Наследие белого дракона (СИ)

− Какая принцесса Драмия? — прозвучал голос Кайонела за спиной, и я стремительно развернулась, чувствуя жар на щеках.
− Ты что тут делаешь? Никакая.
Старуха рядом ахнула от возмущения и схватилась рукой за сердце.
− Милостивые предки, − застонала я. Кайонел усмехнулся и подошел ближе, чтобы обнять меня одной рукой и притянуть к себе.
− Вышел поискать свою женушку, − сказал он, а в следующее мгновение наклонился к моему горящему лицу и поцеловал в губы. И целовал так долго, оторвавшись лишь, когда мы вдвоем услышали лязг доставаемого оружия со стороны стражников. Глаза их были распахнуты, а рот приоткрыт от удивления. Но смотрели они не на нас, а на что−то за нашими спинами.
Вдали образовался портал, заискрился желтым, а потом исчез так же быстро, как и появился, оставив после себя черного кота. Он вальяжно двигался в нашу сторону, щуря свои желтые глаза, а потом внезапно щелкнул когтями. Прямо над ним возникла миниатюрная парящая книжечка с искрящимися страницами. И кот лениво перелистнул её лапой, садясь прямо перед нами и разглядывая.
− Кай, − шепнула я, дергая за рукав будущего мужа.
− Я есть др-у−у−уг, − вдруг медленно протянуло животное, вытягивая губы трубочкой, и я завизжала, спрятавшись за спину Кайонела. На что кот тут же прищурился еще сильнее. — Так, какое у нас тут развитие… Водопровод провели уже, дамочка?
− Кайонел, я сошла с ума? — зашептала я быстро в спину дракона.
− Нет, я тоже его вижу…
− Значится, переворот, − тем временем продолжал кот, что−то черкая в своей книжечке, держа в белой лапе предмет, похожий на обрезанное перо для письма. — Король умер, да здравствует король? — посмеивался он. — Имена, пожалуйста.
− Люц! — неожиданно для всех нас воскликнула Драмия, пока остальные в ступоре таращились на говорящего черного кота. Она недоверчиво прищурилась, а потом ахнула, чтобы тут же странно захихикать. Через секунду вместо старухи перед нами стояла красивая красноволосая девушка с веснушками на лице. Она кокетливо прикрыла рот одной ладошкой, а вторую протянула коту.
− Ах, леди, мон ами, − тут же рычаще произнес кот, накрутив один длинный ус белой лапой. — Вы ни капли не изменились, вечная принцесса, лучик этого тёмного мира, моя красная ягодка, − и прыгнул вверх, чтобы оставить поцелуй на тыльной стороне ладони бывшей старухи. Глаза его тут же загорелись желтым. Мы с Кайонелом переглянулись, потеряв дар речи от заигрываний Драмии и…Кота? Эта старуха удивляла всё больше с каждым днём. И с каждым днём я всё меньше и меньше хотела назвать своё дитя её именем.
− Кто это еще такой? — я прокашлялась и подозрительно посмотрела на говорящего кота.
− Люцитор к вашим услугам, мадам, − обронил он, вновь погрузившись в свою книжку. — Не обращайте на меня внимания, я лишь проводник и обязан задокументировать переворот. Объединение двух миров запланировано на этот год, кстати?
Он внимательно выслушал ответившую на все вопросы Драмию, которая ни на секунду не переставала строить ему глазки, а потом поклонился и положил перо за ухо. — Что−то мне подсказывает, что с вами мы еще встретимся, − он подмигнул своим желтым глазом. — Точнее, с вашими детишками, храни Г’хдор их души.
Кот отправил воздушный поцелуй зардевшейся Драмии, а потом в который раз щелкнул когтями, чтобы оставить после себя лишь желтое свечение и погрустневшую старушку.
Мы с Кайонелом тут же обернулись к ней, желая ответов, но та лишь разочарованно махнула рукой, возвращая свой истинный облик, и поплелась в замок, напевая какую−то печальную песню себе под нос. 
  
Эпилог
 
 
 
Дитя пророчества на отчий трон взойдёт,
 
В душе два дара обретёт.
 
И в мир войдёт, с собою провожая
 
Добро иль зло, мир сохранив иль божью ненависть собою пробуждая.
 
Со стен старухи Драмии
 
 
Я смотрела на толпу драконов внизу, и сердце моё замирало от предвкушения. Несколько месяцев назад перед ними на мою голову водрузили золотой венец, а сегодня… Я погладила округлившийся живот, с интересом смотря в возбужденные лица драконов. Я знала, о чем они думают. Сегодня грань между мирами будет стёрта, бездарные ступят на родные земли, кто−то найдет родню, кто−то узнает в прибывших свою пару. Возможно, чей−то дар раскроется так же, как и мой. Поэтому сегодня я была здесь: наблюдать и направлять. Сегодня исчезнет Парящая Сфера, исчезнет и Низший мир. Нашим домом станет Сфера Двух миров.
 
− Поберегла бы себя, дитя. − рядом возникла Драмия, а ровно через мгновение за её спиной я заметила рыжий затылок.
− Рин! — крикнула я и помахала рукой, и старый друг тут же направился ко мне. Подавил смущенную улыбку, отрывая взгляд от моего выпирающего живота, а потом я заметила, что был он не один.
− Рад видеть тебя, Мира.
За руку его держала полненькая девушка с кучерявыми коричневыми волосами, зеленеющими на концах. И щербато улыбнулась, кланяясь низко−низко, не забыв ударить Рина в бок.
− Перестань, − махнула рукой я, засмеявшись, и друг выровнял спину так быстро, как только смог. — Смотри−ка, мы всё же справились с задачей, скоро мы опять увидим Низший мир.
− Точно, − улыбнулся Рыжик, а потом почесал затылок. — Хоть и не совсем так, как планировали.
− Я благодарна тебе за оба раза, что привели меня сюда. Спасибо, что создал тот цветок и привлек внимание дракона, Рин, − сказала я серьезно, пока Марта клевала ботинки озадаченной зеленоволосой девушки. — И спасибо, что у нас не получилось сбежать из его замка. Ведь сейчас я там, где и должна быть. Разделение исчезнет, и всё бу… Ах!
Я схватилась за живот, и мама тут же оказалась рядом, словно почувствовав. Хотя еще секунду назад беседовала с кем-то из Рода Коден об адаптации новоприбывших.
− Доченька!
− Я… Больно, как больно! — завопила я, а старуха рядом посмотрела в небо.
− Наследие двух прародителей. Мои глаза видели… Нестабильный дар. Рядом с великой силой рождается безумие…
− Кайонела сюда! — закричала мама. Рин засуетился на месте, а потом поддержал меня под руку, что−то зашептав себе под нос.
− Мира, успокойся. Дыши, дыши.
Я сжала руку на плече друга, а потом закричала что есть сил, чувствуя, как ноги подкашиваются от слабости и боли.
***
Кайонел смотрел на девочку, завёрнутую в белую ткань, улыбка озаряла его вечно хмурое лицо. И это делало меня по−настоящему счастливой.
Я вздохнула, завороженно рассматривая рыжие волосики малышки.
− И в кого она у нас такая? — я посмотрела вслед служанкам, что унесли от нас её брата. Тот появился на несколько минут раньше своей сестры, и волосы его были белы, как снег, кроме одной прядки у виска. — С её братом−то всё понятно, − я усмехнулась. — Прости, Кайонел. Ни один из наших близнецов не похож на тебя.
− Моя мать, − улыбнулся дракон тепло, беря малышку в свои руки. — Такой я видел её в камне крови старухи Драмии. У неё волосы моей мамы, Мира, − его глаза сощурились. — Я хочу назвать её в честь матери.
− Напомни мне её имя, − сказала я, устало откидываясь на мягкие подушки. Кажется, воспоминания Ламоры, что стали доступны и мне, могли быть искажены её ненавистью к женщине, что родила Кайонела. И я не хотела, чтобы они были и моими.
− Мой император, − Кайонел запнулся, а потом исправился. — Отец называл её Илэйн.
− Мама! — в покои ворвался ребенок, и Кайонел приложил палец к губам.
− Тише, мама устала. Смотри, кого она подарила нам с тобой, − он улыбнулся и поманил заинтересованного малыша поближе, а я потрепала пальцами его черные, как у папы, волосы, резко белеющие к кончикам. Сколько ни подрезай — белый всё равно окрашивал темные пряди. Дитя огня Праотца и льда Праматери. Я прикрыла глаза, вспоминая и его рождение несколько лет назад.