Injectio платины 3 (СИ)

Межкомнатные перегородки в доме для гостей строители сделали очень тонкими, так что Ие пришлось засыпать под доносившееся из-за стены многоголосое бормотание.
Утро напомнило ей сильно "утяжелённую" версию начала праздника фонарей. Если хозяева замка Канако и обеспечили приезжим достаточно комфортный ночлег, то учесть все нюансы наведения женской красоты они оказались не в силах.
Желая непременно затмить всех своим внешним видом, благородные дамы, поднявшись затемно, отправили своих служанок в баню с тазиками и кувшинами.
Из сундуков извлекались наряды, украшения и запасы косметики. И всё это приходилось проделывать как можно тише, ибо утомившиеся за вчерашний вечер главы семейств желали отдохнуть в тишине.
Платина уже не удивилась тому, что туалетный столик прочно оккупировала супруга приёмного папаши.
Разместившись у другого окна, девушка достала свою расчёску и зеркальце, приказав Оки заплести ей косу.
Но тут подошла Иоро, до этого спокойно наблюдавшая за тем, как Икиба помогала матери наносить макияж.
— Ой, какая интересная гребёнка! А это зеркало? Можно посмотреть, Ио-ли?
— Подождите, пожалуйста, Иоро-ли, — изо всех сил стараясь быть вежливой, проворчала Платина. — Сейчас, только брови подкрашу.
Однако собеседница пропустила её слова мимо ушей и попыталась завладеть вожделенным предметом. После нескольких безуспешных попыток вырвать его из крепких пальцев приёмной дочери своего отца девочка вскричала:
— Посмотрите, оно стеклянное!
— Стеклянных зеркал не бывает, Иоро-ли, — наставительно проговорила мать, разглядывая своё отражение в полированном металле. — И не приставайте к самой младшей госпоже.
— Но, мама! — повысила голос дочь, и сейчас же со стороны родительской кровати донеслись звуки, напоминавшие ворчание разбуженного гризли.
— Ну дайте, Ио-ли, — опасливо втянув голову в плечи, шёпотом заканючила родная дочь начальника уезда. — Я покажу старшей госпоже.
— Не нужно мне ничего показывать! — зашипела женщина. — Идите сюда. Вам надо волосы уложить. Я почти закончила.
Обиженно надув губы, девочка подошла к туалетному столику.
Платина уже давно придумала объяснение наличия у неё необычных вещей, но не торопилась его высказывать.
Вот и сейчас она надеялась, что Азумо Сабуро позабудет слова дочери. Однако, убедившись, что та сидит смирно и не мешает служанке делать ей причёску, женщина подошла к приёмной дочери мужа и спросила:
— Что у вас там за зеркало, Ио-ли?
— Вот оно, старшая госпожа, — девушка достала его из сумки, куда только что убрала.
— Действительно, стекло, — озадаченно пробормотала супруга начальника уезда, рассматривая столь необходимый каждой представительнице прекрасного пола предмет. — А это что? Вроде рог или черепаховый панцирь? Откуда он у вас, Ио-ли?
— Госпожа Амадо Сабуро сказала, что он был со мной, когда почтенный Шуфр привёз меня в монастырь, — равнодушно пожала плечами девушка. — Наверное, это подарок матери, который она получила от кого-то из своих знакомых.
— Никогда такого не видела, — растерянно пробормотала собеседница.
— А я говорила, — тихо, но отчётливо пробубнила её родная дочь.
— Госпожа Амадо Сабуро думает, что оно из-за океана, — выдала путешественница между мирами заранее заготовленную версию.
— Наверное, она права, — нехотя согласилась женщина, возвращая зеркальце и словно бы теряя к нему всякий интерес. — Я слышала о той варварской державе. Кто-то рассказывал, будто их послы преподнесли в дар Сыну неба какое-то необыкновенное зеркало. Только оно очень быстро облезло, и этого тоже надолго не хватит.
— Возможно, старшая госпожа, — дипломатично ответила Платина, отметив про себя, что пользуется им уже лет десять.
К счастью, тут окончательно проснулся глава семейства, и собеседница перенесла всё внимание на него.
Ия отметила, что, несмотря на вчерашнее возлияние, приёмный папаша выглядел вполне прилично. Только хмурый вид да набрякшие мешки под глазами указывали на похмелье.
После чашечки чая настроение его заметно улучшилось, и начальник уезда стал облачаться в парадный синий халат.
 
Его приёмная дочь уже знала, что свадебное торжество у здешних дворян состоит из двух неравных частей.
Сегодня, в первый день, жених привезёт подарки родителям невесты и официально попросит её руки. Если те согласятся, то молодому человеку позволят встретиться с избранницей за чаепитием.
Иногда на этом "официальная" часть и заканчивается, гости садятся за стол и начинают праздновать, чтобы жизнь молодожёнов была долгой и счастливой.
Поприсутствовав на застолье, жених покидает дом невесты, а та остаётся, чтобы попрощаться с близкими.
На следующее утро те везут своё чадо и её приданое к будущему мужу. В его доме и происходит церемония бракосочетания, гости поздравляют молодых, дарят подарки и веселятся до комендантского часа. А с наступлением темноты родители молодожёнов провожают их в спальню.
При одной мысли об этом у Платиной сразу начинало портиться настроение.
Чтобы гости не заскучали в ожидании жениха, хозяева замка устроили для них разнообразные развлечения.
На "мужской" и "женской" половинах парка под полотняными навесами стояли накрытые столы с разнообразными закусками, для заядлых лучников устроили стрельбище. Кроме того, пригласили труппу цирковых артистов, устроивших представление на поляне у башни.
Представление гости смотрели вместе, только с разных сторон.
Разумеется, Ия не могла не взглянуть на выступление коллег.
Облачённые в белые штаны и куртки, четверо молодых людей от шестнадцати до двадцати лет, двое мальчиков, лет по двенадцать, и пара солидных бородатых мужиков показывали такой класс, что бывшая учащаяся циркового колледжа едва не завизжала от восторга.
Парни без разбега делали двойное и тройное сальто. Упираясь ногой в сцепленные замком руки партнёра, они исполняли кувырок назад с двумя и тремя оборотами в воздухе.
Лёжа на расстеленных циновках, бородачи ногами подбрасывали вверх лёгких мальчишек, те, сделав оборот, приземлялись ступнями на их ступни, и так несколько раз подряд!
Юноши взяли два бамбуковых шеста и, положив их себе на плечи, образовали что-то вроде брусьев. В последний раз подкинутые мужчинами мальчишки почти синхронно приземлились на них, сохраняя равновесие, улыбались и помахивали руками.
Затем они принялись прямо на шестах исполнять двойное, тройное сальто и даже пирует-сальто!
А бородачи в это время демонстрировали силовые упражнения и эквилибр. Опираясь на одну руку, они растягивали ноги в шпагате. При этом на голове каждого стояла фарфоровая чаша с водой, водружённая одной из женщин, аккомпанировавших представлению на простеньких музыкальных инструментах.
Лица артистов блестели от пота и светились улыбками. Но из всех зрителей, пожалуй, только приёмная дочь начальника уезда знала, как тяжело даётся эта лёгкость и непринуждённость.
А ещё она с предельной ясностью поняла, что ей нечего и думать поступить в такую труппу. И дело не только в том, что она женщина. Просто даже самые мелкие из этих артистов превосходят её в ловкости, гибкости и мастерстве. Несмотря на возраст, они уже настоящие профессионалы. А себя Платина таковой ещё не считала.
Зрители лениво зааплодировали, а ей стало грустно, и вновь захотелось куда-нибудь уйти.
Конечно, богатый землевладелец мог позволить себе нанять лучших из лучших. Тем не менее они давали ясное представление об уровне циркового искусства в Благословенной империи.
Разве что попроситься в ученицы? Только вряд ли возьмут. Даже в её мире цирк — эта профессия во многом семейная, а уж в здешнем феодализме с его сословными ограничениями там и подавно только "свои".
— Ио-ли! — тихонько позвала её родная дочь начальника уезда.
Но погружённая в свои мысли девушка никак не отреагировала.
— Да, Ио-ли! — раздражённо зашипев, собеседница дёрнула её за рукав.