Маленький секрет (СИ)

После такого краткого экскурса в жизнь новой знакомой я поняла, что мы были обречены подружиться. И уже не удивлялась, что за какие-то две недели мы стали хорошими приятельницами.
— Так, ладно, поболтали, поделились секретами. Пора идти работать, — Вера встала из-за стола и потянулась как кошка. — Эми, может, вечером сходим куда-нибудь? Я тоже встала, задумчиво сведя брови. Вечер. А что у нас на вечер было запланировано? Пятница. Точно что-то было!
— Знаешь, я подумаю. Не буду обещать. И взяв телефон со стола, пошла на выход из кафетерия. В дверях обернулась и весело помахала Вере. На что та показала мне язык с очередным пирсингом
  
Глава 3
 
Остаток рабочего дня буквально пролетел. Я так увязла в документах, что даже не обратила внимания на погоду за окном. И только выйдя на крыльцо, поняла, что прогулка до дома отменяется. Как и любые другие планы.
— М-м-м, а крыша знатно протекает, — смотря на чёрное небо с росчерками молнии, задумчиво высказалась вслух. — Ну что, Эми, объявляю пятницу днём мокрых трусиков. Рядом кто-то хрюкнул. Резко повернув голову, я увидела парня.
Молодого, красивого парня с широкой улыбкой на лице. Он смотрел на меня своими тёмными глазами и старался сдержать смех. Собственно, у него плохо получалось.
Сморщив нос и поборов желание показать ему язык, как это сделала бы Вера, я с очень вежливой улыбкой обратилась к красавчику. А он был именно таким.
— Любезный, не подскажите, где вы покупаете одежду?
Парень растерялся, но быстро взял себя в руки. Только с удивлением спросил:
— Что, простите?
Снисходительно посмотрев на него, всем видом показывая моё невысокое мнение о нём, любезно уточнила:
— Одежда, сэр. Ну, ваши джинсы, ветровка. Что под ней, майка? Рубашка? — Э-э-э… а вам зачем? У меня уже скулы сводило от вежливой улыбки и маски светской львицы на лице, но решила его добивать. Потому что хрюкать у меня за спиной было очень плохо с его стороны.
— Ну, вас так рассмешили мои слова, я решила, это значит, что ваша одежда непромокаемая, раз вы не боитесь промокнуть до нижнего белья в такой ливень.
Парень смотрел на меня. Не знаю, какие мысли крутились у него в голове, но вот его губы дрогнули, затем расползлись в широкую улыбку и он, запрокинув голову, рассмеялся. Громко, легко. Смех был очень красивый. Мужской. Такой, от звуков которого мурашки пробежались вдоль позвоночника. Но я не стала дожидаться от него ответа. Тем более, я была уверена — этого парня больше не увижу. Он выглядел слишком чужим здесь, на крыльце
Трёхэтажного офисного здания. Да и потом, если бы такой экземпляр мужской красоты и обаяния обитал с нами в одной фирме или даже на одной улице, да что уж там, во всём городе, Вера бы мне уже рассказала о нём. У неё какая-то идея фикс — найти мне подходящего парня. А раз про этого симпатягу ничего не известно, то и думать не буду. Сделав глубокий вдох, как перед погружением в холодную воду, хотя, почему как, именно это сейчас и должно произойти, я решительно спустилась с крыльца. Тысячи холодных, злых капель впились в обнажённые части тела, пропитывая волосы, одежду, стекая ручьями по лицу.
— Мать твою, твою мать. Мать твою. Я бежала в сторону остановки, решив воспользоваться автобусом. Погода разошлась не на шутку, и помимо упругих струй дождя в небе всё чаще сверкали молнии. А гром гремел, казалось, прямо над головой. Находиться на улице становилось просто страшно. В автобус я успела вскочить в последний момент. Водитель так торопился скорее уехать, что тронулся от остановки даже не закрывая двери. Я так думала. Пока не вскочила на подножку и не поняла, что дальше то мне пройти не удастся.
«Да, у старика Бо сегодня аншлаг», — подумала я, охватывая взглядом забитый автобус. Ещё ни разу мне не приходилось видеть такого количества людей в общественном транспорте. Смирившись с мыслью, что добираться до следующей остановки я буду с попой, торчащей из дверей автобуса, которую при этом поливает дождь, я уткнулась лбом в чью-то широкую спину. Хозяин спины был не против, хотя, у него и выбора не было. Шевелиться, находясь в положении зажатой креветки, мало у кого получилось бы.
 
Радовало лишь то, что следующая остановка как раз таки моя. А от неё каких-то десять минут неспешным шагом до дома. Но я-то спешу. Я очень тороплюсь, и буду буквально бежать. Только бы не ударила меня молния в макушку. Да и оказаться дома, в тепле, под горячим душем… м-м-м. «Давай, автобус, веселей подпрыгивай на кочках. Я хочу домой!» Не успела я помечтать о душе, как автобус чихнул, дёрнулся и заглох. Ещё минуту все ждали чуда, но оно совершенно не спешило к нам. Поэтому, когда удобная спина, согревающая мне лоб и даже нос, начала слегка подталкивать меня, мне пришлось смириться с мыслью, что домой я всё-таки буду добираться дальше пешком.
— Ну, Эми, детка, побежали! Крепче перехватив сумочку, я спрыгнула с подножки и, не разбирая дороги, помчалась в сторону дома. Видимость была почти нулевая. Вода с неба текла единым потоком. И лишь яркие разряды молнии давали шанс убедиться, что двигаюсь я всё же в верном направлении. Устав спотыкаться о каждый камень и проклиная тонкую подошву своих сандалий, я решила, что спешить мне, собственно, некуда. Ливень сделал своё дело, и я уже давно была промокшей до последней нитки. Замшевую сумку, скорее всего, придётся выкинуть. А сандалии сами от меня уйдут, не пережив заплыва в лужах.
Поэтому к дому я подходила хоть и торопливым, но всё же шагом. Не боясь свернуть себе шею банально упав.
А дома меня ждал сюрприз в виде незапертой двери.
— Та-а-ак… То, что в моих безумных мыслях звучало грозным рыком бешеного бизона, в реальности было писком задушенной мыши. Я точно помнила, как утром закрывала дверь. Да ещё бы не помнить, мне посчастливилось сломать ноготь, воюя с заедающим замком. И сейчас я очень напугалась. Один из моих детских кошмаров оживал: всегда боялась, что в дом родителей заберутся воры и украдут самое дорогое, что было у меня — плюшевого зайца без одного уха. Сейчас я переживала не столько об игрушке, которая занимала почётное место рядом с телевизором, сколько об энной сумме, лежащей под матрацем в спальне. Всё не находила времени дойти до банка. Зря. Я, чувствуя себя ниндзя, бесшумно шагнула в дом. Осторожно положила сумку на пол, скинула грязные мокрые босоножки. Подумала, что сейчас лучше всего было бы снять с себя всю одежду, с которой продолжала капать вода. Но пока есть шанс встретить в доме незваных гостей, хотелось иметь возможность убежать. А бегать по улицам города в стиле леди Годивы не было желания. Поэтому вооружившись зонтом-тростью, подбадривая себя именами всех людей Х, которые вспомнила, и представляя, как я сейчас надеру зад ворам, на цыпочках пошла осматривать свои владения.
В коридоре было ожидаемо пусто. Во-первых, он хорошо просматривался от входа, а во-вторых, думаю, было бы странно для злоумышленников ждать меня
посреди коридора. Потому я вполне уверенно кралась в сторону кухни. И когда зашла туда, предварительно напугав возможных злодеев зонтом, которым, как шпагой, тыкала по сторонам, пока сама пряталась за косяком, с облегчением обнаружила, что тут полный порядок. Не считая перевёрнутой кошачьей чашки. Но кот, он такой кот, когда хочет есть, всегда лапами лупит по своей железной миске.
Попив воды, а когда нервничаю, мне постоянно хочется пить, уже увереннее пошла проверять остальные хоромы. Подойдя к гостиной и повторив манипуляции с зонтом, я заглянула в комнату. И от увиденного замерла статуей в арочном проёме,
 
Молча глотая воздух. Зонт с тихим «бум» выпал из моих ослабевших пальцев. Этот звук и помог мне прийти в себя. Глубоко вздохнув и подхватив своё грозное оружие, я громко закричала:
— Что тут происходит?!
Дело в том, что на новом бежевом диване, на моей гордости, самом любимом приобретении этого месяца, спал обнажённый мужчина. Совсем голый. Весь!
Мой писк, который должен был быть громким и грозным, не напугал даже меня. Чего уж говорить о парне, который занимал весь двухметровый диван. Да так он, парень, органично сливался в объятиях с подушками, что на виду были только растрёпанные волосы, широкие плечи, спина и красивый зад.