Тайны Поднебесной (СИ)

Впрочем, Принцессу вряд ли могли заинтересовать автобиографические подробности из жизни Андрея, причем во всех трех его ипостасях — Свена, Белова и Наумова. Сразу же после того, как собеседник упомянул о черном ящике, навроде ковчега, который люди в черном вчетвером затолкали в вертолет, Благодатная Лилия Хо впала в ступор.
Андрей, углубившись в детские воспоминания, связанные с бабулей, не сразу и сообразил, что с его собеседницей что-то не в порядке. И если бы не Фагот, который поинтересовался: «А ты случайно не сказал какое-нибудь кодовое слово, после которого девушка впадает в ступор и соглашается на все», возможно, так бы и продолжал свой рассказ, углубляясь в детали аварии.
Похоже, что пример Принцессы, которая отвечая на вопрос о том: «Почему в Логове так много мебели?» смогла обстоятельно изложить историю династии Цзы, семейства, к которому она сама имела несчастье принадлежать, оказался заразителен. К тому же с невероятно коротким инкубационным периодом. Почти как у ботулизма. Да и там до появления первых болезненных симптомов необходимо было ждать часов шесть. А тут и десяти минут не прошло.
Андрей уже приступил к описанию ритуала, который проводил Колдун с целью сокрытия следов преступления, когда, после реплики Фагота, обратил внимание на то, что Принцесса его совершенно не слушает. И если остекленевшие глаза и застывшее лицо еще можно было бы отнести к элементу этикета, — может быть на Востоке именно таким образом принято демонстрировать полное погружение в слова оппонента, высказывая тем самым ему глубочайшее уважение, то ниточка слюны, вытекающая из полуоткрытого рта Благодатной Лилии Хо, явно к этикету не имена никакого отношения.
По инерции Андрей вспомнил единственное известное ему кодовое слово, вернее кодовую фразу, которую они с Анной использовали в своих любовных игрищах. Но во-первых, там это делалось с целью разрядить ситуацию и вернуться в реальный мир, а не усугубить ее, путем впадания партнерши в состояние близкое к каталепсии и, во- вторых, он точно не упоминал ничего навроде: ' черные @опы открывают новые горизонты'. Эту фразу придумала его молодая любовница, заставив Андрея впервые призадуматься о бренности бытия и о том, что ему уже пора бы о душе начать думать.
Вторая мысль, которая пришла Андрею в голову, была связана с Кирой. Мало ли какими веществами она могла зарядить Принцессу. Но Киры вблизи не оказалось — она же на свидание с Васильевым умотала, — припомнил Белов. А Глаша смотрела на Принцессу с не меньшим недоумением, нежели сам Андрей.
— Как бы и эта на вырубилась, забеспокоился Андрей, — припомнив, что история его феерических приключений, связанных с гибелью «Адмирала Нахимова», до сих пор для Баронесс Свен была неизвестной. — Вон и рот уже от удивления приоткрыла, хорошо хоть слюну на пол не роняет. Интересно, что может в моем рассказе так протрясти девицу, которая, в соответствии с ранее проделанными расчетами, вполне могла бы ежедневно принимать утренние ванны из крови убиенных ею врагов.
После чего задумался на тему — как бы вернуть Принцессу в реальность. Идея дать девушке пощечину была зарублена Андреем на корню. Одно дело пинать высокопоставленную особу ногами по ребрам и совсем другое дело — пощечина. Последнее действо вполне может быть причислено к оскорблению Правящей Династии. Поскольку первое относится к числу рабочих моментов, связанных с поиском компромиссной точки зрения между сторонами, чьи взгляды на жизнь не полностью тождественны, а второе — наверняка можно трактовать, как прямое оскорбление. Совершенно запутавшись в тонкостях этикета и подначиваемый Фаготом, который жужжал, казалось бы прямо в башке: «Скажи! Ну скажи! Что тебе жалко?», Андрей таки ляпнул. Громко и вслух. Глядя прямо в остекленевшие глаза Принцессы: ' черные@опы открывают новые горизонты'. Как ни странно, но это помогло. Рядом испуганно ойкнула Глаша. А Благодатная Лилия Хо распахнула глаза до такой степени, что казалось еще немного и глазные яблоки должны были бы выпасть из глазниц. Причем это сделало ее похожей на анимешную милоту. После чего встряхнула головой, судя по всему убедив при этом себя в том, что ей все услышанное просто показалось, и глубоко вздохнув проговорила: «Можешь задавать свой второй вопрос».
 
И хотя у Андрея на этот раз в запасе уже был припасен вполне себе важный вопрс, он снова пошел на поводу у своей интуиции и спросил: «А что не так с этим черным ящиком?». Принцессу буквально перекосило от этого вопроса. Куда только и исчезла симпатичная мордашка. На этот раз весь ее облик больше напоминал физиономию Бабы Яги, сожравшей лимон. Нечто подобное смогла изобразить Любава, после того, как Андрей невзначай поинтересовался у своей приемной матери — а сколько той лет?
— Ну вот, а говорят, что у коренных жителей Цзинь весьма ограничена подвижность лицевых мимических мышц. Опять вранье. А может и не вранье, — сообразил Андрей, вспомнив, что Благодатная Лилия Хо наполовину европейка. И Имперский фольклорный персонаж в виде Бабы Яги, ей вовсе и не чужд. — А может и не фолклерный, — тут же поправил сам себя Белов, опять же вспомнив Любаву. Которая к вредной старухе имела самое непосредственное отношение, выступая то ли праобразом, то ли духовной наставницей для последней.
— А не мог бы ты задать другой вопрос, вместо этого, — внезапно поинтересовалась Принцесса и скорчила на этот раз до нельзя умильную мордашку и застенчиво захлопала ресницами.
— Она что, со мной заигрывает? -поразился Андрей. Причем настолько, что чуть было ли не ляпнул: «А давай!». При этом вкладывая в свои слова смысл весьма далекий от того, что предлагала девушка. Вот только иммунитет, выработанный от общения с Глашей, которая отреагировала на слова Принцессы возмущенным фырканьем, а так же многочисленные любовницы по прежней жизни, позволили ему избежать необдуманного поступка и заявить: «Ну уж нет! Умерла так умерла!».
И хотя окружающие, за исключением Фагота, в лице Баронессы Свен и Ненаследственной Принцессы Империи Цзынь вряд ли смогли оценить эту идиому, но общий смысл поняли. Во всяком случае Эмоциональный Сканер, который Андрей активировал на все время беседы с Принцессой, отметил ярко выраженную реакцию на слово «умерла», причем, отчего-то обращенную к самому Андрею. И все тот же, но на этот раз гораздо менее расплывчатый образ котла с кипящим маслом. Сама же Принцесса надела на себя маску «холодной и недоступной» и безжизненным тоном, не менее обстоятельно, нежели в первый раз, начала рассказывать все касательно черного ящика который утащили в вертолет люди в черном.
По окончанию этого рассказа, длительностью не менее чем в двадцать минут непрерывного монолога, у Принцессы пересохло горло, так что последние фразы она выговаривала с трудом и каким-то шипящим тоном. А вот сам Андрей даже успел проникнуться к ней чувством благодарности. Поскольку очень остро осознал, что девушка сделала все возможное, для того, чтобы спасти самого Андрея. Ведь предлагала же: «Давай другой вопрос задашь». А он по глупости своей не согласился. Теперь уже ничего не поделаешь. И образ котла с кипящим маслом. В которое медленно опускают его самого, возник уже не в фантазиях Принцессы, а в голове самого Андрея. Причем этот вариант, в ракурсе того, что узнал Белов из рассказа Принцессы, представлялся ему далеко не самым плохим.
Есть тайны, о которых все же лучше узнавать в нужное время. Ну например о том, что Дед Мороз это вовсе не мужик с красным носом, в дурацком халате и с бородой, а воспитательница из соседской детсадовской группы. Или о том, что твоя потенциальная невеста числится таковой еще у доброй дюжины соседей по общежитию. А есть тайны, о которых категорически необходимо не знать никогда. И то, что рассказала Андрею Принцесса, как раз и числится по последнему реестру. И дело даже не в том, что это эта тайна представляет смертельную угрозу для всякого, кто в нее посвящен. Смерть штука конечно же неприятная, но совершенно неизбежная. Дело в том, что эта тайна ставит человека перед моральной делимой, способной разрушить психику любого человека, обладающего хотя бы минимальными зачатками совести.