Хвост судьбы (СИ)
Извиниться? Глупо. Сейчас хоть топором пополам разрубай Эри Уогана — нижняя часть все равно свое дело не прекратит. Да что ж оно так?
Глупо поступил недоумок Уоган — взял и поцеловал губы темно-вишневые. Нежность хотел вложить, что ли, чурбан озерный?
Очнулась даркша худосочная. Глаза распахнулись, зрачки аж посветлели. Замычала:
— Ты что⁈ Нельзя!
Понять Эри опять ничего не успел. Оказалось и в узком теле гостьи сила имеется — вырвалась, на колени упала. Вот теперь не жалела кухонника. Боги свидетели, — чуть не оторвала, но острее блаженства наверняка просто не бывает. Эри взвыл. Вот он подвиг истинный — только шепотом взвыл…
Гостья поднялась, пряча платочек. В сторону её повело — едва плечиком в стену не врезалась. «Да пьяна она» — с горестным облегчением осознал Эри, и сам чуть не севший на пол.
Девушка сделала неловкий пируэт, упала в кресло. Ухватив бокал, глянула на кухонника:
— Доволен господин?
— Нет, — пробормотал Эри, с ненавистью затягивая завязки штанов. — Разве я кабан слепой?
— Тогда в другой раз. Сейчас нек… когда… — обещающе улыбнулась девушка.
Нет, не кабан ты, Эри Уоган. Козел ты твердоголовый. Сразу не понял, что она едва языком ворочает? Да и ширитти почище тех духов благоухает.
— Некогда? Ну, пара-то мгновений найдется, — пробормотал Эри и шагнул к гостье…
Ой, глупость делал. За такое снисхождения не будет. Да и просто глупо. Но сколько же можно⁈ То за честное удовольствие тебе серебром платят, то потерю старого плаща натурой возмещают.
Девушка вяло дрыгнулась, когда Эри её на стол клал.
— Попадемся, дурень… господин повар.
Ноги все-таки безвольно развела. Вот потом протестующе выгнулась. Не ожидала. Оно и видно, глупенькая совсем…
Ласкать Эри научился. Видимо, и не так уж по-деревенски выходило. Узкие бедра гостьи то расслаблялись, то вновь напрягались. Вырываться перестала. Лишь руками по столу шарила, тарелки и кубки сдвигая… Потом завыла тихо-тихо, замолчала…
Видимо, далеко не пара мгновений прошла. Эри и сам опьянел вконец. Вот её судорога последняя, затихающая… Кухонник отпустил бедра в съехавших лентах. Девчонка миг полежала, потом неловко попыталась скатиться со стола. Эри помог.
— Ты… ты что сделал? Тварь такая… — девчонка лязгала зубами, глаза влажно блестели.
— Но… — начал ошеломленный Эри.
— Плащ дай, скот, — девушка ловко одернула свои юбки, суетливо принялась вытряхивать рачков, застрявших в украшениях на шее. — Скажешь им — я пьяная. Вот, пута тебя возлюби, мерзавец какой… Да поднос-то возьми…
В дверь постучали, Эри едва успел заткнуть за пояс завязки фартука и подхватить поднос с остатками рачков. Валились трое. Бородатый здоровяк нехорошо воззрился на Эри.
— Прошу вас, милорды, — кухонник чинно поклонился. — Леди вас ждала, закуску заказывала. Только начала пробовать…
Вошедшие оценили заваленный рачками стол, перевернутые тарелки и лужицу ширитти. Гостья сидела, вернее, лежала, опираясь щекой о локоть. Открыла глаза, бессмысленно улыбнулась:
— О, господин Рео. А я домой хочу…
— Второй кувшинчик, если милордам знать угодно, — вполголоса поведал Эри.
Один из воинов вздохнул. Бородач покачал головой:
— И когда успела. Держи, любезный…
Эри принял две «короны», напомнил о заказе навынос. Бородач с досадой приказал к лошадям закуску вынести.
— Если милордам угодно, можно через заднюю дверь леди вывести, — намекнул Эри.
— Я сама прекрасно выйду, — почти совершенно трезво заявила гостья, накидывая капюшон. За кольцо её огромной серьги зацепился крупный рачок. Эри, из-за спин воинов, попытался показать знаком. Должно быть, не увидела.
Корзинку с рачками Эри вынес во двор. Гости уже выезжали. Девчонка довольно прямо сидела на великолепной белой кобылке. Один из воинов подхватил корзинку, не торгуясь сунул «корону».
Эри, поеживаясь, постоял на морозце. В «Угол» вошла группа гребцов, среди них выделялась пара низкорослых никсов. Эти точно иную закуску закажут — морское им и на корабле надоело.
— Да пусть как хочет ругается, а я ей хорошо сделал, — пробормотал Эри и пошел к дверям. На утоптанном снегу валялся отличный рачок. Ага, выковыряла все-таки из серьги.
* * *— Опять упилась?
— Да нет, в седле сидит. Этим даркшам сколько не налей, все мало.
Оба шпиона захихикали. Последние дни денежки сами собой шли в руки. Следить за остроухой потаскушкой — занятие необременительное. Раз в два-три дня в город прогуляйся, в замке поболтай с прислугой, да не забывай вертеться рядом с покоями младшего лорда Гоури. Платит лорд Гоури щедро, да по большей части сам за своей потаскушкой и приглядывает. Собственно, что там и приглядывать: знай пои да почаще растягивай ту тощую бесстыдницу.
— Все-таки чего она во «Вкусный угол» завернула? В замке жратвой обделяют?
— Пьяная. Вот и завернула догнаться.
— А если записку передала? Гоури прознает — с нас шкуру спустит.
— Кому записку? Да она и писать-то не умеет. Губки ученые, а не руки. Если чего накарябала, так через бабку попыталась бы передать.
— Не скажи. Иные шлюхи, похитрей крысы будут.
— Ты же сам всё видел. Зашла, и сразу в кабинет. Туда только прислуга заглядывала, да наши мечники великие заходили.
— Может, через прислугу? Или еще кто шмыгнул? Мы тот угол плохо видели. Надо бы разнюхать, присмотреться.
— Еще кружечку пропустить хочешь? — догадался высокий соглядатай. — И куда в тебя столько лезет?
— Ну и пропущу светлого. Я ж для дела. Вот того рыжего долговяза видел? Он чего выперся провожать?
— Тьфу! Рачков этих дурацких нашим впарил. Дерут же за такую дрянь деньги.
— Всё равно, надо бы прощупать. Вдруг он письмецо и поволочет?
— Угу. Иди, пей. Не забудь и поварих пощупать-прощупать. Умник. Ладно, я за конной леди порысил. Может повезет — увижу как шлюшка с седла свалится и шею свернет. Милорду все обстоятельно доложу…
Сиятельная гиана, известная под именем Клэ-Р, из седла не упала, но высокому шпиону все равно повезло. А любителю пива нет. Как известно, пенный напиток весьма вреден для печени.
* * *Хозяйка приняла «короны» от Эри, мотнула подбородком:
— Там твой подарок. Я в рыбной в шкаф сунула.
— Подарок?
— Плащ. Хороший. ОНА сказала чтоб вечером передали, — Лиз взглянула в глаза кухоннику. — Что, с лихвой расплатилась?
Эри пожал плечами:
— Выпивши она. Девчонка избалованная.
— Это уж точно, — Лиз закусила верхнюю губу — эту манеру хозяйки злиться кухонник знал отлично. — Послушай, Эри, тебе бы о будущем подумать нужно.
— Понял. С сегодняшнего дня думать?
— Не дури. Я тебя не гоню. Ты парень хороший, — хозяйка вздохнула. — Но всему конец бывает. Если муж застукает, ты-то отмашешься, а мне старый козел точно голову пробьет. Да и гостьи странные к тебе что-то зачастили… Место подыщи получше. В деньгах не проиграешь, ты человек толковый. Или женись на приличной девушке… Весной или летом. Ну, как тебе удобно будет. Все равно летом у нас в «Углу» гостей поубавится…
* * *Эри прибрал в рыбной, оделся. На кухне громыхали мисками посудомойки. Раздавала последние указания уставшая Лиз. Кухонник с отвращением покосился на шкафчик — там лежал плащ. Эри его разворачивать не стал, но с виду хорошая одежка. И духами чуть заметно пахнет. Э, э, не вспоминать! Неуместно. И вообще, что за беда с этими плащами? Вот куртка — никаких проблем, и удобно.
Если шагать быстро, действительно в куртке удобнее. Морозец подгонял, сумка со снедью похлопывала по бедру. Вообще о бедрах, ляжках и разных там губах, Эри думать не желал. Вечер уже, стемнело. Вечер в Авморе, это вам вовсе не утро. Здесь зазеваешься, и того…
Ворота Уиста с их надежной охраной кухонник уже миновал. Теперь вдоль старой неохраняемой стены, потом мимо развалюх Мучного угла, где уже сто лет как хорошей муки не видывали. Через ручьи перебраться — местечко подозрительное, с нехорошей славой. Дальше Мышиная балка и тропинка к Приливам. Там попроще — в Приливах хоть и отчаянный народ обитает, но там своих трогать — дурной тон. Да и Морверна местный народец уже знает.