"Фантастика 2023-147. Книги 1-28 (СИ)

– Чтобы прибить немцев! – развеселился Марлен.
– Именно!
Илья Марленович слез с подоконника, который занимал, и стал ходить, изображая рекомого мудреца.
– Это нам подходит, – вынес он вердикт. – Да, Марлен?
– На все сто! – подтвердил тот.
– Я вот что хочу сказать, – остановился Исаев-старший. – Ваша работа по самолету-снаряду станет одним из пунктов проекта «Вальхалла». Это был такой загробный мир у норманнов, вот и поможем фрицам туда отправиться! Чем мы будем заниматься по проекту? О вашем отделе я уже сказал, хотя хочу еще навесить на вас тему ПТУРСов… ПТУРС, если кто забыл, – это сокращенно «противотанковый управляемый реактивный снаряд». На базе «БА-10» мы создали, пока в единственном экземпляре, самоходный ПТРК – противотанковый ракетный комплекс. Управление снарядом идет по двум проводам, а оператор вручную наводит ПТУРС на цель. Кумулятивный заряд позволяет пробивать броню до двухсот миллиметров толщиной.
– Тогда и Вику к нам подключай, – сориентировался Марлен. – ПТУРС – вещь хорошая, но установке нужна надежная платформа, на базе «БТ-7», допустим.
– Подумаем. Беретесь?
– Бать, плохой из тебя руководитель проекта! Тут приказывать надо, а не просить.
– Цыц! Берете тему и доводите ее до готового изделия.
– Так точно!
– Далее. Группа Тимофеева – с ними там Ляхов, Невкапса, Данилин и еще кто-то, – работает над новыми боеприпасами для ВВС. От них мы ждем ОДАБ-500…
– Вакуумные бомбы? – перебил Марлен.
– Название безграмотное, – парировал Марленыч. – ОДАБ – это объемно-детонирующие авиабомбы. Они сбрасываются с самолетов, спускаясь на парашютах. На нужной высоте срабатывает взрыватель, жидкое горючее разметывается во все стороны, образуя топливовоздушное облако, проникающее не только в окопы, но и в каждую щель, забирающееся в блиндажи и землянки. А потом происходит «зажигание». В одно мгновенье облако взрывается, сразу, в полном объеме, поражая все в радиусе тридцати метров. Ударная волна моментально, скачком создает избыток давления в тридцать атмосфер, разрушая железобетонные доты, разрывая человеческие легкие, выжигая плоть или дерево, без разницы.
– Так им и надо, – проворчал Арнаутов. – Их сюда никто не звал!
– Во-во…
– Жуткая вещь.
– Верно. Кстати, Кристина обещала им за неделю сварганить убойнейший наполнитель для ОДАБ. Пиперилен, кажется.
– Валькирия! – улыбнулся Марлен.
– Да уж… Так. Группа Краюхина получила задание по РПГ. РПГ-2 уже пошел в войска, надо бы его довести до уровня РПГ-7. Хорошо так постараться. Если мы запустим производство противотанковых гранатометов, немцам худо придется. Ну, вот такие темы. Тут главное – не прорыв в военной технике и не любование прогрессом. Главное – сроки! Операция «Большой Сатурн» вступает в активную фазу и продлится до февраля максимум. И наша задача – исполнить проект в кратчайшие сроки, желательно до начала декабря. Это очень сложно, это будет такой напряг, что спать придется по три-четыре часа, но иначе мы просто не успеем.
– Не уговаривай, Марленыч, – проворчал Соколовский. – Мы сюда шли не за Сталинскими премиями. Справимся!
Марлен пожал плечами.
– Сложно, трудно, и что? В наших лабораториях не рвутся бомбы, не стреляют пулеметы, мы не ходим в атаку по первому снегу. Уж как-нибудь переживем твой проект!
– Разрешите идти, товарищ старший лейтенант? – вытянулся Исаев-старший.
– Вольно, – важно сказал Исаев-младший, поглядывая на новые погоны со звездочками.
* * *
И пошла работа! Без перерывов и выходных. Ели, что дадут, и спали, где положат. Все в лаборатории ходили с красными глазами, включая завлаба, и Марлену приходилось в приказном порядке отправлять «призывников» выспаться, хотя бы часиков пять-шесть. Они ему нужны были живыми и здоровыми. Именно что нужны!
С приходом этих спецов, поседелых в КБ, многие темы обрели второе дыхание. Расшивались узкие места, исправлялись недочеты.
На «Ис-15» установили наконец катапультируемое кресло, вылечили другие детские болячки самолета. Марлена похвалили за хорошее исполнение «С-15» – и буквально завалили рацпредложениями. Впору было делать новую ракету.
 
Человек десять из будущего, входивших в группу Вики Тимофеева, добились-таки выпуска опытной партии танков «Т-44», чтобы отработать на них те решения, которые могли бы помочь перестроить хотя бы один танковый завод на производство куда более совершенного «Т-54».
На полигонах рвались первые в этом мире ОДАБ, заряженные окисью этилена и пипериленом, чадно и жарко горел напалм-В [288], обещая «согреть» фрицев в окопах. Старперы мараковали над промежуточным патроном, над ПТУРСами, над кучей прочих интересных проблем, сами осознавали собственную востребованность, и это действовало на них не хуже эликсира молодости.
* * *
В начале декабря Марлен выписал всем своим сотрудникам «премию» – дал выходной. Ну и себя не обделил – первым делом выспался как следует. Лег в девять вечера, встал в девять утра. Настроение было отличное – все вроде получалось. Первый самолет-снаряд был собран, проверен и испытан – «Прибой» подняли на «Ту-2» и запустили с пяти тысяч метров.
Странно жужжа, крылатая ракета пронеслась по небу, направляемая оператором, и поразила цель – немецкий дот из железобетона под Смоленском.
Оставались последние испытания – фронтовые. И тут же образовалась проблемка: а кому ж испытывать? Обычному пилоту лишь бы цель накрыть, но надо же было выяснить, как себя ведет «Прибой», что «чувствует», как реагирует на маневры и все такое прочее. В общем, на место оператора надо было усаживать кого-то из конструкторов.
Соколовский сразу вызвался, но Марлен его осадил – дескать, вы, Даниил Гаврилович, нужнее в тылу. Полчаса Исаев не решался позвонить Сталину, но набрал-таки номер вождя – отменить свой запрет на участие во фронтовых испытаниях сотрудников Центра мог только он.
Марлен не просил и не канючил, он привел всего один довод: я, мол, всего лишь студент, а Соколовский или Арнаутов – профессора! Раньше каждый «попаданец» был на вес золота, а теперь-то их развелось… В смысле, много их, и все – настоящие мастера своего дела. Сталин дал добро…
* * *
…Спецпоезд доставил дощатые контейнеры с самолетами-снарядами в Курск. Хоть линия фронта и отдалилась от города, но немецкие самолеты иногда залетали – зенитных ракет не хватало, чтобы прикрыть все участки.
– Разгружаем! – крикнул Вика.
Марлен, в принципе, и рад был, что Тимофеев за ним увязался. Все ж не одному, а то и поговорить не с кем. Антон тоже подходящая компания, так разве ж Кристя отпустит своего ненаглядного Антошечку?
С Наташкой вышло проще: у нее мама заболела, эвакуированная в Новосибирск, и Берг сам посадил девушку на поезд. Мама у каждого одна.
Так что недели две у Марлена были, а потом… Да что ж он, за столько времени не справится? Там делов-то!
Штук пять-шесть «Прибоев» выпустить, записать все показания датчиков на магнитофон (на транзисторах, с лентой из диацетата!), а потом уже прокрутить, переписать, вникнуть.
– Сейчас подгоню технику!
«Студебеккеры» уже подъезжали под разгрузку, Марлену оставалось направить на путь истинный водителя автокрана. Кран «Январец» на шасси «ЗИС-6» поднимал три тонны, так что с «Прибоями» машина справилась.
Десять «студеров» выстроились колонной и покатили к аэродрому. Десять самолетов-снарядов тряслись в их кузовах, молчаливо грозя немцам. Скоро они ударят по укреплениям, по скоплениям техники, и куда там задрипанному «Фау-1»! Отстой.
Полевой аэродром был обычнейшим: вдоль опушки не слишком густого леска вырыты землянки, летное поле слегка запорошено. В заснеженных капонирах прятались истребители, «лавки» в основном, а поодаль выстроились в рядок бомберы «Ту-2». Даже не так – это была усовершенствованная модель «Туполева», только Марлен не знал ее точного обозначения. На старой модификации штурману приходилось плохо – он едва мог различить землю. И как прикажете ориентироваться? По звездам? Так и их хрен увидишь.