Невеста с огоньком, или Герцог с дымком (СИ)

Герцог скрутил мои пальцы так, как будто те набрали щепотку специй и боялись уронить. Развернул к манекену и осторожно скинул искорки в направлении деревянного страдальца. Воздух подхватил их, раздул в аккуратное пламя… и медленно опустил прямо на лысую макушку.
– Как вам удалось? Как вы это… Да как?! – я резко развернулась, рассыпав остатки искр по снегу.
Это ведь мой огонь. Моя стихия. Как так вышло, что обледенелый ташерец управляется с ней лучше потомственной южанки?
– Забыли? Вы сами дали мне доступ к своему огню, – хмуро напомнил Нетфорд, и щеки обожгло стыдом.
Верно, дала. И к огню, и к телу, и… даже в мысли он пробираться начал. Невыносимо!
– Теперь сами, – герцог демонстративно натянул перчатку, намекая, что больше помогать не станет. – Сопряженные стихии легче контролировать. Попробуйте достучаться до своего огня через мой воздух. Вы ведь чувствуете его внутри?
Пронзительный серый взгляд заставил на секунду оцепенеть. Я нервно кивнула: да, чувствую. Его ветер вот уже который день пытался все мои внутренности перевернуть.
– Воздух более покладистый, им проще управлять.
– Я заметила, – фыркнула насмешливо. – Этот ваш ураган несколько своенравный… и буйный… и вообще…
И я не забыла, как северный ветер вжимал меня в алтарный камень. Как стегал покрывало, стремясь разорвать кружева на ленты.
– Любая магия требует приручения…
Я отвернулась к чаше в надежде скрыть алеющие щеки. Видела бы меня Пилар, весь полушубок бы агонитами расшила!
Чужой воздух игриво щекотал меня изнутри, и ему было совершенно начихать, что я об этом думаю. Если я не могла договориться с собственным даром, что уж о герцогском говорить?
Помахав руками над глиняным горшком и для приличия немножко поохаав, я обернулась к Нетфорду. Не могу! У моего огня есть всего две стадии. То он прячется в закутках под ребрами, не желая выдать и захудалой искры. То сметает все бесконтрольной огненной волной, выжигая до черноты.
– Вы научитесь, – сдержанно вымолвил северянин. – У меня тоже не с первого раза получилось… И даже не с десятого.
Он угрюмо кивнул на покосившийся старый сарай на том конце тренировочного поля. Трухлявые столбы когда-то давно пригнуло почти вровень к земле, и никто до сих пор не придал им вертикальное положение. Мощь потока, это все бедствие натворившего, впечатляла. При должном усердии герцог и Мертвый лес мог согнуть в дугу.
На лоб лениво падали снежинки, нос щекотало непривычным холодом, и я еле сдерживала желание расчихаться. Щеки обжигало морозом. Я растерла ладони, пытаясь согреться, стряхнула с рукавов заплутавшие огоньки.
Ветерок отнес их в чашу, раздул в ней небольшое рыжее пламя. Я придвинулась к источнику тепла и выставила покрасневшие пальцы вперед.
Айк вдруг нервно стукнул копытом, заржал, впуская в сердце тревогу. Я обернулась, скинула капюшон, вгляделась в сгущающиеся сумерки. Что стряслось?
В узкой щели между двух домов мелькнул силуэт, замотанный в длинный темно-синий плащ. Это была женщина.
Варх знает, как она оказалась на заснеженном пустыре, как забрела на окраину крепости… Но она точно только что стояла в проеме и наблюдала за нами! А теперь упрямо прокладывала себе путь по темной улице, которой не досталось света от фонарей.
  
Глава 15
 
Добиралась я на Айке в гордом одиночестве, благо, конь прекрасно знал дорогу к замку. Игнорируя возмущенное фырканье, сир Нетфорд доверил мне своего жеребца, а сам остался на пустыре под предлогом «выпускания пара». Хотя, видит Гракс, в такую холодину пар выпускался сам по себе – из ноздрей, рта и даже ушей.
Синий силуэт мне не встретился. Я вернула Айка сонному конюху, бросила тоскливый взгляд на черные окна домика Талии… и понуро поплелась в свои супружеские покои. Обмороженные конечности требовали горячей ванны, а голова – кубиков льда для охлаждения глупых мыслей. Но ни тому, ни другому не суждено было сбыться.
– Леди Эквенор, – чинно сгорбился целитель, дожидавшийся аккурат под дверью спальни.
 
– Сир Эверхар? Что-то с Эйданом? – я нервно сглотнула и распахнула жаркий полушубок.
– Н-нет… С младшим герцогом все в порядке. Он стремительно возвращает себе силы, – лысый мужчина, больше походивший на жреца, чем на лекаря, качнулся на пятках. – Мне велено провести… неб-большую магическую диагностику… и осмотр…
Что-то подсказывало, что на этот раз я не ослышалась. И он имеет в виду именно осмотр, а не смотр.
– Это не больно и не неловко, юная ланта, – Эверхар упрямо надвигался на меня, заставляя войти в покои. – И краснота на щеках совершенно лишняя… Все жены Севера после ритуальной ночи в Погибшем саду проходят подобное.
Я нервно озиралась, но в коридоре не было ни единой души, что могла бы защитить перепуганную южанку от неприятной процедуры.
– Кто? Кто просил меня проверить? – засопела сердито. – Сир Эйдан? Или леди Кетрисс?
Голову разрывало сомнениями: этот осмотр – он зачем? Чтобы отпустить? Или чтобы привязать?
– Их светлость просили… – уклончиво выдал мужчина.
Когда я явилась к Эквенорскому двору, никому и в голову не пришло, что невесте с Юга нужны какие-то диагностики. Им вполне хватило проверки артефактом, уверявшим, что у меня сильный дар.
– Принесла, – в коридоре показалась пожилая Фенора с тазиком воды и стопкой чистых полотенец. – Что-то еще, сир Эверхар?
– Побудьте внутри, ла-а-ланта немного н-нервничает, – слегка заикаясь, вздохнул целитель. – Сн-нимите верхнее… и ложитесь на к-кровать, леди Эквенор. Прошу.
Обиженно оттопырив губу, я стянула с себя полушубок и сапожки, кинула на пол промокшие от снега перчатки.
– Ланта Эллайна, мне побыть с вами? Или подождать снаружи? – уточнила Фенора, повидавшая на своем веку решительно все.
Морщинки, испещрившие лицо старой прислужницы, растягивались в выражении степенном, благодушном. И это ее спокойствие невольно передавалось мне.
– Останьтесь, – голос дрогнул, выдавая форменную трусиху.
Целительские штучки никогда не входили в число моих любимых занятий. А конкретно эта процедура заранее попахивала унижением – стоило только взглянуть на тазик и полотенца.
– К-как же вы планируете Предел наследником одарять, если от одного осмотра т-трясетесь? – запинаясь, сетовал Эверхар, пока я послушно укладывалась на подушки.
Заглотив побольше воздуха, я зажмурилась и ничего лекарю не ответила. Наследник для Предела был последним, что меня сейчас беспокоило. Потоки колючей целительской магии шершавыми змеями коснулись моих колен и забрались под юбку. И ощущения эти были из числа… максимально сомнительных!
– Тише, юная ланта, – на лоб легла морщинистая рука. – Таковы традиции Ташера.
– Эти мне ваши бесконечные традиции, одна другой противоречащие… – прохрипела я брезгливо, ерзая задом по постели.
Лежать спокойно не было никакой воли! Наконец юркие змейки перестали по мне ползать и вернулись к хозяину.
– Маленькой жизни в вас пока нет, – с удовлетворением отметил сир Эверхар.
Улыбнулся мне добродушно, словно это было новостью в высшей степени радостной. И ополоснул руки в медном тазике.
– Ах, вот оно что… – я поднялась на локтях и скривилась.
– Однако вы полностью здоровы и можете подарить сиру Эйдану прекрасное потомство.
– Я не племенная самка гхарра, – угрюмо отвернулась к окну.
Догадалась я, которая «светлость» требовала осмотра!
Эйдану, похоже, спать спокойно не давала мысль, что Нетфорд оставил в его жене не только свой непокорный ветер… И младший герцог ждал первого дня, когда это можно будет проверить наверняка.
– Вы правы, дитя, – целитель бросил задумчивый взгляд на ворота, утопающие в седых сумерках. – Самка гхарра может убежать.
Сир Эверхар тщательно вытирал руки чистым полотенцем, а внутри меня бился протест. Никогда не думала, что настанет день, когда я начну завидовать свободной судьбе винторогой гхарры!