Восхождение Примарха (СИ)

Я выключил гида. Нет, магу с искусственным интеллектом не договориться никогда.
«А я бы послушал, — сказал Архос. — Во многих мирах из тех, что мы захватили была Москва. Только не такая красивая».
Я смотрел в окно. Как раз начинались предместья города. Вдалеке то тут, то там виднелись башни различных родов. И чем дальше мы продвигались к центру города, тем выше, красивей и знатней они становились.
Но основные перемены происходили внизу. Когда мы пересекли очередную кольцевую дорогу, поверхность земли скрылась из поля зрения. Вместо неё всё выше и выше громоздились бетонные уровни зданий, переплетающиеся между собой, словно ветви на стволе дерева. Мегаполис напоминал огромный муравейник, в котором беспрестанно суетилась жизнь.
Автомобиль следовал заданным курсом. Мы несколько раз изменили направление движения и высоту полёта. Мне даже стало интересно, когда же, наконец, всё подрастающие снизу этажи заставят нас подняться ещё выше, когда вдруг они исчезли.
Перед нами раскинулся огромный парк, на краю которого мы и приземлились. А в центре этого отвоёванного у прогресса места высилась академия магии, поднимающаяся на пару сотен метров и заканчивающаяся тридцатиметровым шпилем, гордо уставившимся в небо. По сторонам от главного здания расположились корпуса, внутри которых устроили общежития для учащихся. Всё это выглядело величественно и основательно.
Дверца автомобиля открылась.
— Прибыли, ваше сиятельство, — церемонно произнёс водитель и добавил: — Вас сопроводить?
— Нет, спасибо, я сам дойду.
— В таком случае, жду вас на этом самом месте.
Мне хотелось немного побыть одному. В идеале даже без Архоса. Из подсознания всплывали картины, связанные с этим самым местом. Это память Никиты снова проснулась. Вероятно, тут он испытал сильные эмоции, которые она и зафиксировала.
Я ехал на траволаторе к главному зданию, и события месячной давности всё больше и больше всплывали, контрастируя с моими сегодняшними чувствами.
Никита, идя на экзамен по зачислению, чувствовал себя уже обречённым. Он знал, что, скорее всего, провалит его. Что ему мешало пообщаться с отцом и объяснить всё, как на духу, я не знаю. Память сохранила лишь обрывочные воспоминания об этом, основной мотивацией в которых было «я сам». Зато теперь понятно, почему он покатился по наклонной после этого.
У меня же настроение было замечательное. Если не считать Архоса, за мной не было никакого наблюдения впервые за всю мою жизнь. Не то чтобы я совсем был предоставлен самому себе, но всё же свобода опьяняла и дарила чувство эйфории.
Погода и атмосфера осеннего парка весьма содействовали этому. Я глазел по сторонам и практически отключился от реальности. На картину вокруг накладывались фантазии, как я стану крутым магом, научусь самым сильным фишкам аэрахов и начну…
Додумать мне не дали. Что-то совсем недалеко от меня было не так. Неправильно.
Я огляделся и увидел, как несколько мальчишек моего возраста мутузят одного. Он не кричал, не звал на помощь, а лишь злобно рычал, словно пёс.
— Эй, — крикнул я. — Вы что творите?
С этими словами я соскочил с движущегося тротуара и направился к группе молодёжи. Но у той сегодня не было настроения мериться силами с кем-то ещё, кроме невзрачного паренька небольшого роста.
Когда я подошёл, группа из пяти-шести человек уже ретировалась в сторону флигеля, где располагалось общежитие академии. И лишь парень, которого они задирали, остался на месте. Он стоял на четвереньках, низко опустив голову. Сначала я решил, что его избили до такой степени, что он не может встать. Но оказалось всё куда проще. Руками он подслеповато водил под скамейкой, шелестя ворохом опавших листьев.
— Что-то потерял, друг? — поинтересовался я.
Причём, слово «друг» выпало из меня само собой. Я не собирался его произносить, обращаясь к незнакомому человеку.
Парень вздрогнул от неожиданности и посмотрел на меня. Мимо меня. Он ужасно щурился, пытаясь разглядеть того, кто к нему обратился.
— Да вот, очки потерялись, — тяжело дыша, ответил он. — В листве сложно найти.
 
Сразу туча вопросов появилась у меня в голове. Но, прежде чем задать их, я решил помочь человеку.
Я раскидал листву возле лавки, но ничего похожего на очки не нашёл.
«Скорее всего, он не там ищет, — предположил Архос. — Попроси его показать, как всё было».
— Слушай, а ты где был, когда на тебя напали?
— Напали? — как-то странно повторил парень. — Не то чтобы напали, они же всегда так, — он улыбнулся, но вкупе с его слепотой улыбка эта выглядела жалко.
— То есть они не первый раз на тебя нападают?
— Нет, конечно. Это же мои бывшие одноклассники. Только они поступили на основной курс, а я — нет.
— Тебя, что, устраивает такое положение дел? — я искренне удивился такому смирению.
— Не устраивает. Я бы их в землю закопал. Если бы мог, — он тяжело вздохнул.
— Нулевик? — уточнил я.
— Нулевик, — кивнул он.
Подчинившись сиюминутному порыву, я протянул ему руку.
— Никита Державин, нулевик, будем знакомы.
— Олег Чернышёв, — ответил тот и протянул руку навстречу, но в полуметре от моей. Я одной рукой аккуратно взял его за запястье, а другой слегка сжал ладонь.
— А почему ты зрение-то не поправишь, Олег? — спросил я, продолжая ворошить опавшие листья.
— Да, — он отмахнулся, — как-нибудь потом.
И в этом ответе я услышал гораздо больше, чем мне хотелось бы. Для того, чтобы поправить зрение, ему надо было обратиться к кому-нибудь из своих. Но тем до него совершенно не было дела. Ладно, разберёмся. Сейчас надо найти очки.
— Скажи, ты где стоял, когда они на тебя «не напали»?
— Да вот тут, у лавочки, — неуверенно пояснил Чернышёв. — Я пришёл раньше времени, дай, думаю, посижу, почитаю. Там как раз мой любимый писатель новую главу выложил. А тут они, телефон вырвали, очки сняли и выкинули… А я без них почти не вижу.
— С какой стороны подошли?
— От входа, полагаю.
Ну да. Я прикинул примерную траекторию движения парней. Подошёл к лавке. Представил, что подскакиваю к пареньку, выхватываю телефон, бросаю. Снимаю очки… Да, там, где он искал, их и быть не могло.
Я прошёл несколько шагов и сначала наткнулся на тёмный прямоугольник телефона. Подняв, обнаружил, что экран весь в сетке трещин. Не первый раз, видать, достаётся. Очки отыскались в другой стороне, почти у самой дорожки. Стёкла тускло поблёскивали под серым небом, отражая бесконечные тучи, застившие солнце. Пойди кто-нибудь тут, вполне мог бы раздавить.
— Держи, — сказал я, подходя к Олегу и протягивая ему свои находки.
— Спасибо огромное! — ответил тот, цепляя за уши дужки очков. — Буду должен.
Я лишь отмахнулся.
— Если мы собираемся успеть на вступительный экзамен, нам следует поторопиться.
— Да, да, конечно, — Олег кивнул головой, сделал шаг и тут же закусил губу от боли.
— Что случилось? Отбили тебе что-то? — я осмотрел парня со всех сторон, но видимых повреждений не нашёл.
— Нет… Ногу… подвернул, — сквозь зубы процедил он.
Остаток пути до здания он опирался на меня, чтобы снять нагрузку с травмированной ноги, и смешно прыгал на здоровой.
— А о чём читаешь? — решил я поддержать беседу.
— О, это очень интересно. Короче, там такой мир, где нет магии, представляешь? А ещё там нет никаких родов и кланов. И даже отца-императора нет, потому что их всех убили давным-давно. И теперь там разные страны, которые между собою постоянно воюют, вот.
— Ужастики, что ли? — я с подозрением покосился на прыгающего на одной ноге паренька.
— Да нет, — ответил тот. — Скорее, фантастика. Но такая, тёмная.
Мы прибыли на место последними за пять минут до начала. Атмосфера в аудитории царила унылая, вовсе не похожая на ту, что я себе вообразил. Никто не перешёптывался между собой, каждый витал в собственных невесёлых мыслях. Лишь пара человек на задней парте перекидывалась между собой ничего не значащими фразами.