Ребенок генерального, или Внеплановое материнство (СИ)

— Лика не ваша дочь? — ответил мне генеральный вопросом на вопрос.
— Биологически она моя племянница, — четко, но все же немного нервно ответила я.
Мне не нравился ни разговор об этом, ни то, что генерального интересовала эта тема. Зачем ему знать о Лике? Неужели он в курсе личной жизни всех его сотрудников? Хотя… после многочисленных рассказов о нем я бы и не удивилась, если бы узнала, что у него в голову вшит процессор, который обрабатывает всю поступающую извне информацию и четко раскладывает по полочкам.
— А… — начал Ян Даниилович, а затем кашлянул и отступил на шаг назад. — Ясно, — он словно что-то хотел сказать, но в последний момент передумал.
Лифт оповестил нас об остановке — остановке на моем этаже, и я двинулась к выходу.
— Вы вчера сказали зайти к вам после кадров, но еще рано и… — несмело начала я то ли оправдываться, то ли намеками пытаться уточнить, в силе ли его приглашение. Может, и не нужно мне к нему в кабинет больше.
Мужчина на мгновение нахмурился, словно пытаясь что-то припомнить, а потом улыбнулся лишь краешками губ.
— Да, Майя, — кивнул он, а затем потянулся к электронному табло и нажал на кнопку, закрывающую створки. Рука генерального буквально перекрыла мне дорогу, а манжет его пиджака даже задел мое плечо. Я облизала вмиг пересохшие губы и на мгновение прикрыла глаза, понимая, что язык мой — враг мой. Вот промолчала бы о его вчерашнем приказе, Бестужев и не вспомнил бы.
— Поедем сразу ко мне, быстро решим вопрос, — тихо сказал Ян Даниилович и только после того, как лифт двинулся вверх, отнял свою руку от табло, а я сразу глубоко вдохнула.
Почему-то, пока предплечье Бестужева было в такой близи от моей груди, мне было страшно дышать: вдруг ещё задела бы мужчину, а он надумал бы себе невесть что. Только вот пока в этом лифте был единственный человек, которому в голову лезла всякая чепуха, и этим человеком была я.
В приёмной на этаже генерального нас уже ожидала Светлана, она заискивающе улыбнулась шефу, а заметив меня, нахмурилась, смешно наморщив нос, судя по всему, исправленный пластикой. Слишком уж он был аккуратным, симметричным и… словно с картинки. Вообще, у Светланы была довольно приятная внешность и все остальное смотрелось натуральным. Даже губы. Если они и были сделаны, то просто безупречно и в меру.
— Светлана, доброе утро. Мне кофе, как обычно, и какую-нибудь небольшую коробку. Может, пакет… — Ян Даниилович нахмурился, а затем ладонями показал примерный размер нужной ему коробки. Сантиметров двадцать на вскидку.
Светлана кивнула с энтузиазмом пионера и мгновенно скрылась.
— Пойдём… те, — не оглядываясь, произнес Бестужев и двинулся в свой кабинет.
Удивительно, но он чуть было не обратился ко мне на «ты». А девочки говорили, что генеральный никогда и ни при каких обстоятельствах не нарушал деловую этику.
Когда мужчина скрылся за красивой мутно-белой дверью, я мысленно перекрестилась и отправилась следом за ним. Кабинет Бестужева оказался огромным и очень светлым. Видно было сразу, что о дизайне позаботился тот же мастер, что и планировал весь остальной офис. Все строго в тех же цветах: белый, чёрный. Много геометрических деталей и стекла. Напротив входной двери на стене висело несколько полок, к ним и направился Бестужев, а я сразу же поняла, где именно вчера генеральный засёк Лику и разбилась статуэтка кошечки, потому что не заметить ряд необычных фигурок было просто невозможно.
Я не знала, как назывался этот стиль искусства, но животные, стоящие на полке, были с четкими, ровными гранями. Такими же геометрическими, как и многое в этом офисе. Особенно красивой смотрелась белая пантера, словно замершая перед прыжком. В таком стиле фигурки у нас с Ликой действительно ещё не было. Жаль, что кошка разбилась, но… Чем пантера не кошка?
Я тут же пришла в ужас от собственных мыслей. Словно кто-то нам с дочерью эти фигурки предложил на выбор, а я ещё и раздумывала, какую из них утащить в нашу коллекцию, но взгляд от пантеры смогла оторвать только тогда, когда почувствовала, что Бестужев оказался рядом со мной.
   
Глава 4 
 
— Майя, — голос генерального прозвучал над самой моей макушкой, я быстро оглянулась и невольно дернула головой вверх.
Бестужев был намного выше меня, и вблизи оказалось практически невозможно смотреть ему в глаза, не задирая при этом голову.
— Вот, возьмите. — Ян Даниилович протянул мне черного слона. — Передайте его Ли… Анжелике. Надеюсь, он ей понравится.
Правый уголок его губ дернулся, будто мужчина хотел улыбнуться, но вовремя остановился. Я сглотнула и забрала слона из рук Бестужева, всеми силами стараясь не задеть его пальцы своими. Это казалось мне до ужаса неуместным и настолько же желанным. Было очень любопытно, такие же руки мужчины холодные, как и его взгляд и весь его образ, или все же нет.
— Спасибо вам большое, Ян Даниилович. Это будет первый слон в нашей с Ликой коллекции. — Я прижала фигурку к груди, вминая ее в документ из опеки, и, наверное, очень по-дурацки улыбнулась.
В этот момент я была искренне благодарна мужчине. Хоть подарок предназначался не мне и я совершенно не понимала мотивов генерального, но от этого его поступок не становился менее приятным.
— А у вас даже коллекция? — Правая бровь Бестужева выгнулась, а в холодных глазах промелькнула искра неподдельного интереса, что стало для меня полнейшей неожиданностью.
Меня его интерес словно лавиной накрыл, настолько он был ощутимым. Так странно… мне показалось, что у меня даже волосы на голове наэлектризовались от тех самых искр в его глазах.
Красиво. Глаза Бестужева смотрелись очень красиво. Его бы сейчас сфотографировать и прямо так на аватарку его профиля в инстаграм.
— Да, мы с Ликой собираем котиков, — тихо ответила я, ощутив, как сильно пересохло в горле.
— Котиков?
Я прикусила губу, сдерживаясь из последних сил, чтобы не заулыбаться еще шире, потому что на лице генерального промелькнул секундный испуг, а потом и растерянность, она длилась чуть дольше, пожалуй, секунды две…
— Да, котиков. Фарфоровых, — ответила я, сама не понимая, почему так наслаждалась этими словами.
— Кхм, — Бестужев кашлянул, — тогда… — Он почти потерянно оглянулся на полку и быстро нашелся: — Думаю, вам больше подойдет пантера. Надеюсь, цвет, так же как и форма, роли в вашей коллекции не играет? — Мужчина опять выгнул свою правую бровь, а в глазах его появились смешинки.
Я же довольно кивнула, понимая, что у генерального на самом деле была очень живая мимика. Даже бровь он выгибал по-разному. Странно, что в офисе этого никто не замечал. Сейчас я бы ни за что не сказала, что Бестужев похож на робота, скорее на очень сосредоточенного человека, который следил не только за каждым своим словом и шагом, но и будто за каждой мышцей в теле…
Задумавшись обо всех его мышцах, я внезапно смутилась, потому что мысли ушли в очень уж некультурное русло, а потому, когда Ян Даниилович протянул мне белую пантеру, щеки мои горели огнем, а я никак не могла оторвать взгляд от пола. Я рассыпалась в искренних благодарностях и поспешила быстрее скрыться из кабинета.
Не знаю, что он подумала обо мне, ведь я даже слона и того не вернула, утащила вместе с пантерой, но мысли о том, насколько же хорошо Бестужев контролировал себя и в других делах… личных, никак меня не отпускала. Вечером, вернувшись домой, я даже поделилась ими с Маринкой, та растянула губы в невероятной улыбке и выдала почти очевидное:
— Да ты поплыла, Маюш.
Лика к тому времени уже крепко спала, а мы с подругой заказали себе роллы и устроились в гостиной.
— Да не поплыла я, — отмахнулась тут же, — просто я немного теряюсь рядом с ним. Хотя ты же знаешь…
— Да, ты теряешься все время. В этом нет ничего удивительного. И с мужчинами общаться не умеешь совсем.
— Ну вот только этого не надо.
У меня даже клиенты мужчины были. С ними, конечно, приходилось сложнее, многие из них совершенно не верили в продвижение в сети.