Невеста с огоньком, или Герцог с дымком (СИ)

Приоткрыв рот, я так и стояла, вцепившись взглядом в гордого ташерца. Вроде и понимала слова, но никак не улавливала суть: что он от меня хочет?
– Я должен был еще вчера передать украшения Эйдану, – поморщился герцог, гуляя напряженным взглядом по моим светло-рыжим косам, уложенным огненной диадемой. – Или…
– Или леди Кетрисс, или Хари, или кому угодно, но не приходить сегодня утром в опочивальню невесты! – сурово отчитала его прислужница и замахала старческими руками. – Идите, идите, ваша светлость, пока боги нас всех не покарали!
– Фенора, прекратите! – он раздраженно дернул плечом и порылся в шкатулке. – Я сам решу, когда и куда мне идти. Что вам нравится, ланта Эллайна? – придвинул ко мне сияющий короб. – Возьмите сейчас, остальное я отнесу в хранилище Эйдана.
– Я не… не могу, – сглотнула я, с резким хлопком закрывая крышку.
– Это от какой же граксовой милости? – уточнил герцог, сжимая челюсть.
– Украшения принадлежаливашейматери ивашейжене. Траур окончится, и вы найдете им новую хозяйку, – прошептала с мольбой.
Не нужно унижать меня чужими вещами в и без того эмоционально тяжелый день!
– Ясно, – профыркал герцог и вновь открыл крышку. – Мать у нас с Эйданом была одна, хоть со стороны и не скажешь. Вот… эти будут хороши.
Он достал серьги – две крупные капли льда, застывшие на длинных цепочках, – и требовательно сунул мне в пальцы. Дрожащими руками я вдела украшения в уши и нашла в зеркале его строгий взгляд.
С вызовом поджала губы: ну что, теперь я достойна стать невестой Севера? Или снова что-то не так? Я в любой миг готова вернуться в свой жаркий юг, если чем-то не устраиваю местных богов!
– Странно. Вы не похожи ни на южанку, ни на северянку, – проворчал Нетфорд, пока я покрывалась морозной корочкой от его леденящей ауры. – Впрочем, неважно: ваш огонь внутри. Надеюсь, вы нам его продемонстрируете в Великую ночь.
Я дернулась так резко, что кристаллы, усыпавшие подол, залились звоном. Леди Кетрисс сказала, что никто не будет смотреть, кроме звезд и богов. И лично сиру Нетфорду я ничего демонстрировать не планировала.
– Вот теперь вы больше южанка, – сообщил он, прикрывая рот кулаком.
Дварфова пропасть! Легкий румянец сменился ужасающе красными пятнами на обеих щеках.
– Ночь не сегодня… – промычала я в закушенные губы.
– Не сегодня, – «успокоил» герцог, разыскивая что-то в моих широко распахнутых глазах. – Об этом было бы известно на рассвете. У Звездносвода нет расписания… Но ночь будет, не сомневайтесь. Я бы на вашем месте к ней уже готовился.
Сир Нетфорд покинул спальню, и Пилар быстро приложила к моим щекам обжигающе ледяную губку.
– Леди Эль, если бы я знала, что вы такой красной будете, мы бы пришивали агониты…
Фух… Уфф… Я пыталась дышать в тугом корсаже, опираясь на столик с забытой шкатулкой. Серьги непривычно тянули уши, в глазах рябило от сияния на подоле.
Что он имел в виду? Как готовиться? Примерить еще с десяток сорочек, протоптать дорожку к садовому алтарю? Почитать на досуге неприличную литературу, чтобы соответствовать вкусам искушенного жениха?
Ночь будет. Ну… будет и будет. Эйдан красив и умел, это ли не плюс? Его опыта хватит на нас двоих. А пока мне нужно пережить бесконечно длинное утро.
Древняя прислужница ворчала, возвращая капюшон на мою макушку и закрепляя невидимыми шпильками.
– Где такое видано, чтобы мужчина входил к невесте? – неразборчиво бубнила она с пятью заколками во рту. – Этой традиции тысяча лет, она живет с начала Звездносвода!
– Да бросьте, Фенора, стоит ли так убиваться? – закатывала глаза молоденькая Пилар.
– Первым из мужчин в день церемонии невеста должна увидеть будущего мужа, – упрямо трясла кулаком старушка. – Не его брата! Ох, граксова напасть… Видят небеса, теперь обязательно что-то пойдет не так. Традиции не гхарром линялым придуманы!
***
Когда я доволокла неподъемный подол к выходу из замка, выяснилась еще одна традиция. «Не гхарром придуманная».
Их в ташерских закромах много было, на каждый случай по десять штук. Порой они противоречили друг другу, но были одинаково важны и обязательны к исполнению.
 
– В Ледяной храм южанам вход запрещен, – сообщил встречавший меня пожилой воин с рыжиной на седине. Советник и верный спутник сира Нетфорда.
– Разве меня там не ждут? – я невинно похлопала ресницами под белым капюшоном.
– Вы там самая желанная гостья, ланта Экарте.
– Так пойдемте, Браксаард, – попросила я устало.
Поняла наконец, зачем на подоле столько прозрачных камней, что на увесистый булыжник наберется. Они надежно предотвращали побег невесты. В платье я могла передвигаться очень плавно, медленно и вальяжно. Желательно, ползком.
– Вас не впустят.
Захотелось нервно потребовать, чтобы по такому случаю меня немедленно вернули в графство Экарте. С некоторых пор северянам хорошо знакомое.
– Южанке ступать на святую ташерскую землю нельзя, – объяснял старый вояка, уводя меня к конюшням, в которых топтались и фыркали красивые жеребцы их светлостей. – Ее обязан ввезти туда конь благородного северянина. И снять с седла тоже должен благородный северянин. Проще говоря – Эквенор.
– Да как же вы себе это представляете? – я прикусила губу, оглядывая бесконечный шлейф, расшитый хрусталиками.
– Лиру не впервой нарядных девушек возить, не беспокойтесь, – Браксаард махнул пожилому конюху, и тот за поводья подвел ко мне красавца светлой масти.
– Это конь Эйдана? – угадала по голубым льдинкам добродушных глаз в опушке снежно-белых ресниц.
– Забирайтесь, ланта, – к нам подошел Леонтин. Он поправил серебристую попону, расшитую голубыми каменьями, и подал мне руку. – Я подстрахую.
Страховка понадобилась через пару секунд: Лир, привыкший возить каких-то иных девушек, меня запускать в седло отказывался. Мгновение – и я во всем своем сияющем великолепии завалилась Леонтину в загребущие лапы.
– Варх побери! – выдала я не самое пристойное, опускаясь на пол. – Эй, дружок, ты чего?
Погладила жемчужную гриву, заплетенную в такие же косички, как у меня. Конь опасно клацнул зубами рядом с пальцами, и я торопливо отдернула руку.
– Благодарите сира Нетфорда, что он приказал нам заменить тех тщедушных девиц, что дожидались у входа…
– Каких еще девиц?
Я предприняла очередную попытку запрыгнуть на Лира и не слететь вниз. Но приземлилась снова в руки молодого ташерца.
– Которым предстояло проводить вас до конюшни и ознакомить с традицией, – заржал Леонтин, как вархов жеребец. – Если бы все верили в приметы, вы бы ни одного мужчины в герцогстве не встретили, ланта Эллайна.
– Помогли Ташеру его суеверия? – фыркнул старый вояка. – В прошлую свадьбу тут не было ни души. Жених увидел невесту впервые у алтаря, и ту – укрытую капюшоном…
Северяне траурно умолкли, по конюшне разнеслось возмущенное фырканье. Словно конь Эйдана, как и его хозяин, желал чего-то другого. И был весьма переменчив в своей любви и нелюбви.
– Церемония задерживается из-за нас, – вздохнул Браксаард спустя еще пять попыток.
Лир скидывал меня то влево, то вправо. Гладкая юбка скользила по дамскому седлу, украшенному дивной ковкой и хрустальной инкрустацией. Прическа под капюшоном совсем разлохматилась, рыжие вихры закурчавились у самых глаз.
– Обычно он спокойный, – развел руками конюх. – Добродушный, общительный. Но сегодня точно по изнанке прогулялся!
– Эдак мы до зимы возиться будем, – Леонтин снова закинул сползшую попону на Лира и зафиксировал седло надежнее.
– Граксова напасть, да не в первый раз на нем дамочка сидит! – конюх осел на полупустой мешок. – Лир покладистый и галантный жеребец…
Ага, этот «галантный Лир» чуть не оттяпал мне ладонь, протянутую в попытке подружиться.
– Словно подменили гаденыша! – проворчал Браксаард и поманил пальцем молодого вояку.
Нашептавшись всласть, они быстро стащили с Лира серебристую попону и перекинули ее на черного коня, нервно топтавшегося в главном герцогском стойле. Следом установили и седло.