Кости под пеплом (СИ)

— Ясно, — без каких-либо эмоций ответила Беатриса, когда Николас закончил свой рассказ. Казалось, ей было всё это совершенно безразлично. — Раз уж Винс давно мёртв, остаётся только моя мама. Кстати, как она?
— В полном порядке.
— Хорошо. Если я откажусь, вы станете ей угрозой, я правильно поняла?
— Да.
Бэт призадумалась.
— Ладно… я соглашусь, но только при выполнении моих условий.
— Мы не на рынке, Беатриса. Ты не вправе торговаться со мной.
— И всё же… — она встала из-за стола. Бэт отворила окно настежь, слегка вываливаясь из него. Ей было душно. Душно от этого разговора, душно от собственных мыслей, от чувства страха, которое одолевало её. Наконец, она выровнялась, продолжая смотреть в открытое окно. — Взамен я требую оставить мою семью и друзей в покое. Наше сотрудничество никоим образом не должно повлиять на их жизнь. И ещё, я прошу вас дать Логану право выбора. Если он захочет уйти — вы его отпустите.
Николас никак не отреагировал. Он продолжал сохранять спокойное выражение лица, хотя внутри него взрывался вулкан ярости. Ни за что в жизни он не позволит себе лишиться верных людей, без которых будущие планы могли разрушиться по щелчку пальцев. Он вздохнул.
— Я выполню первое условие, но второе просто невозможно.
Беатриса повернула к нему голову:
— Тогда я отказываюсь.
— Тогда я тебя убью прямо сейчас.
Сама того нехотя, Бэт улыбнулась и подошла к нему.
— Как вы сказали: наша жизнь нам не принадлежит? Забирайте. Мне сложно назвать своё существование полноценной жизнью. Она дешевая для вашей коллекции.
Ник провёл пальцем по губе, с любопытством глядя на девушку:
— Интересно, какие эмоции за тебя сейчас говорят? Страх или гнев?
— Любовь.
— Нет. К самым частым эмоциям, кроме этих двух, относят печаль, радость, удивление и отвращение. Как видишь, любви здесь нет. Она из разряда чувств.
— Я вам нужна, — настойчиво сказала Беатриса. — Значит, вы пойдёте на мои условия.
— Нет, я могу продолжить свою игру, не меняя стратегию под тебя, а могу найти другую девушку. Ты не столь ценный экземпляр, как считаешь.
— И, тем не менее, вы тратите на меня своё время. Дорогая валюта для бесценного предмета.
— Просто мне выгоднее потратить его на тебя, чем на поиск другой. Ты оказалась не в том месте не в то время, и этим привлекла моё внимание. Это лишь игра случая, которой я хочу воспользоваться. Ты мне понравилась.
— Вы не хотите отпускать Логана из-за Майкла?
— Так ты и о нём знаешь? — теперь Николасу было сложнее сохранять самообладание. — Что ещё тебе рассказал Логан?
— Вы сказали, что это последнее его задание. Кто этот Майкл и почему он столь важен для вас?
— Майкл Харрисон. Именно из-за него я хочу вовлечь тебя в свою команду. В нашей с ним войне ты сыграешь ключевую роль и, если всё пройдёт успешно, возможно, я отпущу Логана. Ты лишь должна согласиться заменить его.
Она сделала шаг назад и вновь задумалась. Спустя короткое время Беатриса всё же согласилась, из-за чего Николас разочаровано покачал головой:
— Боже мой… Ты действительно готова пожертвовать собой ради жизни другого? Это нездоровый альтруизм.
— Логан живёт глупыми надеждами, которые никогда не станут реальностью. И всё только из-за того, что вы не отпускаете его. Мне нет пути назад, в любом случае мой выбор обернется против меня. Вы не подарите мне счастья, не дадите права самовыражения, я не буду честна перед собой и не смогу свободно передвигаться. Тогда зачем мне такая жизнь? Я хочу иметь от неё пользу. И если она заключается в спасении жизни другого — я ничуть не пожалею о своём решении.
— Глупышка, заняв его место, ты рискуешь умереть.
— Любовь и смерть неизбежны. — Беатриса отвернулась. Тяжелый ком засел в её горле, заставив голос задрожать. Она выждала некоторое время, и только после того, как смогла подавить жалость к самой себе, заговорила вновь: — отдать жизнь за любимых людей не самая худшая смерть. К тому же, я не хочу потом скорбеть за их разбитое будущее. Ведь я тому вина. Измени я некоторые действия в прошлом, всё было бы иначе…
 
— Ты не права. — Николас встал из-за стола. Ему захотелось уйти, но прежде чем это сделать, он сказал: — Умирать за любовь совершенно не сложно. Куда сложнее жить ради неё.
Беатриса ничего не ответила. Она слышала, как отдаляются его шаги, и только когда уловила скрип двери, выбежала следом.
— Колин!
Он резко отдёрнул кисть от дверной ручки и замер. Ник учащенно задышал, испытывая странные чувства. Его поглотили растерянность и замешательство. Николас поджал губы, стараясь удержать эмоции при себе. Он перешел почти на шепот:
— Я тебя слушаю, говори.
— Ты… Вы должны знать, — она опустила глаза. — У меня никогда раньше не было мужчин, и я не хочу отдавать свою девственность кому-то из ваших упырей.
Он обернулся.
— Ты с Логаном в отношениях уже сколько времени? Поторопи его, не мне же тебе рассказывать, как это делается.
— Нет! — торопливо выкрикнула она и, скрестив руки, отвернулась. — Я не хочу заниматься с ним любовь только из-за того, что мне предстоит превратить своё тело в пустую забаву. Тогда я возненавижу того, кого люблю.
Ник закрыл дверь и подошел к ней. Он прошелся взглядом от её ног до макушки, а затем поднёс ладошку к её щеке.
— Тело — это меньшее, что ты можешь дать мужчине. Самое сокровенное в твоей голове.
— Но, тем не менее, именно то, что находится в этой голове, станет причиной моего самоуничтожения, в то время как тело станет верным союзником.
— И зачем ты говоришь мне об этом?
— Колин…
Он закрыл глаза, слегка нахмурившись. Ему явно приносило наслаждение слышать, как она называет его столь интимно. Одна только Лилиан могла позволить себе такое сокращение, остальным же он сразу затыкал рот.
— Колин, — она повторила более уверенно и, набрав воздуха полные лёгкие, выпалила на одном дыхании: — я прошу вас об одолжении. Станьте моим мужчиной… пожалуйста.
Его уголок рта приподнялся, и он открыл глаза.
— Нет, я тебя не трону. У меня нет на это морального права.
— Нет?! — она злостно фыркнула, да так, что локон на её лице подлетел вверх. — Но при этом вы позволите другим трогать меня?!
— Всё, что появилось между мной и тобой за этот короткий промежуток — это только слова. В нашей связи не будет страсти, а я не люблю пустой секс.
— Зачем же вы так жестоки ко мне?
Он вздёрнул головой и подавил нервный смешок.
— Я с тобой нежнее, чем с кем либо. Но ты для меня ребёнок!
Она тут же стянула с себя сарафан, и ворох ткани скользнул по её телу на пол. И хотя она стояла перед ним с голым торсом, а бёдра украшали полупрозрачные тонкие кружева, Ник не прекращал сводить глаз с её лица.
— Разве моё тело похоже на детское? Я уже сформировавшаяся девушка и хочу знать, на что вы меня обрекаете. Всё, что меня ожидает, останется на вашей совести, так примите же это с честью.
— Моя честь не пострадает, — он снова прикоснулся к её щеке, — а вот ты свою теряешь прямо сейчас.
Беатриса слегка оскалилась:
— Я вам не нравлюсь?
— Ты мне очень нравишься, иначе бы я с тобой не возился.
— Тогда в чём причина? Я не поверю, что у вас строгий принцип на этот счёт.
Не выдержав, Ник прижал юное тело к стене и обхватил лицо Беатрисы ладонями, не в силах отвести от него глаз. Словно на одном дыхании, он прошептал:
— Пойми же ты, наконец, отдавшись сейчас, ты навсегда станешь принадлежать только мне. Я не смогу позволить себе делить тебя с кем-то, будь то Логан или любой другой.
— Вы влюблены… — тихо произнесла она, убирая его руки с лица.
— Нет, — он выпрямился и тут же овладел собой. — Я взволнован, не более того.
— Вы думаете, я чувствую себя иначе? Возможно, это смешно, но сейчас я полностью уверена в своих действиях.
Николас отвернулся, слегка прищурив глаза и прикусив губу. Он не понимал, что испытывает в этот момент на самом деле, но он точно не был готов к такому исходу, и теперь, он стоял позорно, поражен какой-то девчонкой, действия которой совершенно не мог предугадать. Он потёр глаза, и его пальцы замерли на переносице. Беатриса обняла его со спины, неуверенно положив голову на крепкое плечо. Наконец-то! Она желала этого весь вечер. Её руки ласково скользнули по его предплечью и замерли у запястья. Она с некой осторожностью принялась водить своими пальчиками по его кисти, медленно спускаясь к пальцам, пока её рука не сцепилась с его в замок.