Двойник (СИ)

Были мысли о том, что может я и правда попал в рай под обложкой идеальной Российкой Империи, и вместо того, чтобы наслаждаться, впадаю в паранойю. Но я гнал их подмоченными тряпками. Вот сейчас успокоюсь, передохну, и снова отправлюсь в библиотеку, чтобы перечить всё, что там есть. А потом пойму всё и сопоставлю, и если обнаружу угрозы, незамедлительно начну действовать.
Опомнившись понял, что совершенно не помню из какого дома вышел и как вернуться домой, но ноги сами вывели к знакомому двухэтажному домику.
— И какой мух тебя сегодня укусил? — с улыбкой спросила матушка, которая сидела за столом. Будто я и не уходил никуда. — Ну хоть к обеду поспел.
— Я об одном деле позабыл, — рассеянно улыбнулся я в ответ.
— Знаю я, какие дела у юноши в твоём возрасте, — по-доброму поддела меня Ирина Львовна. — Когда уже свадьбу сыграем? Мариночка — такая хорошая партия.
— Матушка, нам обоим отучиться необходимо, для начала, — нашёлся я с ответом.
— Пока будете ждать, ты уже себе другую найдёшь, так что Марина пускай тоже подумает.
— С чего я должен себе другую найти? — возмутился я. Хотя, возможно владелец тела ловелас, а я и не знаю…
— Как это с чего, ты на себя в зеркало погляди. Мало того, что красавчик, так и на наследника престола похож как брат. А какая у нас семья. Ты очень завидный жених, мальчик мой. В петербург каждый день приезжают красавицы мечтающие найти своего принца.
— Я однолюб, — нахмурился я.
— А я уже внуков хочу увидеть. Когда это было помехой?..
В этот момент в столовую вошла Дуняша.
— Павел Алексеевич, не знала что вы вернулись, — произнесла девушка увидев меня.
Она тут же скрылась, но вернулась через минуту с тарелкой и приборами.
— А папа с нами не будет ужинать? — спросил я, заметив что мама решила продолжить тему свадьбы и охочих до принцев красавиц.
— Он по делам отравился, — махнула рукой мама.
— А Вам Марина Петровна телефонировала, — сказала вдруг горничная. Ирина Львовна тут же навострила уши.
— Да, и что она передала? — поинтересовался я.
— Сказала, что опоздает на выставку, — тут же пояснила девушка.
— Какую выставку? — смутился я.
— Так в императорской картинной галерее, Марина Петровна сказала, что вы сами её пригласили. На немецкого художника. Гимлера… или Гитлера.
— Что? — я едва не подавился. — Гитлер?
— Я не сильна в иностранных фамилиях, — тут же потупилась девушка. — И с искусством не знакома, простите, Павел Алексеевич.
— Ничего, ничего, я просто переволновался. Так, когда, вы говорите, Марина придёт на выставку?
— Так, через сорок минут. Я думала вы уже не вернётесь.
Ох, как же это я. А сколько дел я уже пропустил сегодня?.. Ладно, у меня есть веские причины.
— Так… а как мне быстрее всего добраться до Галереи?..
Без ужина матушка меня не выпустила. Благо до места оказалось не так далеко добираться.
Оставалась один вопрос, как мне найти Марину? Я ведь даже не представляю как она выглядит. Эх, можно было Дуняшу расспросить, а я и не додумался. И пускай это выглядело бы странно.
Я почесал затылок. У входа в здание стояли три девушки. Ну не подходить ведь к каждой. Как назло, ни одна в мою сторону не смотрит. А если подойду не к той, так и до скандала с невестой недалеко.
Ну не стоять ведь здесь до вечера. Я вгляделся в лица девушек, может что-то отзовётся?
Я огляделся по сторонам, а в следующий миг застыл на месте.
Ко мне навстречу шагала моя жена. Настоящая. Из моего мира. С которой я прожил двенадцать лет и нажил двоих детишек. Вот только она была моложе.
В общем, если я не с этой девушкой должен быть на выставке, то мама окажется права и у меня будет новая невеста. В лепёшку разобьюсь, но добьюсь расположения этой красавицы.
— Пашенька, надеюсь ты недолго ждёшь? — услышал я такой родной голос.
В общем, я никогда не был религиозным, и не верил в загробную жизнь, но спасибо. Кто бы там всё это не устроил, но это великолепно.
Я в практически идеальном мире. Моя мама просто золото, у тому же копия моей родной матери. И невеста, точная копия любимой жены.
 
— Совсем нет, моя дорогая, совсем нет — ответил я, а на моём лице была счастливая улыбка.
— Почему ты так улыбаешься? — смутилась Марина и бегло оглядела себя. — Что-то не так?
— Всё хорошо. Теперь всё просто замечательно, — поспешил заверить её я. — Пойдём на выставку.
Я до последнего надеялся что это шутка, но выставка и правда была посвящена лишь одному художнику, по фамилии Гитлер. А когда я увидел в последнем зале фото того самого “художника”, все сомнения отпали.
— Ты знаешь, кто это? — спросил я у Марины тяжело сглотнув.
— Конечно, — невозмутимо ответила девушка, — об этом Гитлере давно уже судачат. Он, быть может, не самый лучший художник, но некоторые работы любопытны. Как поговаривают, у него большие связи среди политиков Германии и России.
— А больше он ничем не прославился? — спросил я ослабив галстук. Мне от чего-то стало жарко.
— Кажется он книгу написал. Но она не возымела большого успеха, — пожала плечиками Марина. — Я немного поинтересовалась о нём. Обрати внимание, он подписывает свои картины как Шикльгрубер. Это его псевдоним, хотя выставка всё равно названа в честь Гитлера.
Ну да… Всё как в моём мире. Девичья фамилия матери Адольфа Алоизиевича — Шикльгрубер.
— Да уж, — потянул я, а про себя подумал: “Художник, так художник. Главное чтобы в политику не лез…”
Похоже, двадцать второго июня можно не бояться.
Если не считать волнительных открытий, вечер с Мариной прошёл чудесно. Я аж молодость вспомнил. Я и не думал, что однажды вновь пойду на свидание с женой.
Мы много смеялись, веселились и гуляли. Признаюсь, я хитрил как мог. Просто вспоминал те шутки, которые когда-то нравились моей Марине. Невеста Павла тоже их оценила и смеялась до слёз. А я радовался от того, как всё идеально складывается.
Я так вдохновился от нашей встречи, что договорился с Мариной и воскресение провести вместе. К счастью, у неё не было никаких дел на завтра. В общем. я твёрдо решил получить максимальное удовольствие от своего попаданчества…
Чувствую, мама как воду глядела, скорее всего, наша свадьба с Мариной не за горами.
После прекрасных выходных, начались учебные будни. Как оказалось, юрист из меня так себе, я понимал едва ли тридцать процентов. Нет что-то, конечно, я знал какие-то общие термины и документы. Но в целом, без юридического базиса, в виде четырёх упущенных лет, мне стало ясно, что экзамены я точно завалю.
Однако на выручку пришёл, близкий друг Павла Дмитрий Родионов. Как оказалось, сам Павел когда-то подтягивал друга по большинству предметов. А теперь ситуация изменилась с точностью наоборот. Я долго выдумывал историю, по какой причине вдруг потерял все знания. Однако это и не потребовалось, друг с большой охотой стал помогать мне готовиться к экзаменам, намечающимся через три недели.
Дмитрий оказался на удивление приятным парнем, и уже через неделю я вполне мог назвать его своим хорошим другом, без скидки на то, что прошлый хозяин тела и так дружил с ним четыре года.
Несколько раз мне виделись тёмные тени, будто преследующие меня, чтозаставляло неуютно ёжится и поскорее убраться подальше от тех мест. Но был ли он, тот преследователь, или мне мерещилось, я так и не узнал. Тот человек, который встретил меня в день моего попадания в этом мире, больше не объявлялся. Наверное, и к лучшему.
Сложнее было привыкнуть к тому, чтобы научиться отзываться на имя Павел, и не оглядываться, когда кто-нибудь произносил имя Александр.
А в целом, мне кажется, что я был вполне счастлив.
Если не считать учёбу, мне многое давалось легко и естественно. Я будто спросонья, постепенно вспоминал то, чего никак не мог помнить. Я быстро привык к тому, что у меня новый дом и искренне ценил родителей. Возможно так было потому, что мама была так похожа на родную матушку из моего старого мира, что впоследствиия и вовсе перестал замечать различия. Просто вёлсебя естественно и это было нормально. Однако и с отцом сложились глубоко уважительные отношения.