Краб. Арена (СИ)

— Сделаю Ан. Что-то серьёзное?
— Терпимо, бывало и хуже, — нейтрально ответил я.
Динамики пищали что-то там про победу, а мы топали по коридору к Кистеню. Осмотрев дырявый и заляпанный кровью ложемент, а главное — валяющуюся на подлокотнике деталь себя, любимого, я попросил:
— Дживс, а можно лапу как-то приклеить? И так девчонки мне мозг съедят, а с этим… Ну я не знаю, на пластырь там её посадить, или на скотч какой. Чтоб до медотсека не отвалилась?
Машинерия ложеметнта на мой писк внешне не отреагировала, но через полминуты манипулятор автохирурга подхватил конечность, пришпилил к культе и прихватил слоем какого-то бинта поверх корпуса. Ну, будем надеяться, что не отвалится в самый неподходящий момент, понадеялся я.
— Спасибо, — поблагодарил вежливый я.
На Кистене началась совершенно нездоровая суета — дело в том, что ложемент покорёжило, как и системы извлечения. В итоге Лори с раками выковыривали его с мясом, да ещё и вскрывали.
— Живой я, почти целый, — помахал я правой клешнёй всунутым в вырезанное окно физиономиям. — Так, ребро немного сломало, руку сломало…
— Заметно, — скептически оценила щедро залитый кровью ложемент Нади. — Ладно, хорошо, что жив, — улыбнулась она.
— И давайте меня в медотсек, что ли. А то как-то не слишком здоровым себя чувствую, — тонко намекнул на толстые обстоятельства я.
Дотащили меня до медотсека, куда фактически одновременно со мной добрался Дживс. И разогнал всех нахрен, святой эфиряка.
— Ещё раз спасибо, партнёр.
— Не стоит благодарности, сэр. Это, если угодно, смысл моего существования. Надеюсь данный инцидент пойдёт вам на пользу. В плане излишнего риска.
— Да, у меня тоже есть такая надежда. Блин, я вот полдороги думал вопить «ну кто ж знал?», — признался я. — Но, блин, никто не мешал дождаться Могильщика с Помидором.
— Отрадно, что вы это понимаете, сэр.
— Угу. Слушай, Дживс, — встряхнулся я, наблюдая как меня латает всяческая машинерия, — А чем меня тыкнуло-то так? Я не видел нихрена. И колдунства не чувствовал. И ты этот Дос проверял, блин. Что это за невидимый меч, блин?
— Это, сэр, не меч. И к эфирному оперированию это оружие не имеет никакого отношения. Я, признаться, как и вы поражён — хотя, казалось бы, всё очень просто.
— Замечательно. И то, что ты поражён, как и я — замечательно. И даже то, что это не меч — охерительно важно. А вот если ты скажешь, что это была за хрень — станет совсем расчудесно.
— Гравигенератор, сэр.
— Чта?!
— Гравигенератор, сэр. Выведенный на пиковый режим, с инвертированным действием.
— Стоп, погоди, — задумался я. — Гравитация это у нас неотъемлемое свойство материального объекта. Любого проявленного в материи.
— Так, сэр.
— Гравигенератор… воздействует на степень проявления этого свойства. А в этом случае… он отменил гравитационное взаимодействие! В локальной области, но полностью!
— Фактически так, сэр.
— Это же абсолютное оружие, — задумался я.
— Нет, сэр. Это очень неэффективное оружие. Вывод гравигенератора на пиковый инвертирующий режим необратимо уничтожает его. В противном случае эффекта, подобного нами наблюдаемому, не произойдет. Далее, область воздействия крайне ограничена. Помните, мы с вами не могли понять, на что уходит энергия реактора того Доса?
— Импульсное воздействие, полностью Рекскенсер не пробил, пробой сантиметровой толщины, — прикидывал я. — Мда, такое себе оружие. Впрочем, меня почти угробило.
— Подозреваю, сэр, что данный Дос был введён противниками в группу из расчёта того, что вы будете работать на Крабе. В вашем стиле, сэр.
— И Краба бы реально на куски порезало, вместе со мной. Это у Рекскенсера ложемент фактически в центре корпуса. Толстого корпуса, — отметил я.
— Именно так, сэр.
Час меня латали, да и колдунствовать приходилось. А потом подлый эфиряка свалил. И начало-о-ось….
И Могильщик казёл, мог промолчать в боевом чате. И я балбес, конечно… немного. Но девчонки… блин, они мне стали есть мозг! И Нади, (Нади блин!) наотрез отказывалась идти на спарринг. И нудели, блин, какой я безответственный, как я о них не думаю и всё такое… Да ладно бы просто нудели… плакали ещё, самым подлым образом! Вот просто руки опускались.
 
На определённый момент у меня появилось ощущение, что они меня в мозг прибьют, раз уж на Арене у вражин не получилось.
А включив мозг, прихватил я всю эту троицу и утащил долг супружеский отдавать ударными темпами. Вымотался как собака, даже колдунствовать пришлось. Но помогло. И пообещал таких глупостей больше не творить.
Честно пообещал — таких глупостей я больше точно творить не буду. Насчёт других — не уверен, но не таких, факт.
А после довольно продолжительного марафона налаживания семейных отношений и спасения моего мозга от уничтожения, стали мы проводить совещание.
— Ситуация, сэр, как не парадоксально, сложилась для нас очень выгодной. Если бы… — «если бы не что» Дживс, увидев мой добрый взгляд, не договорил. — Так вот, поведение пилотов Дома Воссер привело к тому, что наёмники отказываются с ними работать.
— Ну да, ту Эгиду эти психи сами разнесли нахрен, я только сенсоры и проекторы повредил. С чего они вообще такую херь творить-то начали?
— Угроза разрушения Дома, Ан, — ответила Нади. — Для Воссеров это… разрушение привычного Мира. Не для всех, безусловно, но очень многих. И тебя, да и нас ненавидят и стремятся уничтожить, без оглядки на последствия.
— Охренительные ребята, — хмыкнул я. — Сами начали, хотели нас поиметь, а теперь ненавидят, — на что Нади пожала плечами, мол, есть как есть. — Ладно, а всяких наёмных убийц и прочей гадости от них ждать стоит? Хотя, стоит, — сам себе ответил я.
— Сложный вопрос, — выдала Лиса. — Руководство Дома Воссер, скорее всего, сами приложат усилия чтобы подобного не было — доказанный факт нарушения правил поведения аристократических Домов приведёт к тому, что прочие Дома, чтобы не возникло прецедента, начнут уничтожать даже не Дом, а Воссеров физически.
— Только психов и горячие головы это не отменяет, — отметил я.
— А это исключать никогда нельзя.
— Так, с этого момента, на Кистене режим контр абордажной готовности, — начал перечислять я. — Покидать Кистень… можно и нужно, нехрен прятаться. Но! Каждый из нас будет ОБЯЗАТЕЛЬНО иметь двух донных раков, в качестве телохранителей. В параноидальном режиме, — уточнил я.
— Сделаем, Краб. Только они же пристрелят какого-нибудь рекламного агента, — отметила Котя.
— Парализаторы, — нашёл выход я. — И тогда даже премию можно требовать за всяких «уникальных предлогателей».
— Нельзя не отметить, сэ-э-эр, как положительно действуют физические повреждения на вашу когнитивную деятельность несмотря на то, что повреждена была не голова.
— Отмечай, я не против. Только не вздумай как практический метод использовать!
В общем, неделю мы провели, успокаиваясь, чинясь и вообще. А Воссеры свои злобные козни строили, за чем Дживс по мере сил приглядывал, Котя хакерила, но как показала практика — ни то, ни то панацеей нихрена не было.
Хотя в Краба на орбите я с девчонками заскочил. И даже ракам донным заказал по поллитра лучшего рыбьего жира на рыло. Довольно забавно было наблюдать за физиономиями персонала, исполняющими этот заказ.
А уж сами раки, синхронно вскинувшие пивные кружки рыбьего жира и опустошившие их, с хоровым тостом «Ваше здоровье, главнокомандующий Краб!» — вообще бесценно.
А, через неделю после боя, к нам в Кистень скреблись аренные арбитры, с новыми гадостями от Воссеров.
  
Глава 26
 
— Благородный Дом Воссер бросает вызов компании Клешня на схватку трое на три, в тоннаже средних Досов, со снятием аренных ограничений на технику и боеприпасы.
— С чем могу Дом Воссер только поздравить, — честно ответил я. — Детали, уважаемые арбитры, детали.
— Тоннаж вам известен, — чопорно ответил один из них. — Что вам ещё угодно?