Короне вопреки. Путь к себе. Книга 1 (СИ)

— А если я тебе наврежу?
— Значит, будем начинать с чего-то лёгкого и безвредного. Будешь меня останавливать или наоборот, заставлять идти.
— И ты не сможешь остановиться, — буркнул Луциан.
— Поймаешь меня сетью, — отмахнулся Гор, по горящему взгляду парнишки Луциан понял, что кое-кто загорелся идеей и не отступит. — Ты только подумай! Ты сможешь контролировать всё, что я делаю, а потом и других тоже. Ты сможешь избежать драк, остановить преступника, спасти чью-то жизнь. Как сегодня! Разве это плохо?
— Нет, — неуверенно ответил паренёк, но не потому, что перечисленное было плохо, а потому что видел, его друг теперь не отстанет. — Но может лучше не трогать это? Вдруг наоборот, без практики я перестану уметь это всё, не стану Про́клятым. Это же лучше?
— Нет. И если ты не захочешь добровольно заниматься, я тебя заставлю. Как думаешь, если я прыгну с обрыва, я долго буду мучиться от переломов?
— Нет! – Луциан даже подскочил от такой перспективы, а потом тяжело вздохнул. — До первой травмы. Если я тебе наврежу — прекращаем тренировки.
— Согласен, — Гор радостно кивнул, но друг не поверил ему, просто решил пока не заострять на этом внимание.— Тогда давай начнём.
— Сейчас?
— А чего ждать?
Луциан тяжко вздохнул. Чего ему больше всего не нравилось в друге — его напор, когда не надо. На втором месте была родня и родство с королями. Сам Луциан был с другой стороны родственной линии, то есть никаких царей и голубых кровей. Ещё и родители не особо состоятельные, простые работяги. У Гора же отец постоянно напоминал окружающим о своём происхождении. И пусть в очереди на трон он был не первым, не вторым и даже не десятым, к тому же у нынешнего короля родилась дочка, это никак не снижало градуса пафоса. Его супруга, по совместительству тётка Люция, как будто забыла, откуда сама вышла. Она перестала общаться с семьёй, вела себя так, будто всегда жила в роскоши и никогда не убирала навоз в курятнике, и постоянно принижала племянника, стоило его завидеть. Вот только почему они продолжали жить в деревне, если такие все благородные, никто не знал. Поговаривали, что отец Гора вообще-то находится тут в качестве наказания, но тот всячески отрицал эту реальность.
Так что с семьёй Гору не повезло, по мнению Люция. И если бы не характер, кузен тоже мог бы пасть жертвой родства с королями. Вот только Гор умудрился не подцепить с рождения этот коварный вирус «Да вы знаете кто я», а потом слишком сильно сдружился с простым парнем. Может быть отгадка была проста: ему попалась хорошая нянечка, а родители не особо проявляли к нему интерес, но результат был на лицо. И вот сейчас снова проявилось его упорство и упёртость. Других способов успокоить Гора, кроме как согласиться и делать так, как мальчишка решил, просто не было.
Луциан стал практиковаться. Книг по Про́клятой магии не было, не в их поселении так точно, пришлось искать нужный подход методом проб и ошибок. Возможно, в ней были разработаны какие-то формулы и правила, но Луциан начал с простого подчинения. Каждый день парочка ходила в лес и там маг старался заставить своего друга делать самые простые движения: встать, сесть, лечь. Добившись первых успехов, они перешли к движениям. Гор поднимал руки по очереди, прыгал на одной ноге, пел песни, а Луциан учился это останавливать или же наоборот, удерживать внушение нужное количество времени.
Не всё получалось с первого раза, как и с десятого, с сотого. Про́клятому магу потребовался не один день, чтобы заставить брата исполнить самую простую команду, а потом ещё столько же времени, чтобы научиться контролировать этот процесс, а не пользоваться случайностью. И сам Луциан уже давно бы сдался, если бы не Гор.
— Ну давай, редиска, останови меня. Бе-бе-бе, тра-ля-ля, — Гор скакал вокруг кузена, показывал языки, хвосты, уши, нос, старательно выводя некоторых из себя.
— Я уже устал, не могу, — простонал Луц, закрыв глаза. — Давай на сегодня прервёмся.
— Ты меня уже полчаса как не можешь остановить, — ехидно заметил Гор. — И пока не остановишь, я не замолчу. Значит, мы отсюда не уйдём до ночи. Ты ведь Про́клятый маг, а я песни пою. И если нас заметят вместе, попы напорют обоим. Если мы вернёмся поздно — снова попы пострадают. Если узнают, что ты Проклятый — мне шею намылят, как пить дать, про тебя вообще молчу.
 
Гор не говорил, а напевал предложения, используя какую-то незнакомую мелодию, а может быть, это была чистая импровизация. Но Луциану от этого не было легче. Кое-как собрав все оставшиеся силы, он направил в кузена мысленный посыл замереть на месте. Да, они уже перешли на скрытую магию, когда не надо озвучивать приказ, и юный маг с трудом осваивал эту технику. Хотя бы потому что не хотел навредить Гору, а данный вид магических практик подразумевал полную уверенность в успехе. Неожиданно Гор замер, вот только в этот момент он как раз подпрыгнул. В результате парнишка упал прямиком на брата.
— Кажется, кого-то тут перекормили, — проворчал тот, кто оказался снизу. — Эй, а тебе точно одиннадцать? Весишь ты на все двадцать. А костей, кажется, вообще на гарнизон магов хватит. Даже попа колется.
— Кто бы говорил, — хмыкнул Гор, не делая попыток встать, ну потому что до сих пор был обездвижен, хорошо ещё язык слушался. — Так, остановить смог. А говорить я могу, недоработка. Значит, сейчас снимаешь с меня приказ и ещё раз повторяем.
— Вот оставлю тебя тут одного и уйду, — насупился Луциан, старательно выбираясь из-под брата. — Волки будут тебя есть, а ты им песни напевать.
— Тебе в академию уже в этом году поступать, — напомнил Гор. — Для тебя же стараюсь. И не надо мне говорить, что там у тебя будет много друзей, что за тебя постоят.
— В академии магии я буду учиться, а не в игрушки играть, — напомнил Луциан. — Магией на отлично овладею, чтобы дать отпор.
— Но до тех пор тебя будут шпынять, не ровесники, так старшие. Или надеешься, что там будет лучше, чем тут, в нашей деревне?
— А что не так? Хороший посёлок.
— Ага, для меня. Если меня не достают, это не означает, что я слепой и глухой. Знаю я про тебя всё, вот и переживаю.
Мальчишки посмотрели друг на друга: Луциан прямо, Гор — ну как-то лёжа, сбоку, но так уж он замер под приказом. Действительно, Гора не обижали, все знали, кто его отец. Нельзя было сказать, что Люция прямо гнобили, так, обычные детские разборки в поисках сильного и того, кого можно зажать. И тот, что был оборотнем без зверя, конечно же казался самой лёгкой и лакомой добычей. А значит ему доставалось больше, чем среднестатистическому жителю деревни, тут уж не поспоришь.
Стоило Люцию отпраздновать четырнадцатилетие, как друг и напарник по играм стал всё чаще требовать заниматься. На все попытки протестовать заявлял, что до академии осталось всего ничего, а там он не сможет практиковаться в про́клятой магии. Ну ещё были угрозы, шантажи, типа «не пойду с тобой на рыбалку» или «обернусь и не буду с тобой разговаривать», но после таких заявлений будущему Про́клятому магу лишь хотелось крепко обнять брата. И Гор стал именно братом, а не кузеном или сыном маминой сестры.
 Глава 10. Академия 
Академия встретила Луциана равнодушно. Подумаешь, очередной бедняк пришёл показать свои способности. Сами экзамены были не особо сложные, призванные отсеять самых бездарных и слабых. Собственно, об этом и предупредили всех первокурсников, когда те стояли в одну линейку и слушали приветственную речь ректора.
Сама академия тоже не впечатляла. Простое серое здание вытянутой формы, на прилегающей территории была огромная теплица, стадион и отдельно стоя́щее помещение, где ученики проводили практические занятия. То тут, то там говорили, что в столице Академия — настоящая Академия, с роскошными комнатами, богатым меню и отличными перспективами. Тут же обучались обычные ученики, а также дети состоятельных, но не особо знатных родителей, которые не могли себе позволить переезд в столицу. Но и Мирельская Академия, куда поступил Луциан, не была в отстающих в рейтинге качественного образования. Ещё бы, про эту академию говорили, что тут порой попадаются ученики под иллюзией, скрывая своё настоящее имя. Так родители то ли наказывали особо проштрафившихся, то ли пытались научить жизни, но точно никто не мог сказать.