Перевал (СИ)

— Что-то мне это не нравится, но давай посмотрим, — произнёс Дмитрий под мерный треск дозиметра перед тем, как соскочить с подоконника разбитой витрины внутрь.
Судя по всему, здесь когда-то давно располагался ресторан, бывший частью большого торгового центра. Да, здесь определённо должно было найтись что-то подходящее для перевозки их раненого товарища.
Открывшуюся их взорам картину Алексей уже видел в заведении на трассе, где они нашли группу высохших маленьких детских мумий в сопровождении двух воспитательниц. Только здесь масштаб был гораздо больше: десятки трупов, сидящих за столиками, склонившиеся над столовыми приборами, положившими головы на столы или прямо на тарелки, в которых когда-то была еда. Многие лежали рядом с опрокинутыми стульями и столами. Как и в придорожном кафе, здесь были те, кто умер не сразу, и попытался что-то сделать, но что ты можешь успеть за несколько секунд? разве что осознать, что смерть окружающих тебя людей, это последнее, что ты видишь в свое жизни. Наверняка в голове успеют пронестись образы родных и близких, но не более. Слишком всё быстро здесь произошло.
Трупы за столами, трупы на полу, трупы за барными барными стойками. Везде. Всех возрастов.
Если это было оружие, боевой патоген или что-то вроде бомбы (нейтронной?), то военные всего мира оторвали бы руки за любую информацию о нём и хоть какие-нибудь образцы.
Один из иссохших трупов, вроде как молодого мужчины, лицо которого оскалилось безгубой улыбкой смерти, полулежал на барной стойке, держа в вытянутой руке широкий стакан с толстым донышком, и положив голову на плечо. Такой себе Джокер с того света. Если что-то в стакане и было, то оно давно испарилось, оставив место пыльному осадку.
Как будто изрядно набравшись, посетитель в последний момент решил попросить у бармена ещё одну порцию горячительного, но так и уснул, не дождавшись выполнения заказа. А может, бармен и не собирался наливать очередной стакан клиенту, видя, в каком состоянии тот находится.
А вот и сам бармен, лежит в проходе за стойкой среди поваленных и разбитых стаканов и бутылок из разноцветного стекла с этикетками на непонятном языке. Многие бутылки не пострадали, и в голову Алексея закралась крамольная мысль открыть одну из них и посмотреть, что там внутри есть и сохранилось ли вообще. Но в итоге он только повертел одну из них в руке, потряс — внутри что-то радостно булькнуло — вздохнул и поставил обратно. И дело не в том, что хотелось выпить, чтобы снять стресс, Алексей не страдал болезненным пристрастием к алкоголю. Ему было просто любопытно.
А вообще, учитывая обстоятельства, мысль напиться по возвращению не такая уж и плохая, просто тупо нажраться, чтобы потом от одной мысли о спиртном тебя воротило.
Но полковник дал чёткие указания — ничего с собой отсюда не брать, мол, и так на себе притащим кучу "грязи". Да-да, карантин, не забыли. Помним. Алексей внутренне уже смирился с тем, что придётся провести долгое время под неусыпным контролем врачей, и постоянно сдавая всевозможные анализы.
А вдруг несчастный посетитель, перебрав со спиртным, действительно уснул и не заметил, что произошло вокруг? Что же, тогда можно сказать, что ему даже в чём-то повезло. Люди умирали прямо на месте, там, где их застала катастрофа. Некоторые успели осознать, что происходит что-то ужасное, увидеть, как люди вокруг, теряя сознание, падают со стульев на пол, ухватившись за скатерть, но многие просто замирают, сидя за столом и держа в руках столовые приборы.
За всю свою жизнь, Алексею не приходилось видеть такое количество мёртвых тел, которые были буквально повсюду.
— Вот ведь! — подал голос Данила. — Какой-то холокост. Хиросима отдыхает.
— Не, — возразил подошедший Дмитрий, — Хиросима ничем не лучше. Там просто всё по-другому было.
Под мерный треск дозиметра он наклонился над одной из фигур, чтобы получше её рассмотреть.
— Никак не пойму, чем их так долбануло. Это же какой-то новый тип ОМП, — вздохнул, нервно почесался. — Никогда такого не видел. Задолбаюсь отчёты писать.
 
Похоже, Дмитрий в их компании был наиболее осведомлённым по части оружия массового поражения, догадался Плетнёв.
Дима осторожно дотронулся до головы жертвы дулом автомата. Тихо хрустнули шейные позвонки, и голова отвалилась и гулким звоном упала на стол прямо в тарелку ромбовидной формы.
— Тише ты! — шуганул его Данила.
— Боишься потревожить крепкий сон? — махнул рукой Дима. — Некому тут просыпаться от громких звуков.
— Я думаю, — вклинился в разговор Алексей, — что Данила имел в виду, что мы в чужом и неизвестном мире, о котором на самом деле мало знаем. Лучше всё-таки перестраховаться.
«Кот» сделал неопределённый жест, из которого абсолютно не было понятно, признаёт он правоту Плетнёва, или нет. Похоже было, что он всё-таки склонялся к мысли, что здесь нет ни одной живой души, если не считать Существо, о котором предупреждал Афанасий.
Они стали продвигаться по помещению, нашли лестницу на верхние этажи.
Судя по всему, это действительно был большой торговый центр. Что-то подобное Алексей встречал только в Питере и Москве. В Москве такие моллы ему ничем не запомнились, а вот торговый центр на Лиговском, рядом с Обводным каналом очень сильно напоминал своим антуражем и внешним видом этот.
Чёрт! Здесь даже эскалаторы были! Правда, только на верхние этажи, а вот никаких признаков подземки Алексей не обнаружил. Впрочем, город был, судя по тому, что он увидел, не очень большой, а в России в таких населённых пунктах метро не предполагалось.
Это, конечно, не Россия, и даже ни любая другая известная страна, но если здесь когда-то жили люди, то, с высокой вероятностью, они рассуждали аналогичным образом, и не стали бы копать подземку там, где на автомобиле город можно пересечь от края до края за какие-то полчаса-час.
Они не стали подниматься на верхнюю галерею по замершему эскалатору, ступени которого подозрительно скрипели при попытке поставить на него ногу, а прошли дальше, выйдя из ресторана и оказавшись в просторном холле.
На второй этаж и выше они решили подняться, только если не найдут ничего подходящего для перевозки Александра, всё-таки это была их основная задача.
С одной стороны холла тянулись торговые отделы, названия которых обозначались соответствующими табличками и вывесками, исписанными неизвестными буквами на неизвестном языке.
Письмена казались знакомыми, но лишь на первый взгляд. Вот буква, похожая на "О", только с низу идет горизонтальная черта. А вот такая же, только с чертой сверху. Вот что-то вроде перевёрнутой "Ф", совмещенной с "Т", а это не то "Л", не то "А", только с косой чертой…
А ведь расшифровать эти надписи не такая уж и неподъёмная задача, подумал он. Ведь, как минимум, одно слово он точно знает — "дети", он даже запомнил, как выглядели, символы. Да, как звучал язык, без образцов речи понять будет сложно, но в целом расшифровать письменность шансы не плохие.
Впереди было огромное помещение и, похоже, это когда-то был магазин одежды. Ну да, точно! Вон полки с истлевшими от времени шмотками и обувью, а вон ряды вешалок, на которых висели остатки истлевших костюмов и платьев, обрывки которых вместе с покупателями лежали на полу.
Товарищи разошлись по сторонам, но оставались в пределах прямой видимости.
  
Глава 13. Шёпот
 
…И много-много манекенов. Здесь, там, везде. Пожалуй, даже больше, чем следовало, на первый взгляд. Но, вдруг, здесь было так принято, и местные жители любили, когда манекенов много. Или просто не успели их расставить, как следовало, распихать по этажам, по отделам и салонам: завезли, надели на них одежду для демонстрации, а нормально распределить времени не хватило — случилось то, что случилось, и они таки остались стоять там, где этот мир застала катастрофа.