Шелест 4 (СИ)

— А что, байрактары из Азова? Нешто тебе не помешали корабли топить? Не похоже это на них, — вновь глянув на меня, как ни в чём не бывало поинтересовался Ефремов.
Осадить-то Мария его осадила, но не похоже, чтобы так уж сильно. У донцов, как и у татар бабы одарённые слова не имеют и в сечу не лезут. Потому и отношение к этому племени особое. Домашний очаг, вот её удел, а дар это на случай беды, чтобы гнездо своё сберечь. И ведь я точно знаю, что татары уж не раз обжигались, когда брали в оборот казалось бы простую станицу, где из мужиков оставались только старики да дети. Несолидно быть битыми бабами, но случалось, факт.
Только статус женщин у казаков это ничуть не подняло. Знай своё место, и точка. Но сейчас он предпочёл отступить. Казаки многое переняли от татар, и отступление в Диком поле далеко не всегда бегство, а зачастую всего лишь тактический приём.
— Вы о двух высокоранговых янычарах? — в свою очередь спросил я.
— О них, — с прищуром, подтвердил атаман.
— С того света докучать нам не больно-то и удобно.
— И кто их приголубил?
— Я с моими компаньонами.
— О как! Силё-ён.
— Так, самую малость, — скромно пожал я плечами.
— Степан Данилович, я вам искренне благодарна, за предупреждение, как и за весть о готовности казацкой старшины драться с нами плечом к плечу. Пока отдохните с дороги, о вас и ваших людях позаботятся. А мы обсудим сложившуюся ситуацию и сообщим вам моё решение.
Казак не стал упираться рогом, хотя весь его вид говорил, мол чего тут думать да решать, следует делать как он сказал и никак иначе. Мне откровенно стало интересно, что же такое он сообщил. И таки да, Уфимцев стоит отрешившись, и вперив взор в расстеленную на столе карту. Не те кроки, на которые я всё время ругаюсь, а на… Другие кроки, но выполненные более качественно. Вот некогда мне было заниматься картографией, однако то, чем мы сейчас пользовались отличалось точным соблюдением масштабов.
— О чём речь? — когда атаман вышел из палатки поинтересовался я.
— Армия Батал-паши в полутора днях от Азова, — ответила Мария.
— Это точно?
— Судя по всему, так оно и есть, — подтвердил Уфимцев.
— Но если так, то наша воздушная разведка не может не обнаружить передвижения такого большого количества войск, — возразил я.
— Забыли как вы потеряли из виду армию Мехмеда? Ногаи хорошо знают местность и вполне способны использовать её складки, чтобы скрываться от нашей воздушной разведки, о которой они уже наверняка знают. Впрочем, это может быть и непреднамеренно.
— Дайте мне час, и я это выясню, — предложил я.
— Это непременно, — кивнул полковник, и продолжил. — Но сейчас нам нужно решить как мы поступим. Воспользуемся предложением казацкой старшины, или откажемся от их помощи и продолжим придерживаться изначального плана.
— А в чём состоит предложение?
— Отступить к Черкасску и вместе встретить армию Батал-паши. Казаки это уже серьёзней одного полка, пусть и имеющего в своём составе большое количество сильных одарённых. Поэтому турки наверняка усилятся ещё и за счёт гарнизона Азова, да и татары подтянутся. Как-то сомнительно, что хан Герай не начал сбор новой армии.
— То есть, дать туркам бой на подготовленных позициях, разбить их и затем захватить Азов, — сделал я вывод.
— Да, казачки не прочь получить выход в море, — согласился Уфимцев.
— Вот только в этом случае это будет общая победа, а не только наша, и казачьи куреня войдут в Азов вместе с нами. И тогда уж я буду не столько княгиней, сколько одной из казачьего круга, объединённого совета или как там мы его назовём, — возразила Долгорукова.
— Согласен, ни о какой самостоятельности тогда можно и не мечтать. Учитывая то, что нас всего лишь горстка против Войска Донского, мы быстро окажемся под ними. Чего не случится, если мы займём укрепления. А ещё, полагаю, казацкая старшина полагает, что если в Азове сможет закрепиться наследница российского престола, то конец их вольницы это всего лишь вопрос времени, — высказал я свои предположения.
 
Вообще-то, ничего подобного мы не планировали. Согласно нашей задумки территория Войска Донского должна была встать буфером между Азовским княжеством и Российской империей. Нас куда больше устраивало быть эдаким анклавом на отшибе, во всяком случае, пока мы не обзаведёмся рычагами влияния при дворе. Полагаю лет тридцать, а то и все пятьдесят у нас есть, а там империя подомнёт казачков, однозначно. Но это дела дальней перспективы.
— Полагаю они думают, что если взнуздают меня, то сумеют если не остановить процесс присоединения к России, то направить его в выгодном им русле. Скажем, создать республику, под номинальным протекторатом Российской империи. То есть, по сути, сохранить существующий статус-кво, — закончила мою мысль княгиня.
— В таком случае, у нас есть только один выход. Мы должны самостоятельно захватить Азов и разбить Батал-пашу — пожал плечами полковник.
— Вот в этом направлении давайте и подумаем, — кивнув, подытожила Мария.
— Согласно слов Ефремова, Батал-паша движется вот к этому броду. Речка так себе, но без моста армию через неё не переправить, если не брод, то придётся делать большой крюк, а это лишние сутки пути, или строить мост что займёт столько же времени. Если выдвинем сюда роту драгун и эскадрон гусар, усилив их артдивизионом в полном составе, то они сумеют закупорить переправу и выиграть для нас минимум сутки.
Резон в словах полковника есть. Две батареи гаубиц, в открытом бою наделают столько шороху, что только держись. Я это уже видел в бою с татарами. Град, это оружие следующего поколения и требует иных тактических приёмов. При существующих же реалиях, просто коса смерти. Те картечные гранаты, что начали использовать в русской армии даже рядом не стоят с нашими боеприпасами.
Словом, выставленный на броде редут закупорит его наглухо. Разумеется часть войск может переправиться вплавь, а уж ногайская конница, так и вовсе не заметит эту преграду. Но осада не решит проблему. Они должны будут либо штурмовать, неся колоссальные потери, либо строить мост в стороне, либо двигаться к другому броду. Любой из исходов нам на руку и полковник получает свои дополнительные сутки на захват крепости.
— Если только наш отряд успеет туда дойти и закрепиться, — возразил я.
— Согласен, необходимо как-то замедлить продвижение турок, — полковник бросил на меня выразительный взгляд.
— Сделаем, — уверено кивнул я.
Понятия не имею, как у меня это получится, но я что-нибудь придумаю. Хотя бы потому что страсть как не хочется проиграть этому франтоватому атаману Ефремову, который позволил себе оценивающие взгляды в отношении Долгоруковой. Сначала Мехмед, теперь вот этот старый хрыч. Надо бы мужичков поставить на место.
Ревность? Очень может быть. С другой стороны, Мария куда лучше меня с этим управляется. Хотя набить морду и одному и другому наверное всё же следует. Если не в прямом, то в переносном смысле. Ну очень хочется. И в прямом тоже.
Ждать когда меня окликнут, а ля Штирлиц, я не стал, и просто не спешил покидать палатку. Все всё прекрасно поняли. Полковник отправился ставить задачу сводному отряду. Столбова и Астафьева извинились и тоже поспешили по своим делам.
— Петя…
— Каждый раз будешь вот так беспокоиться? Или может под юбку спрячешь?
— Под юбкой тебя не укроешь, сразу шалить начнёшь.
Мария улыбнулась и озорно стрельнула глазками. А потом стала серьёзной, прильнула к моей груди, и вздохнула.
— Знаю, что в углу тихонько сидеть не станешь, а если бы стал, так и не полюбила бы такого. Но ведь от того не менее боязно за тебя, дуралей. И благословлю, и гордиться твоей храбростью, да успехами буду, только от того мне на душе не спокойней.
— Нормально всё будет, — погладив её по голове, заверил я.
Она подняла лицо, подставляя губы, и я приложился к ним, как жаждущий к родинку. Сжал её в объятиях, словно говоря, что у нас ещё всё впереди.