Борьба за Мальвию (СИ)

— Давай — давай, не бойся. — поторопил его отец.
Юноша нанес слабый рубящий удар в сторону отца, с удивлением осознав, что его удар отскочил от вспыхнувшей в момент удара, защитной пленки магического барьера. Защита остановила клинок на расстоянии ладони от тела старшего Лоттерна.
— Это и есть проявление тех самых знаков, о которых я говорил. — поведал Брэндон впечатленным юношам. — Владеющий Даром, формирует знак, и наполняет его своей внутренней силой, после чего магия воплощается в нашем мире. — объяснил он. — Моя задача научить вас тому, как почувствовать свой внутренний источник и научиться формировать знак, наполнив его магией.
Внутри каждого из вас есть внутренний источник вашего Дара, у всех он разного объема. Чем больше этот объем, тем, соответственно, сильнее одаренный. Со временем источник укрепляется и даже немного растет, но совсем не сильно. Невозможность нынешних одаренных развивать свои источники многие и считают одной из причин упадка магического искусства.
— А каким образом формируется знак? — с любопытством спросил Каллен.
— Тут, в целом, ничего сложного, нужно отчетливо представить тот знак, который хочешь использовать и наполнить его силой Дара. — ответил отец. — Дело в том, что у каждых этих знаков, по сути, свои собственные. Какая-то часть сходится у большинства, какие-то разные. Я вот, чтобы сформировать защитное заклинание, формирую символ щита, мне так легче выстроить связь. — поведал старший Лоттерн. — С давних времен, по факту, искусство магии выродилось в нечто прикладное: поставить щит, метнуть молнию, бросить огненный шар, создать светлячок и так далее. — рассказывал Брэндон, попутно сформировав еще один знак и в воздухе застыл небольшой сгусток яркого света. — Я не смогу построить замок с помощью магии, как это, наверняка, могли и делали древние маги. Не могу представить, что это за символ должен быть, чтобы провернуть такое. И даже если бы я знал, моих собственных сил будет явно недостаточно, даже если взять сотню таких как я, этого точно бы не хватило. Притом, что мой Дар считается крайне мощным, как и Дар нашего короля, в роду которого рождались крайне могущественные одаренные, между прочим. — сказал Брэндон, взглянув на принца, который с открытым ртом внимал каждому его слову.
— Кто же обучил тебя и короля использовать Дар? — спросил Каллен. — И почему Орден позволил королевской семье с магическим Даром править в Мальвии? — чуть смутившись, Каллен покосился на принца. — Ведь одно из правил Ордена, это невмешательство в политику государства, а также не позволять людям с Даром править страной.
— Королевская семья долгие годы скрывала факт того, что в их роду периодически рождаются сильные одаренные. Король Сагайл изменил это восемнадцать лет назад, встретившись с верхушкой орденцев и договорившись о том, что отныне Орден будет обучать наследников королевского рода. Это была неплохая попытка установить доверительные отношения с Орденом. Король хотел показать, что их род не ведет тайных игр и готов на открытое сотрудничество с Орденом в рамках процветания королевства. На удивление, Орден лояльно отнесся к данному факту и даже согласился со временем выдвинуть наставника для обучения принца Эддрика. В конце концов королевская семья не относится к Ордену и их правила, являются правилами, действующими в рамках Ордена, направленные на сдерживание и контроль самих членов Ордена. — ответил Брэндон. — Что же касается того, кто обучил нас с королем Сагайлом, это был сам предыдущий король Баллидан.
— Получается, у дедушки тоже был Дар? — спросил Эддрик.
— Нет, у Баллидана не было Дара, но у него были знания, которые остались от предыдущих членов королевской семьи. — поведал принцу Брэндон. — Из-за этого наше обучение было опаснее и труднее чем обычно, но, к счастью, увенчалось успехом.
— А не проще было бы продолжать скрывать тот факт, что королевская семья владеет Даром? — осторожно спросил Каллен у отца.
— Возможно, но королевская семья долгие годы справедливо правила страной. А это был хороший шаг для укрепления отношений между Орденов и королем. Будущие короли были бы благодарны и привязаны к Ордену, разделяя и принимая их миссию в нашем государстве. Сами бы венценосцы, если бы родились с Даром, были бы тщательным образом обучены. И, в конце концов, это сработало. Орден согласился и был готов помочь, но этот безумец, Мордек... — желваки на скулах старшего Лоттерна яростно задвигались. — Этот фанатик умудрился совершить переворот в Ордене и все пошло прахом.
 
— Да больной он ублюдок, вот и все дела. — раздался голос Лаки. — Я слышал, что он вырезал целые семьи, прикрываясь очищением от тьмы и скверны. В основном это были обычные люди из простонародья, как я. Просто кому-то не повезло родиться с темным Даром, вот и все. — проворчал Лаки. — Благородных то этот фанатик не трогал, боялся последствий.
— Темный Дар... — осторожно начал Каллен — Чем он отличается от светлого?
— Да ничем! — буркнул Лаки. — Ежели тебе меч в руку дать, ты им можешь как убивать и грабить, так и защищать невинных людей. Что от этого меч плохим становится или хорошим? Нет, я вот так не думаю. Все зависит от того, кто этот меч в руках держит вот и все. — Продолжил мысль герой. — Эти чудаки из Ордена совсем поехали головой из-за какого-то древнего мага, у которого башка поехала, вот и косят всех, у кого темный Дар пробуждается. Они считают, что темный Дар, есть суть уничтожение и разрушение всего и всея. — продолжал негодовать Лаки. — Да нынешние одаренные, даже с темным Даром, не могут того, что могли древние. С этими символами и знаками они ничем от других то и не отличаются. Им бы только, контролировать себя.... Да и все, вот. — закончил свою отповедь герой.
— Я согласен с Лаки, это не такой простой вопрос, каким он кажется орденцам. — поддержал того Брэндон и взглянул на Каллена. — Темный дар или светлый, важно лишь, что ты за человек, вот и все. Мордеку его, так называемый, светлый дар не мешает творить темные дела. Так что кто еще темное отродье на самом деле, вопрос открытый. — Будто бы вспомнив что то, с яростью закончил Брэндон.
— Ладно, чего ты мы заболтались. Давайте-ка продолжим наше занятие.
В первый день ни Каллен, ни Эддрик не смогли толком ощутить свой внутренний источник. Старший Лоттерн подробно объяснял, как заглянуть внутрь себя, чтобы ощутить Дар и почувствовать его, но с первого раза, естественно, ни у кого не вышло. По словам отца Каллена, тот «видел» свой источник в виде сияющего сгустка света и, направляя часть этого света в знак, получал желаемый результат. Прежде чем перейти к формированию символа, необходимо было почувствовать свой источник, чем и занимались юноши, между тренировками с Лаки, который с все той же легкостью продолжал отделывать их в схватках. Первым справился с этим заданием принц Эддрик, на второй день юноши сидели рядом и медитировали в попытках почувствовать свой дар, когда принц вскрикнул:
— Получилось! Я вижу его.
Оказалось, что Эддрик все-таки сумел увидеть источник. По его словам, это был золотистый шарообразный сгусток, похожий на то, что описывал Брэндон. Каллен был рад за товарища, но собственная неспособность сделать то же, что и Эддрик, подтачивала веру в себя. Брэндон, убедившись, что принц может чувствовать Дар без проблем, приступил к обучению его тому, как формировать и напитывать символ своей силой. В итоге, на исходе второго дня, над рукой принца вспыхнул маленький дрожащий сгусток света, подсветивший довольное лицо Эддрика.
На следующий день, в темноте передвигаясь по тракту, Каллен был погружен в собственные мысли. Ему все никак не удавалось почувствовать этот злополучный источник. Как ни заглядывал в себя Каллен, никакого сгустка света, никакого сияния источника не открывалось его внутреннему взору.
— Слышь, парниша, ты чего-то совсем скис. — раздался негромкий голос Лаки сбоку от Каллена. Рыжий герой подвел своего скакуна поближе к молодому человеку. — У тебя вся голова забита этой магией-шмагией. — сделал вывод Лаки. — Я тут что подумал, то. — проговорил герой, еще сильнее понизив голос. — Дар то у всех разный, понимаешь? Кто-то сияющий шар видит, кто-то сосуд с водой, как я слышал, у кого-то огонек горит. Все по-разному. Я так думаю, рыбу в пустыне не отыщешь, понимаешь, о чем я? Если звать блудницу, будучи в монастыре, то никто не откликнется. — намекнул герой. — В общем не силен я в сравнениях, попробуй выкинуть все из головы и просто почувствуй свой Дар. Все равно нечем заняться, пока мы едем тут в темноте... — проговорил он и переместился вперед, чуть пришпорив свою лошадь, и оставив Каллена наедине со своими мыслями.