Чужие сны (СИ)
- Ты принимаешь его?
- Я его пока не слышал. Лишь общую концепцию. Она мне нравится. Излагай частности.
Антон усмехнулся. Он сам привык вести в разговоре. Но умел и подчиняться.
- Вы уходите домой. Я вам не мешаю, даже помогу.
- Чем поможешь?
- Подключу к контуру раковину. Она даст нужную мощность без проблем. Тебе не придется жечь своих.
- Очень хорошо, - кивнул Влад. Черты его лица снова обрели привычную жесткость, - что дальше?
- Вы оставляете этот мир нам. Вишу. Мы сохраним в нем свою память.
- Мы должны будем придти снова, - сказал Влад.
- Приходите. Вишу встретят ясаков как друзей.
Влад опустил голову. Качнулся с носков на пятки.
- Это выглядит как самое честное предложение мира, - признал он.
- Никто не требует решения немедленно, - Бакшаров вскинул светлые глаза. Настала его очередь вести, - время еще есть. Заключим сейчас договор о намерениях. Пока этого будет вполне достаточно, - с этими словами он на мгновение сунул руку за спину, и вынул оттуда... зеленую веточку оливы. И - протянул Владу Осорину.
Самые настоящие листочки растения зябко трепетали на январском ветру.
- Ну, ты даешь! - с удивленной улыбкой Влад протянул руку к нежной ветке.
- Не трогай! - девушка, которую Влад привез с собой, впервые подала голос. И сразу приковала внимание всех троих. Осорин немедленно убрал руку и отступил назад. И лишь потом поинтересовался:
- Почему?
- Он врет. Это ловушка.
- Почему? - повторил Влад. На девушку он не смотрел. Его темные глаза буравили Бакшарова.
- Оливковая ветвь - это человеческий символ мира. Вишу он ни к чему не обязывает. Бакшаров делает предложение от имени того, кто ничего не решает, понимаешь? За рулем сидит другой. А тебе протягивает руку пассажир.
Влад двинул плечами, словно только сейчас почувствовал холод.
- Не факт, - произнес он, - Антон сильный человек. Он может справиться с программой.
- Нет! - почти выкрикнула девушка, - ты посмотри, как он ее держит!
Антон выругался, бросил ветку, торопливо сдернул перчатку и кинул туда же. Полыхнуло голубым огнем и на месте сугроба образовалось небольшое озеро.
- Так, значит, - Влад обвел пристальным взглядом Антона, Чернова, дымки от костров за их спиной, - Хочешь мира? Ну, значит, готовься к войне... Звероящер.
Осорин помог своей спутнице забраться в машину, при этом его спина, демонстративно повернутая к врагам, выражала презрение. После этого он сел за руль, и, не прибегая, на этот раз, к спецэффектам, выехал за периметр.
Чернов долго провожал глазами черный джип, словно ждал, что он опять отмочит что-нибудь этакое. Но, видно, у Осорина кураж пропал.
- Понимаешь, Макс, пепилац без гравицапы не летает, - пояснил Антон. И длинно сплюнул в снег, - видал блондиночку?
- Она не натуральная блондинка, - возразил Чернов.
- Точно, - кивнул Антон, - слишком умная.
От города мы отъехали километра три, не больше. Все это время Влад не проронил ни слова, смотрел на дорогу, ехал, словно по сырым яйцам, и от него просто волнами шел... даже не гнев, а боль, наверное. Такое ощущение, что ему было физически больно. Словно его ударили.
Едва последние постройки остались позади, он решительно свернул на обочину, затормозил и рванул молнию "Аляски".
- Ты то хоть понимаешь, что он не врал? Он просто не справился. Но он не врал.
- Понимаю, - кивнула я, - и то, что тебе, в общем, ничего не грозило, я тоже понимаю. Я не сдержалась. И открылась. Теперь Звероящер все про меня знает.
- Ну и мамонты с ним, - сказал Влад уже своим обычным голосом, - Он много чего знает. А не знает еще больше.
Осорин достал мобильник, взглянул на него мельком и кинул на торпедо.
- Времени у нас море, - сообщил он неизвестно кому, возможно, самому себе, - куча времени. Знаешь, мне не часто женщины жизнь спасают...
Он повернулся, и от его пристального взгляда меня вдруг окатило какой-то странной, предпраздничной тревогой.
- Я не люблю быть в долгу. Но быть в долгу перед тобой мне... приятно, - Влад взял меня за руку, перевернул и поцеловал ладонь. И еще раз, запястье. Поцелуи - как легкая щекотка. И одновременно - как электрический разряд.
- Не делай этого, - сказала я.
- Почему?
- Потому что Лена - моя сестра.
Влад помотал головой:
- То, чего она не знает, ей не повредит.
- Мне это не нравится, - сказала я.
- Хорошо, поставим вопрос по-другому. Ты сейчас можешь оказать активное сопротивление? - Осорин спрашивал с серьезной миной, а глаза смеялись.
- Знаешь, возможно, и смогу.
- Но ты же не станешь рисковать той жизнью, которую только что спасла?
Он прикоснулся к крючку на моем полушубке. Только прикоснулся. Тот щелкнул и открылся. Сам собой.
- Говорят, то, что происходит на узкой грани между жизнью и смертью, не считается, - тихо сказал Влад, - потому что люди сами не знают, что творят. Но есть и другая точка зрения. Что только то, что происходит на этой грани, только оно и имеет значение. Ты как думаешь?
Интересно, он что, всерьез считал, что я еще могу думать? Могла бы, так вырвала бы ключ зажигания и выбросила в окно, подальше в снег. Небось, полазали бы вдвоем по сугробам, так быстро остыли бы.
Но видно кому-то на небесах все, что происходило в черном джипе на обочине дороги, не слишком понравилось. Подал голос мобильник Влада. А через мгновение - и мой. Звонки прозвучали хором и тут же оборвались.
- Номер не определился, - сказал Осорин, в ответ на мой вопросительный взгляд, - у тебя то же?
- Значит, это не кто-то на небесах, а кто-то на земле, - подытожила я, - вопрос - кто?
- Думаю, даже не вопрос, - Влад тряхнул головой, - Ну что за жизнь?! Только соберешься соблазнить красивую девушку и - труба зовет. Можно подумать, мы под созвездием Феникса не навоюемся.
- Тебя домой не тянет? - вдруг осенило меня.
Влад пожал плечами. Недавнее наваждение, или как это можно назвать, схлынуло. Рядом со мной был хороший друг. Такой, как тогда, на берегу реки, в самом начале нашего знакомства.
- Я родился здесь. Всю свою жизнь здесь прожил. Элька бредит возвращением, Олег - верный сын Крес, Храшу сила нужна, Алик видит во сне другие звезды... Алка - та просто домой хотела. А я здесь дома.
- А ничего, что здесь, лет через пятьдесят, ты просто умрешь? От старости? - поинтересовалась я.
- Таня, во время перехода князь Ясы жжет своих подданных, как батарейки. По очереди. Как ты думаешь, если бы я боялся смерти, я смог бы приказать тому же Храшу: вперед, твоя очередь умирать?
- Наверное, приказать бы мог. Чего ж не приказать. Но сомневаюсь, что кто-нибудь подчинился.
- Ладно. Перерыв на чай закончен, - Влад снял машину с ручника и потянулся к переключателю скорости, - Прости меня.
- За что? За то, что пытался соблазнить? Или что не довел дело до конца?
- Тебе виднее, - "Навигатор" выполз на дорогу, - Элька молодец, все-таки. Чутье у нее - мне б такое.
- Думаешь, это она? - испугалась я, - она звонила?
- Сила всегда оставляет след. Неужели я руку собственной жены не узнаю? - усмехнулся Влад.
- А у тебя неприятностей не будет?
- Будут, конечно, - убежденно кивнул Осорин, - ничего, прорвемся. Она меня знает, как облупленного. Еще когда замуж выходила - знала. Видели глазки, что покупали, теперь кушайте, хоть повылазьте. А тебя она просто берегла.
- Почему Денис скупает битые машины? - спросила я еще раз, на всякий случай.
- Потому что они дешевле целых, - исчерпывающе ответил Осорин. Подмигнул мне и притопил педаль газа так, что елки по обочине слились в одну сплошную ленту.
Темноглазая девушка в короткой, чуть ниже пояса, шубке, без шапки, в мини-юбке и капроновых колготках пробиралась по снегу к мужчинам, стоявшим возле времянки. Губы ее, накрашенные модной, почти белой перламутровой помадой странно выделялись на остром лице, почти посиневшем от холода.