
— Безрассудно бросаться в одиночку, без оружия на такое количество врагов, — наставительно заявила госпожа Сетошо. — Его дети будут гордиться своим отцом, но вырастут сиротами. Вряд ли мать сможет дать им приличное образование, а без этого не сдать государственный экзамен.
Ия скромно помалкивала, в душе радуясь, что её приёмный папаша укатил ещё вчера и не попал в столь щекотливую ситуацию. Вряд ли он решился бы помешать тому мастодонту грабить своих женщин, а значит, что бы сейчас не говорили эти клуши, мог бы сильно опозориться, причём не только в глазах жены и детей.
Разговор прервала одна из служанок, сообщив о возвращении господ.
При виде мужей дамы торопливо попрощались и поспешили к своим фургонам.
Пропустив вперёд мужчин, пришла и супруга начальника уезда, первым делом сообщив, что перекрывшее дорогу дерево сдвинуть не удалось.
— Нужны топоры, пилы и верёвки, — вздохнула женщина. — Господин Канако обещал прислать людей… Но когда это ещё будет?
— Разве господин Канако жив? — удивилась девушка.
— Я имею ввиду господина Тсушо Канако, теперь он глава семьи, — поморщившись, пояснила собеседница. — Его отец, господин Миноро Канако, действительно мёртв, как и его дочь Изуко. Сам господин Тсушо Канако тоже ранен, но не очень тяжело.
 
— Понятно, госпожа, — кивнула Платина.
Бросив на неё недовольный взгляд, Азумо Сабуро продолжила:
— Он пригасил всех вернуться в замок, а уже завтра утром ехать в Букасо.
— А разве в город никого не отправили? — удивилась Ия. — Надо сообщить жениху, что невеста погибла. И наш господин тоже должен узнать о нападении разбойников.
— Не считайте себя самой умной, самая младшая госпожа, — с издёвкой проворчала женщина. — Конечно, господин Канако отправил в Букасо людей. Только здоровых лошадей нет, а пешком им долго добираться придётся.
Невольная путешественница между мирами уже научилась определять время по солнцу, хотя и довольно приблизительно. Глянув на почти безоблачное небо, она решила, что скоро наступит полдень.
— Какой нам смысл возвращаться в замок, старшая госпожа? — спросила девушка. — Мне сказали, что город ближе.
Все взгляды устремились на возницу.
— Так оно и есть, старшая госпожа, — подтвердил тот.
— Я же сказала, что дорога перекрыта! — не выдержав тупости приёмной дочери мужа, рявкнула женщина.
— Но люди-то пройдут, старшая госпожа, — смело возразила девушка.
Ей отчаянно не хотелось возвращаться в замок. Во-первых, там сейчас начнётся сильнейшая суета из-за убийства хозяина, его дочери и воинов, так что даже в доме для гостей не отдохнёшь. Во-вторых, она очень устала от непрерывного общения с супругой своего приёмного папаши. Дома Ия могла хотя бы в своей комнате "снять маску" и расслабиться. В-третьих, ей совсем не улыбалось вновь делить постель с Иоро. Мало того, что девчонка очень беспокойно спит, так ещё во сне обниматься лезет.
Вот поэтому девушка и пыталась склонить госпожу Азумо Сабуро к путешествию в Букасо. С этой целью Платина вновь обратилась к вознице:
— Даб, грузовую телегу можно разобрать и перенести за дерево?
Однако, прежде чем тот успел ответить, женщина окончательно потеряла терпение:
— Я же сказала, что мы возвращаемся в замок! Чего вы ещё хотите?
— Я, старшая госпожа, — с почтительным поклоном заявила Ия, — хочу как можно скорее оказаться под защитой нашего господина. Вряд ли нам стоит ещё раз ночевать у чужих людей без его разрешения.
Супруга начальника уезда набычилась.
— Как только наш господин узнает, что случилось, — продолжала убеждать Платина, — он обязательно поедет в замок, и мы встретимся с ним по дороге.
Но собеседница молчала, только по скулам ходили желваки. Судя по всему, ей очень не хотелось принимать решение и брать на себя такую ответственность.
— А вы спросите, — предложила девушка, — может быть, ещё кто-нибудь с нами поедет? Тогда мы будем не одни.
Ничего не говоря, женщина направилась к соседнему фургону, из которого слуги уже выносили вещи.
— А как быть с нашим добром, самая младшая госпожа? — тихо спросила Угара, кивнув на стоявшие у повозки сундуки.
— Наверное, кому-то придётся остаться с ними? — пожала плечами Ия. — Может, тебе с Дабом? Всё равно сейчас из него ходок плохой.
— Если старшая госпожа прикажет, всё сбережём! — пылко, но не очень уверенно заявила служанка.
Заметив досадливую гримасу на лице дворянина, Платина предположила, что переговоры у госпожи Азумо Сабуро, видимо, идут не очень удачно и, наплевав на приличия, поспешила к ней на помощь.
Господин Риоко Сетошо, кажется, не совсем понимал, что именно хочет от него супруга благородного господина Бано Сабуро? Или просто не воспринимал её всерьёз.
— Прошу нас простить, господин Сетошо, — поклонилась девушка и, подхватив под локоть явно растерявшуюся старшую госпожу, потянула её в сторону. — Пожалуйста, подождите немного.
— Видите, они сундуки выгружают? — зашептала Ия. — Предложите оставить их здесь под охраной его и наших слуг! Днём с ними ничего не случится. А к вечеру пообещайте прислать повозки с охраной. Скажите, что если разобрать нашу телегу и перенести её за дерево, слуги смогут довезти нас до города. И господин не забудет его услуги.