Краб. Арена (СИ)

— Да, я понял, что всё зашибись, Дживс, спасибо.
— Всегда к вашим услугам, сэр.
— В общем, мне категорически не нравится вариант стоять друг на против и перестреливаться. У них масса залпа нас снесёт нахрен за пару минут.
— Не совсем, Краб. Твой Рекскенсер продержится минут пять. Да и Эгида…
— И толку, блин? Виконт вышибет максимум один тяж, больше не успеет, не обижайся Солан.
— Всё понимаю, сеньор капитан, ваша оценка более чем правдива.
— Угу. И выходит, мы просто не создадим разгонниками нужную плотность огня. Или корабельный разгонник ставить…
— Ан, вам даже простейшую электронику сожжёт при первом выстреле!! — вскинулась Лори.
— Эммм… это да, — прикинул я нагрузки электромагнитного поля. — Ставить крупнокалиберную артиллерию… блин, не нравится мне этот вариант, как идиоты перестреливаться будем, кому повезёт?
— А если уйти от тяжей? Вроде же на тоннаж ограничений чётких нет?
— Думал уже: ни хера не выходит — у них, паразитов таких, калибр такой, что средние, не говоря о малых Досах в радиусе двадцати метров от места попадания на запчасти размечет. А прятаться толком на арене негде.
— Ракеты тоже не вариант, — протянул Могильщик. — От разрыва прикроет Эгида, а прямые попадания нихера не дадут сделать ПРО. Краб, слушай, а если лазеры?
— В надежде, что ни один идиот у них не догадается прихватить дымопылевуху. А если хоть один догадается — просто расстреляют в облако боезапас. От нас только запчасти и останутся. Нет, вопрос не в том, что не справимся, — задумчиво прикидывал я. — Так-то ту же артиллерию ставим и устраиваем перестрелку. Но вариант тухлый, и потери будут. А я их, блин, не хочу!
— Ан, без потерь никуда не денешься…
— Да щаз! Хер всем, а не потери! — озверел я. — Так, Лори, давай думать. И вы тоже смотрите на думы наши мудрые, может что-то подметите интересного.
И стали мы думать и переконфигурировать. В итоге вышла у нас… херня. Потому что хернёй получившееся назвал я, Лори, Нади, Могильщик, Помидор, Котя. Только Дживс, будучи эфирякой культурной, обозвал херню «оригинальным техническим решением склонного к суицидным порывам разумом».
— И, сэр, столь вежливо меня перебив, вы так и не дослушали.
— Чего я там не дослушал-то? Что против нас охерительные Досы с лютыми пушками?
— Ряд технических решений в архитектуре одного из вражеских Досов не поддаётся моему анализу.
— И чего там такого?
— Не уверен, что это оружие, сэр. Но ряд усилений и чрезмерно мощные сервомышцы одного из Досов наводят на интересные мысли.
— Тяж-рукопашник? Ещё один псих типа меня? — хмыкнул я.
— Возможно, сэр.
— А чем он рукопашит-то? — заинтересовался я.
— В том-то и дело, сэр. Непонятно, — стал показывать схемы эфиряка.
— Знаешь, Дживс. По-моему, это БЫЛ рукопашный тяж, — осмотрев схему выдал я. — Ну блин, ему нечем вести ближний бой! Разве что пушкой по башке противника гвоздить. Пушка, конечно, знатная, с таким калибром. Но, блин, не вижу, как и чем он может вблизи воевать! Ни резаков, ни пробойников. Да блин, была бы у него хоть какая-нибудь мортира жуткого калибра, ближнебойная — я бы понял. А так… Ну вот чем он воевать будет?
— Не знаю, сэр. И это меня смущает. Хотя, ваше предположение, что этот Дос модернизировали для артиллерийского огня — наиболее вероятно.
В общем, в назначенный день на Арену топала Эгида с Затейницей, Могильщик на своём Мамонте, столь модернизированном, что его имело смысл называть Слоном, синьор Помидор на Разрушителе, хищно поводивший пушками. Последнее, кстати, у него было вообще «особенностью пилотирования», он не стоял на месте и не останавливал движения оружия ни на секунду, то есть, например, не прицеливался, а «ловил момент» выстрела, постоянно водя пухами.
Ну и я на Рекскенсере, с которым мы сотворили «херь», ну или «фигню», в зависимости от точки зрения.
Ну а противостояли же нам, помимо довольно типичной Эгиды, три Доса. Два из них были «предками» Разрушителя: две монструозного калибра пушки, расположенные на вытянутых манипуляторах ниже центра тяжести, коротенькие ножки, средние скорострельные пушки на плечах, ну и здоровенный короб с боезапасом за спиной. Отличия от Разрушителя — монструозный калибр, скомпенсированный удачной конструкцией, но мобильность у этих археотехов была не ахти.
 
Хотя им было с их калибров почти пофиг в поле, ну и совсем пофиг на Арене, прямо скажем.
И последний напрягший Дживса и не очень мне нравящийся Дос. Вот вроде простой ОБЧР, очень антропоморфный, фактически пропорционально увеличенный малый Дос, в манипулятор которому впердолили крупнокалиберную пушку. И синтомышцы задраны до предела, вот, казалось бы, ДОЛЖНО быть что-то… а не было. Пустой манипулятор — ни пробойника, ни резака, нихрена. Ну броня там неплохая, щит неслабый, относительно, конечно. Но археотех, куда деваться. И реактор, выдающий запредельные выходные мощности. Обеспечивающие перекаченные синтомышцы энергией 10 % своих мощностей. Вот честно, я бы этот Дос утыкал лазерами так, что никакое дымопылевое облако не справится. Но нет, пушка и всё.
Дживс с пристрастием облазил весь Дос — и всё равно нихрена не ясно. Ну разве что гравгенератор нестандартный — но это, совершенно очевидно, даже по срокам, изначальный базис археотеха. И для чего тоже ясно — синтомышцы предполагают высочайшую мобильность, как следствие прыжки. Ну и, соответственно, чтоб тяж нахрен не развалился от собственного веса, гравкомпенсатор и нужен лютый.
Вот напрягал меня это Дос, не нравился он мне своей абсолютной дурацкостью и неуместностью, прямо скажем. И думал я этого паразита, чтоб не нервировал, второй целью, после Эгиды, разнести нахрен.
А ещё вспоминался разговор, точнее вопли в мой адрес всяких Нади и Могильщиков, когда мы с Лори прикинули осуществимость моей идеи с технической точки зрения.
— Краб, ты ёбнулся, — с печальной мордой констатировал Могильщик.
— Не новость, — отпарировал я. — И это совершенно не помешает ёбнуть эту четвёрку. Ну ладно, дать всем нам их ёбнуть, — не стал наглеть я.
— Ан, у тебя тяж. Грёбаный тяж! — пучила на меня глаза Нади. — Не твой любимый Краб. Не Лангуст. Тяжёлый, мать его Дос, за сотню тонн весом!
— Угу, — довольно кивал я.
— И нормальная, НОРМАЛЬНАЯ гравитация, Ан!
— Угу.
— Тебя на подлёте сшибут, — убито прошептала Нади.
— Обломятся, — отпарировал я. — Я от них прикроюсь.
— ТРЯПОЧКОЙ?!!
— Щитом. Возни, конечно, много будет, — честно признал я.
— Тебя отбросит на обратную сторону Арены, даже если твой хвалёный щит выдержит.
— Вы не учитываете две вещи. Первая: мы ставим толкач с тягой тяжёлого трансорбитального челнока, — потыкал я в накарябанную нами с Лори схему. И два. Вы просто на секунду задумайтесь: НАСКОЛЬКО они охуеют, — усмехнулся я. — Я вот нихрена не уверен, что они успеют за те полторы секунды, что мне нужны, выстрелить. По-моему — они будут клювом щёлкать. А потом будет поздно, хех.
— Ну как они охуеют — я представляю. Я уже сейчас, да и не только я, в таком же состоянии. Ты вообще уровень перегрузки считал? — наконец пришла в себя Нади.
— Рекскенсер выдержит, — потыкал я в расчёты.
— А ты?
— Эммм… ну давайте считать, — смирился я.
И насчитали мы шесть Же, которые гравкомпенсатор Рекскенсера не вытянет — ну или сам Дос начнёт сыпаться в полёте. А поскольку бомбардировать охреневающих вражин ложементов из рассыпающегося Доса — не слишком эффективно, придётся мне потерпеть.
Так что шёл Рекскенсер с здоровенным, воткнутым, извиняюсь, в жопу реактивным толкачом (ну некуда больше, кроме сочленения ходилок, в рекскенсеровой конструкции, его втыкать), хорошо хоть одноразовым и отстреливаемым. И пёр здоровенный прямоугольник щита — крутизна крутизной, а получить в морду Доса двухсотсорокамиллиметровый привет от вражин мне ни хрена не улыбалось.
И да, собирался я осуществить свою любимую крабскую тактику — ближний бой, только не малым, а тяжёлым Досом. Используя «прыжковый движок». Вообще — весь план «на грани», прочностно-силовые характеристики плакали металлической окалиной при расчётах. Но вроде — вытянем, я даже наколдунствовал немного. И вариантов, кроме как тупой перестрелки, никто не предложил.