Injectio платины 3 (СИ)
— Случайно встретились возле дома господина Сабуро, — пояснила вдова. — Служанка провожала девчонку ко мне, а господин Хваро приехал к господину Сабуро на ужин. И учтите главное: барон буквально заставил нас пригласить его в гости. Тогда я ещё не совсем понимала причину такой настойчивости, но сделала всё, чтобы сберечь доброе имя моей ученицы. Я заперла её в павильоне, повесила на дверь замок, приказала сыну и слугам говорить, что в доме больше никого нет. Только всё напрасно. Когда гости напились, господин Хваро выходил в сад к павильону. Я сама видела его следы на снегу. На следующий день хитрая девчонка сказала, что барон приходил, но она не стала с ним разговаривать. Теперь я ей не верю, потому что именно после той ночи она повадилась гулять в саду по ночам.
— Но вместе вы их там не видели? — вновь оборвал её чиновник по особым поручениям.
— Нет, господин Нобуро, — со вздохом призналась благочестивая старушка, возмутившись, — только при чём тут…
— Того, что ваш сын изложил в жалобе его превосходительству слишком мало, чтобы привлечь к ответственности столь значительное должностное лицо, как начальник уезда, — не дал ей договорить молодой человек. — Но я обязательно всё проверю. А вы, госпожа Андо, если всё ещё хотите разоблачить господина Сабуро, для начала точно выясните, с кем встречается ваша ученица. Вдруг господин Хваро здесь всё же ни при чём? Это не меняет сути дела, но поможет доказать безнравственное поведение Ио.
— Я сделаю всё для торжества справедливости и восстановления моральных устоев, попранных господином Сабуро! — торжественно поклонилась вдова, по-прежнему держа в руке раскрытую книгу.
— Если удастся точно установить наличие порочной связи Ио с Хваро или с кем-нибудь ещё, — продолжил вдохновенно врать младший брат губернатора. — У меня появятся все основания для более детального изучения прошлого этой девчонки.
— Можете рассчитывать на нас с сыном, — клятвенно пообещала старушка, вздохнув. — Мы же даже не надеялись, что власти наконец-то обратят внимание на нашу жалобу. Хвала Вечному небу, что его превосходительство прислушался к нам и прислал для разбирательства столь важного и добросовестного чиновника.
— Я приложу все усилия, чтобы выяснить правду, — пообещал молодой человек, кланяясь. — До свидания, госпожа Андо.
— До свидания, господин Нобуро, — поклонилась та.
Заметив на одной из полок томик стихов Шиэко Мориро, парень купил его, чтобы не давать хозяину лавки лишний повод для кривотолков.
Всю дорогу до гостиницы он размышлял над рассказом чересчур благочестивой вдовы.
Разумеется, приёмная дочь начальника уезда Букасо — никакая не дикарка из варварского племени. Да и на неотёсанную простолюдинку из сонга или нули она тоже совершенно не похожа. С первого взгляда ясно, что в её жилах течёт благородная кровь, хотя, возможно, она и в самом деле не является родственницей господина Сабуро. А все её странности, на которые обратила внимание излишне бдительная госпожа Андо, лишь результат перенесённой болезни, после которой девушка не только потеряла память, но, похоже, ещё и повредилась в уме.
Рокеро Нобуро мало интересовали причины, по которым Бано Сабуро даровал ей свою фамилию. Наверное, у него имелись веские основания для столь серьёзного шага.
Если бы невозможная связь этой особы с бароном Хваро, младший брат губернатора, поболтав с сестрой начальника уезда и выждав ещё несколько дней, вернулся бы в Хайдаро и доложил, что всё изложенное в анонимном доносе — несусветная чушь, а господин Бано Сабуро — по-прежнему образец добродетели и обладатель высоких нравственных устоев.
Теперь всё изменилось. Чиновнику по особым поручениям по-прежнему не было никакого дела до его приёмной дочери. Вот только возможность отомстить столичному хлыщу с её помощью выглядела уж очень соблазнительно. Если, конечно, девчонка и в самом деле умудрилась втюриться в такое ничтожество, как Тоишо Хваро.
На какой-то миг Рокеро Нобуро почувствовал некоторое сомнение. Всё-таки ни Ио, ни господин Сабуро не сделали ему ничего плохого.
Но тут он вспомнил отрешённо-надменное лицо барона с щегольской полоской усиков, и все мысли о девушке с её приёмным отцом исчезли, погребённые под волной раздражения.
Если порочная связь между богатым землевладельцем и приёмной дочерью начальника уезда всё-таки существует, то публичное разоблачение их отношений больше всего навредит именно девушке, навсегда уничтожив её репутацию и любую надежду на замужество. После такого в благородную семью не возьмут даже наложницей.
Зато будет выставлен на всеобщее обозрение истинный моральный облик так очаровавшего весь уезд столичного красавчика.
А после того, как эта история станет достоянием гласности, можно будет вызвать Хваро на поединок, не рискуя прослыть спесивым самодуром, поднявшим руку на всеобщего любимца.
Предаваясь кровавым мечтам о будущей схватке, молодой человек вернулся в гостиницу, где, вспомнив кое-какие рассказы старшего брата о его прошлом, созвал слуг, выдал им по несколько медных монет и приказал отправиться по местным харчевням.
— Узнайте как можно больше о бароне Хваро, — напутствовал он весьма озадаченных подобным поручением Жбана и Кубваня. — Послушайте, что о нём говорят простолюдины. Я не стану ругаться, если вы немного выпьете, но, если не расскажете о нём ничего интересного — пеняйте на себя. Поняли?
— Как не понять, господин, — привычно ответил за обоих Кубвань.
Жбан также отвесил глубокий поклон и не удержался от довольной улыбки.
Выпроводив слуг, их хозяин через какое-то время понял, что просто не в силах оставаться в гостинице. На чём свет кляня собственную глупость, он приказал конюху запрячь Снегиря и отправился на прогулку верхом.
Свежий воздух помог успокоиться и нагулять аппетит. Вернувшись в гостиницу, чиновник по особым поручениям плотно пообедал и решил всё-таки навестить уездную канцелярию.
Заверив господина Бано Сабуро в своём полном выздоровлении, Рокеро Нобуро какое-то время шатался по кабинетам, а потом вышел на площадку для занятий боевыми искусствами, где уже находился знакомый десятник городской стражи.
Почтительно поприветствовав знатного гостя, тот, усмехаясь в пышные усы, предложил ему ещё один тренировочный поединок.
Рассудив, что господин Кимуро, видимо, желает взять реванш за своё вчерашнее поражение, молодой человек охотно предоставил ему такую возможность, совместив приятное с полезным. Никогда не следует пренебрегать тренировкой с достойным соперником, да и поставить городского стражника на место тоже будет не плохо.
Возможно, его противник успел взять пару уроков у кого-то из здешних мастеров или рассчитывал, что чиновник по особым поручениям ещё не пришёл в себя после вчерашнего пира у начальника уезда?
В любом случае, выглядел десятник на редкость самоуверенно.
Рокеро Нобуро постарался его разочаровать, сразу же бросившись в атаку, но, наткнувшись на умело выстроенную защиту, не сумел правильно рассчитать силы и, сбив дыхание, отступил.
Пятясь к краю площадки, он с трудом отбивал сыпавшиеся на него удары господина Кимуро, чьи усы уже вздыбились в торжествующей ухмылке.
Однако младший брат губернатора доказал, что является достойным учеником самого Джиро Айоро.
Кое-как отдышавшись, он перешёл в наступление. На сей раз молодой человек не стал выделываться, выбивая у соперника клинок, а провёл серию стремительных ударов, закончившихся дрожанием кончика деревянного меча у горла десятника городской стражи.
Тот замер, опасливо косясь на полированную деревяшку. Со стороны канцелярии донёсся явственный вздох разочарования и тихий стук закрывавшихся оконных рам.
Опустив меч, младший брат губернатора почувствовал, что его рубаха насквозь промокла от пота.
"Надо больше тренироваться", — мельком подумал он, отвечая на поклон соперника, громко объявившего дрожащим от волнения голосом:
— Спасибо за науку, господин Нобуро. Для меня большая честь получить от вас ещё один урок.