Это война, братишка (СИ)

Движения осторожные, неторопливые… никакой спешки. Бережно, ласково… вхожу... выдыхаю вместе со стоном, мелкая подо мной напрягается. Я целую её и ненадолго замираю, давая возможность ей привыкнуть.
Никаких резких толчков, лишних движений, я хочу, чтобы она запомнила свой первый раз. Целую лицо, волосы, шею, замираю… и продвигаюсь вперёд, чувствуя упругую преграду. Прижимаю Камилу сильнее, заглушая стон поцелуем…
Камила смотрит на меня: и в глазах нет ни боли, ни сожаления, только желание и море ласки. Начинаю постепенно двигаться. Девушка выгибает спину и сама подаётся навстречу. Глухо рычу, боясь сломать ей пальцы. Мне всё труднее себя контролировать. Подходя ближе к пику наслаждения, достаю из тумбочки презерватив.
Секундная заминка, возможность перевести дыхание. Мелкая улыбается, мне нравится, что она смотрит на меня. Она и так красивая, а в этот момент просто невероятная...
…сокрушительный оргазм накрывает меня с головой, но не приносит чувства насыщения и полного удовлетворения. Кажется, мне всегда будет её мало. Всегда.
Моментально спохватываюсь и хочу позаботиться об удовлетворении Камилы, но мелкая, осознав, что я собираюсь сделать, предпринимает попытку к бегству.
– Нет! – почти в ужасе кричит и отстраняется руками, скрестив ноги. Я не могу не смеяться: она такая милая, когда стесняется. Уже просто улыбаясь, ложусь рядом, ощущая приятную усталость в теле и негу. Запах нашей близости сводит с ума, и даже капли крови на белых простынях добавляют радости в мою бочку счастья.
– Мелкая, – выдыхаю, перебирая светлые волосы. Камила прижимается ко мне и накрывает нас одеялом. – Больно? – надеюсь, что всё сделал правильно, но всё равно очкую. Это так волнительно, чёрт возьми! Первый класс, вторая четверть.
– Уже нет, - сонным голосом выдыхает она. – Не скажу, что была на седьмом небе, – усмехается зараза и хитро смотрит на меня.
– Провокация?
- Нет, что ты! – воскликает эта актриса. – Ох, ладно! Я не знаю, было приятно и мне не с чем сравнивать, но надеюсь, мы исправим это. Ведь так?
– Так, – выдыхаю ей в губы, прижимая к себе. Возбуждение накатывает новой волной, но я не собираюсь продолжать. Не сейчас. Ей нужен отдых.
– Пошли в душ? Я давно мечтаю потереть тебе спинку. Ты, наверное, прикольная, когда в пене, – поднимаюсь и усмехаюсь, когда глаза мелкой расширяются при взгляде… ну да, возбудился немного. Я же не виноват, что она такая соблазнительная.
Смеясь, натянул боксеры и достал мелкой полотенце.
– Я за чистым бельём и одеждой, – произнесла Камила, заматываясь в полотенце.
Пока девушка ходит, быстро меняю бельё, не переставая улыбаться. Да, впереди самое тяжёлое испытание разлукой, но сказанные слова для меня не пустой звук. Я никому не признавался в любви, хотя сам пару раз слышал подобное, и только слова Камилы имели значение и вес. Я верю ей. Её мудрость вселяет надежду на то, что мы справимся. Серьёзно! Я думаю об этом. Заглядываю так далеко в будущее и уже не представляю своё существования без мелкой заразы. Меня настораживает только то, что она ещё так юна и у неё не было отношений. Мне придётся постараться, чтобы у неё не появилось желания сравнить. Надеюсь, я достаточно для этого созрел.
Камила
Весь следующий день мы проводим вместе, как самая настоящая влюблённая парочка. Не знаю, что там с другими девственницами, но мне не было больно. А совсем скоро я узнала, что такое оргазм. Макс всё-таки сделал это, – добрался губами до моего тела. Не знаю, как не умерла, но это была самая настоящая жесть. Столько цветных пятен перед глазами я в жизни не видела.
Ну а дальше… дальше у Макса начались репетиции, и мы виделись только вечерами. Тогда Макс помогал мне расправиться с учёбой, приготовить ужин, не забывая при этом подтрунивать надо мной и не прекращая целовать.
Мы свободно говорили о турне, строили планы на выходные и думали, как провести мой День рождения, а ещё: как не спалиться перед родителями, посчитав, что лучше во всём признаться через год, когда самое сложное останется позади.
 
И всё было хорошо, пока не случилось это…
– Камила! Камила! Ответьте, вы будете опровергать статью в журнале «New York»?
– Это правда, что вы спите со своим братом?
Посыпались на меня вопросы вместе с пугающими вспышками фотокамер, стоило мне выйти из подъезда. «Они что тут, ночевали?» – промелькнула бредовая мысль. Почему-то смысл вопросов не желал до меня доходить.
– Что? – не поняла я и попробовала пройти. Но легко сказать, а ты попробуй пробиться через толпу жадных до новостей журналюг.
– Источник «New York» утверждает, что вы и Максим Градов состоите в тесной интимной связи. Это так?
О как! Источник, значит… ну-ну.
– А ваш источник откуда это узнал? Со свечкой стоял? – усмехнулась, приняв непринуждённый вид, пытаясь унять внутреннюю дрожь. У-у, коршуны! Как они меня бесят.
– Всё, отвалите, пока я не подала на вас в суд за ограничение моего личного пространства, – растолкала репортёров локтями, бросила скейт и поехала в сторону универа.
Сердце колотилось в ушах, перед глазами всё плыло, и это просто ужасно. Откуда, чёрт! Откуда они это взяли? А если дойдёт до родителей? Фак!
Проезжая перекрёсток, чуть не угодила под колёса красной иномарки и поняла, что пора остановиться. Просто встать, выдохнуть и написать Максу сообщение.
«Братец-кролик, у нас проблемы».
«Штирлиц близок к провалу».
«Ты знаешь, как добраться до границы с Мексикой?»
Три коротких сообщения, и я уверена Макс поймет. Подобную бредятину я бы никому не осмелилась написать, даже Дашке. И это только укрепляет мою веру в родство наших душ.
«Держись. Жди меня в час и не вешай нос. Твой кролик)))»
Убрала телефон и уже спокойно добралась до универа. Я так думала…
Студентки бросали на меня косые взгляды, шушукались и противно смеялись. О, просто замечательно!
– Это правда? – вместе с визгливым криком в спину мне полетел журнал.
Спокойно повернулась, оценив вид взбешённой Джесс, и подняла журнал. Нашла нужную страницу с нашим фото после концерта и пробежалась по строчкам.
– Что конкретно? – спокойно спросила, выгнув бровь. Как говорит Олег: «Если самое плохое уже случилось, какой смысл расходовать нервные клетки?» – То, что Градов мой брат? Или то, что мы с ним… кхм… спим?
Джесс сжала кулаки, зло прищурившись, готовая броситься на меня в любую секунду. Да что я ей сделала? А главное, Макс? Он что, не дал ей?
– Ты спишь с ним? – визгливо воскликнула девушка, тряхнув чёрной шевелюрой.
– Пусть это останется тайной, – загадочно произнесла я, но поворачиваться спиной не спешила.
– Что тебе нужно, Джесс? – раздался бархатный голос Дастина. Ну просто великолепно! Кто ещё?! Обама?
– Я говорю не с тобой, – огрызнулась девушка, но заметно притихла.
– Ты говоришь с моей девушкой. У тебя какие-то проблемы? Я искал тебя, – а это уже мне и таким ласковым голосом: обделаться от умиления можно.
Я не стала сопротивляться, когда Дастин меня уводил, но это не значит, что я ничего не заподозрила.
– Что тебе нужно? – спросила, как только мы поднялись на второй этаж и спрятались за колонной.
– Я могу то же самое сказать для прессы, мы с тобой обнимемся, поцелуемся, и ваши похотливые попки будут спасены.
– Ты идиот? – не сдержалась я. Нет, ну какой же он имбецил, ему точно двадцать один? – Откуда мне знать, что не ты слил прессе всю эту бредятину, а ведь вполне мог. У тебя мотив на лицо!
Дастин вполне натурально опешил.
– Зачем мне это? Думаешь, я настолько пал, что опустился до грязных сплетен? Я просто воспользовался удачно подвернувшейся ситуацией. Предлагаю тебе выгодную сделку.
– Иди к чёрту! Ты и твоя сделка! Достали, – развернулась и быстрым шагом пошла на лекцию. Не собираюсь из-за этой дребедени занятия пропускать, тогда мама точно расстроится.