Невеста с огоньком, или Герцог с дымком (СИ)

– Вы узнали это и без моей помощи! – сообщила герцогу, чувствуя, что недоумение разыгрывать поздновато.
Он меня поймал. Выдернул крюком на грубые слова – как рыбку на червяка. А я, эшерская дурочка, с таким аппетитом заглотила наживку!
– Я ждалвас.
– У вас не было… никаких оснований… ожидать в личных покоях жену своего брата.
– Знаю, – выдохнул с горечью. – Но все равно ждал. Я уже упоминал, что глупец.
– Позвольте уточнить, а вы ждали менядоилипослевизита той, другой особы? – пропыхтела яростно, краем глаза отмечая, как бушует в стенных чашах красное пламя.
Видит Варх, еще немного – и контроль я потеряю. И тогда дымком наполнятся не только герцогские брюки.
– Ланта Эллайна, если я вас чем-то обидел…
– Просто покиньте мою спальню. Умоляю, ваша светлость, – протянула я жалобно, сгорая в агонии ревности и стыда.
– Не уйду, пока не разберусь! – гаркнул он так, что пламя в чашах подпрыгнуло и присмирело. – Либо я совсем запутался и, поддавшись бредовым догадкам, выгнал вчера из своей постели вас… Тогда вся эта холодность объяснима. А я еще больший глупец, чем думал.
– Ваша фантазия неуемна!
– Либо не вас. Тогда кого?
– У-у-у-у… – раздавила виски ладонями.
– Ланта Экарте, просто скажите… Всего один ответ… На один вопрос, – он перехватил ладонью мое лицо и настойчиво развернул к себе. – Этой ночью в моей постели были не вы?
– Да вы совсем спятили…
– Тогда кто?
– Я, по-вашему, на сторожевой башне стою и в ваше окошко всю ночь заглядываю? – вскрикнула нервно. – Спросите Леонтина, может, он видел, кого целовал и обнимал владыка Предела…
– Я ее не…
– А выглядело иначе! – пихнула его в плечо, заражаясь бушующим внутри огнем.
– Выходит, на башне вы все-таки стояли. И пост охранный несли! – раздраженно бросил герцог и перешел на угрожающий хрип. – Вы все хорошо разглядели, в отличие от меня, так? И кого увидели?
– Там было темно.
– Эллайна! Да Гракс же вас прибери…
– Хари. В вашей постели была Хари, – прохрипела сбивчиво. – Вы довольны?
– Ясно. Я… догадывался.
– Этот разговор невыносим. И невозможен, – я резко ткнула пальцем в массивную дверь. – Уходите, ваша светлость, прошу. Если мне захочется обсудить с вами дела Предела, я постучусь в дверь вашего кабинета. А других бесед нам с вами вести не нужно.
– На ней было ваше платье. И ваши духи. Зачем вы столь легкомысленно разбрасываетесь своими вещами, ланта Эллайна? – он стиснул мои локти и притянул меня к себе.
– Я сложила платье в корзину для чистки, – я зажмурилась, отказываясь вдыхать дурманящий запах «не того Эквенора». – А парфюмированную воду… Я понадеялась, что какая-нибудь молоденькая прислужница заберет ее себе. И избавит меня от дурных воспоминаний.
– Дурных? – герцога передернуло.
– Этого не должно было случиться. Боги уберегли нас от второй ошибки, сир Нетфорд. Нам и за первую вовек не расплатиться, – прошептала, смаргивая сырость с ресниц. – Умоляю, продолжайте считать это видением, вызванным лихорадкой…
– Значит, все-таки милосердие. Вам стало жалко глупого слепца, – качая головой, протянул герцог и отпустил мои локти. – Я исполню ваше желание, ланта Экарте. И я благодарен лихорадке… за то видение.
***
Нетфорд
Он уверенно шел по замку, мысленно забирая себе все счета, которые боги могли выставить его маленькой жемчужине. За его ошибку. Нет, нет, расплачиваться только Нетфорду. И никому больше.
Хотя был еще один человек, забывший расплатиться…
В приспущенном с плеча бордовом халате Хари бродила по закуткам внутреннего двора. Срывала алые бутоны с кустов, лениво вплетала в распустившиеся косы. В зимнем саду было жарко, как в напаренной купальне, и шелковый поясок волочился за Хари по дорожкам.
– Я подумала, раз южанке можно гулять по замку в сорочке, то чем я хуже? – она обернулась на звук его шагов.
– Хари, какого гхарра?
– Извинений не жди.
– Я удовлетворюсь объяснениями.
– Мы, аскарки, привыкли бороться за то, что дорого, – съежившись под его недобрым взглядом, она изволила запахнуться и затянуть пояс.
 
Нэд придирчиво оглядел эту граксову «аскарку». Вся дикость из нее давно выветрилась – Кетрисс хорошо поработала над манерами воспитанницы, взятой в Ташер еще девочкой. Хари почти вписалась в окружающий пейзаж, хоть и продолжала гордиться корнями.
Как по мнению Нетфорда, аскары были самым беспокойным народом предгорья. Склочным, надменным, свободолюбивым. Был случай, они не пустили жителей крепости на свои земли, когда изнанка просочилась и пришлось уходить. То было раньше, во времена, которых ни Хари, ни Нетфорд не застали… Но отец всегда плевался, заслышав о вольных аскарах, вновь напавших на склады с припасами.
Никогда раньше Хари не предлагала Нэду себя. У нее хватало гордости и ума не лезть в эту петлю – старший герцог был связан помолвкой с Южным пределом. А воспитанница леди Кет не стала бы довольствоваться ролью любовницы-однодневки – из тех, с кем молодые мужи набираются опыта, а затем забывают, как легкий приятный сон.
Что-то должно было случиться, надорваться внутри, чтобы Хари на это пошла.
– За что же боролась ты, залезая в мою постель? – нахмурился недоуменно.
– За твою волю к жизни, Нэд! Я видела тухнущий огонь. Чувствовала, что ты бросил борьбу…
– И решила воспользоваться моей слабостью?
– Решила дать тебе то, что поставило бы тебя на ноги, – она заправила за ухо еще один алый цветок, пышный, яркий. – Ты хотел эту златовласую южанку. Я дала ее тебе.
– Я пока еще способен отличить фальшивку от настоящего!
– Да ну? Скажи это своей почившей жене, – Хари пошла дальше, и Нэд вынужденно потопал следом. – Мужчины порой еще более слепы, чем новорожденные гхарры.
От аскарки до сих пор тянулся тонкий шлейф нимфейры и ягод, и Нетфорд невольно зашевелил ноздрями, пытаясь его уловить.
Кроме аромата у Хари и Эллайны не было ничего похожего. Нынешняя его собеседница плыла по дорожкам свободно и бесстыдно, не собираясь краснеть в тон своим цветкам. Эль бы давно покрылась алыми пятнами от смущения и убежала бы за выпрыгнувшим в панике сердцем.
Хари вся была слегка распущенная – от нрава до халата и волос, затейливо переплетенных, буйных, глянцевых. Всякий воин в отряде, кроме разве что старика Браксаарда, сходил по аскарке с ума. Но она никому не давалась надолго: любила свободу и ненавидела клетки.
– Меня не тяготит долг ни перед мужем, ни перед Пределом, – напомнила она, не оборачиваясь. – Нет, Нетфорд, я не ощущаю вину перед тобой. В конце концов, это тебе стоит ее ощущать. Это ты желаешьчужуюженщину.
– Хари…
– И совсем не желаешь ту, что готова быть твоей. Пусть даже надев чужое платье и капнув на тело чужих духов… Поверь, ты встретишь мало гордых аскарок, готовых терпеть такое унижение.
– Ты его тоже терпеть не готова, – он резко подошел, остановил ее. Ухватил за подбородок и заглянул в сверкающие темные глаза.
– А может, готова? Может, жизнь в крепости научила мою вольную натуру смирению?
– Я уже однажды убил девушку, решившую притвориться другой. Случайно, – прошипел Нэд, сжимая пальцы на смуглых щеках. – Поверь, Хари, во второй раз это будет уже не случайность.
– Эллайна не будет твоей. Никогда не будет. Оставь своему брату то, что принадлежит ему по закону, – девушка нахмурила смоляные брови, двумя ровными дугами расходившиеся к вискам. – Храмовник связал ее с Эйданом, и лишь ему она подарит наследника. Истинного Эквенора с правом на родовую магию. Не бастарда вроде черноглазого исчадия в домике за конюшней.
– Замолчи, Хари. Я предупреждаю. Это очень, очень тонкий лед…
– Меня тебе не запугать, мы слишком давно знакомы и не один меч сломали на том пустыре. Я насквозь вижу твою израненную душу, твою слабость, от которой подкашиваются колени. В последний раз предлагаю… я могу тебя подхватить. Предотвратить падение.