Перевал (СИ)

— Думаю, да, это они, — согласился с предположением полковника Алексей, вглядываясь в конец улицы, которая здесь уходила вниз под небольшим, но заметным уклоном. — Но что их стукнуло-то? Хотели бы догнать, давно бы уже это сделали!
— А разве могут быть ещё какие-то варианты? — скривился полковник и быстро осмотрелся, заострив внимание на одном из ближайших строений с обычными по размеру окнами, а не витринными, и толстыми с виду кирпичными стенами. Здание больше всего напоминало или склад, или гараж в полтора этажа. — Так, занимаем оборону в том здании и ждём. Будем надеяться, что мы ошибаемся, и манекены просто решили совершить ежегодную миграцию.
И действительно, Алексей нутром чуял, что начавшееся движение явно не обошлось без участия его знакомой в рубиновом ожерелье, и что так любит духи с фиалковым ароматом. Тут прямо затылком ощущаешь покалывание мелких иголочек надвигающейся угрозы.
Двустворчатые двери в здание оказались открыты, и действительно внутри оно более всего напоминало некий склад с рядами стеллажей и полок, на которых были расставлены коробки и ящики, покрытые толстым слоем пыли.
Внутри ожидаемо обнаружилось несколько засушенных тел, облачённых в нечто более всего похожее на рабочую одежду, правда, один труп был скорее в офисном костюме. Начальник, подумал Алексей. И всё-таки удивительно, как их одежда похожа на ту, что можно легко увидеть на улицах любого города нашего мира. Лишь отдельные детали покроя напоминали тебе, что ты не у себя дома и вообще не на Земле. А так, если не приглядываться — один в один, жители какого-нибудь европейского или американского города.
Когда внутрь вкатили тележку с раненым, стали готовиться к возможной обороне, баррикадируя стеллажами и мебелью все входы и выходы, которые только смогли найти и по возможности оконные проёмы, которые не планировали использовать в качестве бойниц. Стоит отметить, что из оставшихся окон улица очень даже хорошо простреливалась, как и пара соседних переулков. Вопрос лишь в том, насколько их оружие будет эффективным не столько против манекенов — их-то как раз можно было застрелить, причём не только в голову, в чём они уже успели убедиться, — сколько против Той, что заставила прыгнуть с крыши студента. Именно её способности вызывали наибольшее опасение.
Очнувшийся Александр — всё-таки ранение и потеря крови, хоть бы кровотечение и было остановлено, сказывались — полусидя, пристроился на тележке и заторможенными движениями пытался перезарядить автомат.
Увидевший затруднённые движения товарища Анатолий, помог ему совершить эту операцию, а заодно проверил его пистолеты, закреплённые в кобрах на разгрузке. Вложил оружие Александру в руки, похлопал его по плечу и развернул тележку так, чтобы в случае чего не попасть на линию огня.
Александр схватил его за рукав, удерживая.
— Погоди, — еле слышно просипел он, тяжело вдыхая воздух. — Дай гранату.
— Уверен? — серьёзно уточнил Чекан.
— Более чем.
Толик отстегнул одну РГД со своего броника и прикрепил её на карабин к разгрузке Александра так, чтобы тот, в случае чего, мог легко выдернуть чеку и метнуть гранату.
Двух снайперов полковник отрядил занять позиции на крыше здания, а заодно проверить возможные пути отхода, которые полковник приметил ещё с улицы. Вместе с ними он отправил Афанасия, которому, как подозревал Алексей, был дан приказ выбираться отсюда во что бы то ни стало, чтобы сообщить руководству об увиденном.
Повесив на себя помимо винторезов, ещё и трофейные автоматы, отжатые у американских наёмников, гремя амуницией, они скрылись в дверном проёме с лестницей ведущей наверх.
Закончив подготовку укреплений, они стали ждать. Шелест и шорох, в котором уже можно было различить шаркающий топот множества ног и многоголосый шёпот, что произносил непонятные слова на чужом языке.
Вскоре на улице показались первые манекены, их дёрганные движения не спутаешь ни с чем.
Потом ещё манекены, и ещё, а потом они уже заполонили улицу большими и малыми потоками, огибая стоящие автомобили и другие препятствия шаркающим потоком.
 
— Сколько их там?
— Несколько десятков, не меньше!
— Десятков? Разуй глаза, их там сотни!
Бинокль позволил рассмотреть манекенов поближе. Ну и лица у них! Вроде человеческие, а вроде и нет, словно их перекосило невыносимой болью, а потом отпустило, снова перекосило!
А это кто там идет среди толпы "сонных"?
По спине пробежал неприятный холодок. Непринуждённой и такой же уверенной походкой, окружённая со всех сторон шепчущими подёргивающимися при каждом шаге манекенами, шла Она, Та, чьего имени никто не знал. Да и не знать бы, если честно, никогда.
Уверенный взгляд. Плавные движения. Кажется она улыбается. Еле заметно, но улыбается.
— Видите? — обратился Алексей к полковнику.
— Вижу. Надо её уничтожить. Или, по крайней мере, вывести из строя. Это она их ведёт! — уверенно произнёс полковник.
— What the f@ck?! — не выдержал американец, которого полковник предусмотрительно пристегнул наручниками к водопроводной трубе, чтобы тот не мешал в случае чего, и наблюдающий за надвигающейся толпой в соседнее окно. — Who is this damn b@tch?!
— Только бы они прошли мимо, — проговорил Анатолий. — Слишком много, слишком много.
— Не пройдут, Толя, не для того она это затеяла, — ответил Данила. — Гонит, как пастух скотину. Гляди, как они её слушаются.
Алексей посмотрел на Кота, тот вытащил нательный крестик, поцеловал его и убрал обратно за воротник футболки.
Отпустив висящий на ремешке бинокль, Плетнёв приложил приклад автомата к плечу, захватил цель в коллиматорном прицеле, собираясь нажать на спусковой крючок. Он был согласен с полковником, что манекенов взбаламутила именно панночка, вылезшая из саркофага.
Если сонные не стали их преследовать тогда, в центре города, когда им ничего не мешало, то зачем им сейчас срываться с места и топать вслед за ними на окраину? Однако, надо признать, что шли они довольно бодро, несмотря на их походку. Впрочем, мелкие шли гораздо увереннее.
Чёрт! Мелкие! Да это же дети! Плетнёв сразу вспомнил, что столкнулся с такими ещё в торговом центре. Опять стрелять по детям? Или уже не стоит их считать таковыми? Неужели манекены ещё и размножаться могут? И вдруг, то, что произошло с ними, является обратимым? Нет, лучше об этом не думать. Сейчас не терзаний совести.
Короткий взгляд на полковника — безмолвный приказ был получен.
Палец медленно надавил на спусковой крючок, глаз видел в прицеле фигуру с длинными волосами и тунике, уверенно вышагивающую в окружении подёргивающихся фигур, которые держались от нее на некотором расстоянии.
Раздался выстрел, но стрелял не Плетнёв. Это был Кот, тоже выцеливавший заметивший неизвестную.
— Вот ведь хр@нь! — прошептал Алексей, когда перед его глазами зависло в воздухе сразу несколько частиц пепла, отказываясь продолжить своё падение, а уши словно залили монтажной пеной.
Он несколько раз открыл и закрыл рот, но слух не возвращался.
С трудом повернув голову, он увидел вырвавшееся из автомата Дмитрия пламя выстрела, зависшую в метре от него пулю и застывшую, не долетев до бетонного пола, пустую гильзу с тянущейся из неё вуалью порохового дымка.
И как предупредить остальных, что уже началось, если все замерли так же, как эти зависшие пылинки в воздухе, так же, как гильза, вылетевшая из автомата Кота? Да и чего, собственно, стоит ждать?
Ничего хорошего, вот это точно!
  
Глава 24. Её глаза. Его сердце
 
— Алексей…, - она произносила его имя с лёгким придыханием и странным мягким акцентом, её тёплые пальцы нежно гладили его по щекам, а голос так сладко убаюкивал. Хотелось лежать так вечно. И слушать, слушать её голос.
Как же долго он ждал этой встречи, как же он был сейчас счастлив. Не выразить словами! Хотелось и кричать и молчать одновременно!