До тебя (ЛП)

Хотя ситуация была другой, она напомнила мне о том, что я сделала в самолете, когда впервые увидела Джареда.
Эта мысль заставила меня вздрогнуть.
— Добрый вечер, Билли.
Я попыталась наполнить свои легкие и обернулась. Джаред был, по меньшей мере, в пятнадцати футах позади меня, стоял у плиты с деревянной ложкой в руке, пристально глядя на меня, пока помешивал.
— Привет.
Он подстриг бороду, так что его шея была чисто выбрита, а щетина вокруг были немного короче.
Я чувствовала голод в его глазах на расстоянии.
Я была уверена, что теперь не смогу дышать.
Вот только… я не хотела.
Каким бы ни было это чувство, я надеялась, что оно никогда не покинет меня.
Джаред улыбнулся. Не полностью. Достаточно, чтобы показать намек на зубы, и его веки сузились.
— Ты прекрасно выглядишь.
Я была в длинном свитере, свисавшем с одного плеча, джинсах и сапогах до колен на плоской подошве. В том, что на мне было, не было ничего прекрасного. Но у меня не было ощущения, что Джаред говорит о моей одежде. У меня было ощущение, что он описывает то, что думает обо мне.
О боже.
Я начала двигаться, становясь к нему все ближе и ближе, и вдруг оказалась на кухне. Когда я подошла, Джаред положил ложку, а я поставила вино и десерт на стойку. Я упала в его объятия. Пока он обнимал меня, мой нос наполнился самым невероятным запахом. Часть исходила от плиты, аромат, от которого у меня не просто пощипывало живот. Другая часть принадлежала Джареду, запах, которого я начинала жаждать, когда не была с ним.
Он отклонился от наших объятий, и его губы накрыли мои, целуя меня со страстью, которую я чувствовала всем своим телом. Его руки начали с середины моей спины, но теперь опускались к моей заднице, сжимая ее, в то время как наши рты сомкнулись.
Я не знала, сколько времени прошло, когда он наконец оторвался от меня. Я просто знала, что, когда это произошло, у меня перехватило дыхание.
— Джаред… — Я почувствовала, что мои щеки пылали, а грудь вздымалась.
Он притронулся к моему подбородку, задержавшись касанием на несколько секунд, прежде чем вернулся к ложке.
— Ты голодна? — Я не успела ответить, как Джаред добавил: — Ужин будет готов через четыре минуты.
Я улыбнулась, глядя в кастрюлю, наблюдая за тем, как ризотто бурлит внутри.
— Итальянское, да?
Он засмеялся, наклонившись, чтобы поцеловать меня в щеку.
— Ты сказала, что это твое любимое блюдо.
Я была уверена, что каждое нервное окончание кричало внутри меня.
— Мне нравится, как хорошо ты слушаешь. — Мой взгляд переместился на другую сторону прилавка, где я увидела несколько бутылок вина. — Как насчет того, чтобы принести нам выпить?
Я чувствовала на себе его взгляд, пока двигалась по кухне, не торопясь, чтобы по-настоящему изучить комнату. Тот, кто проектировал это помещение, не пожалел средств. У него была самая современная бытовая техника, новейшие функции на каждой из них, и раковина, от которой у любой матери потекли бы слюнки. Единственное, чего не хватало, ― это индивидуального подхода. То же самое можно сказать о гостиной и прихожей.
Невозможно было догадаться, что эта квартира принадлежит Джареду, а не кому-то другому.
Он даже защищал себя в своем собственном доме.
Это было его решение, и я уважала его, но мне нужно было больше.
— Джаред, — сказала я, держа в руке одну из бутылок вина и ожидая, пока он посмотрит на меня через плечо. — Какой последний отпуск ты провел и с кем?
Он молча смотрел на меня, будто обдумывая мой вопрос. Даже его рука замедлилась от волнения, секунды тикали, прежде чем он, наконец, ответил:
— Это было за неделю до аварии. Я катался на лыжах со своим лучшим другом в Аспене.
— Ты делал какие-нибудь фотографии?
Я понимала, что его не было в социальных сетях. Моя семья была такой же, ни один человек не был заинтересован в шумихе или в том, чтобы делиться чем-либо с виртуальной аудиторией. Но из-за его отсутствия в сети я чувствовала, что в жизни Джареда нет окна.
Наступила еще одна пауза, а затем он потянулся в карман и достал свой телефон.
 
— Иди сюда.
Я оставила бутылку на стойке и вернулась к нему, уставившись на фотографию двух мужчин на его экране. Они были совершенно не похожи друг на друга: у его лучшего друга светлые волосы и светлые глаза. На их ногах были лыжи, а в руках ― палки.
Я могла представить его после нескольких спусков с горы, пьющего крепкий виски с пылью снега на волосах. Этот образ был невероятно сексуальным.
— Он морской котик в отставке, — сказал Джаред, все еще держа свой телефон перед нами.
— Ты давно его знаешь?
— Всю жизнь.
Чем больше я изучала снимок, тем больше понимала их связь.
— Где он живет?
— Здесь, — Джаред усмехнулся, но это было не похоже на все те выражения, которые он показывал раньше. Это был почти спокойный взгляд, которого я еще не видела. — Он работает на меня.
— Надеюсь, когда-нибудь я с ним познакомлюсь.
— Я тоже, — прошептал он, выключил телефон и сунул его обратно в карман, вернувшись к ризотто.
Я снова подошла к бутылкам, решив, что та, которую я принесла, была лучшим вариантом, исходя из того, что, по моему мнению, он готовил.
— Вина?
Когда Джаред взглянул на меня с плиты, я не удержалась.
Я просто не могла дышать.
— Пожалуйста.
Это было всего одно слово.
Но я чувствовала его повсюду.
***
— Ух ты! — Я отложила вилку, буквально не в силах положить в рот еще один кусочек. — Это было потрясающе.
— Ты выглядишь удивленной. — Джаред улыбался, вытирая рот салфеткой.
Я предпочла, чтобы мы сидели за высоким столом в углу его балкона, а не в столовой, которую он изначально выбрал для нас. Как только он включил лампу обогрева, никто из нас не почувствовал ветра снаружи. Обстановка не могла быть более впечатляющей. И я оценила, что он сидел не очень далеко, так что я могла рассмотреть даже мельчайшие детали, несмотря на то, что уже так хорошо их знала.
— Признаться, да, — сказала я ему, глядя в свою тарелку, где оставалось совсем немного еды. — То, что ты хорошо питаешься и любишь хорошую кухню, еще не значит, что ты знаешь толк в кухне. — Я хихикнула, подумав о способности Элли сжечь почти все. — Но ты знаешь, и этот ужин был просто превосходным.
Он подал ризотто с портобелло в паре с жареными морскими гребешками, запеченными баклажанами и зеленой фасолью. Я съела почти всю порцию, которую он поставил на стол. Тот факт, что я так много съела, сделал меня невероятно счастливой.
Но все было гораздо глубже, потому что это было блюдо, которое Джаред приготовил специально для меня.
Возможно, на стенах в его квартире не хватало фотографий его и его друзей, на поверхностях не было личных артефактов, которые показали бы мне ту сторону, которую я еще не видела. Но то, что он приготовил на своей кухне, было чем-то, что я не смогла бы почувствовать по фотографии, и это значило для меня больше, чем что-либо другое.
— Спасибо. — Он поднял свой бокал с вином и поднес его ко рту.
— Здесь очень красиво. — Я посмотрела на балкон, где стояло несколько диванов и телевизор. — Это твой единственный дом, или у тебя есть и другие?
Мы никогда не обсуждали деньги. Я всегда предполагала, что он успешен, но до сегодняшнего дня это не подтверждалось.
Мне это нравилось.
Смирение было такой редкостью в наши дни.
— У меня есть дом в Аспене.
Я отпила вина.
— Я никогда не каталась на лыжах на западе.
— Нет?
Я покачала головой.
— Только по всей Новой Англии. — Когда его улыбка начала расти и не спадала, я добавила: — У меня такое чувство, что я знаю, что ты собираешься сказать, и мой ответ все равно будет «нет».
Он прикусил губу.
— Я пытался.
Несмотря на то, что теперь Джаред смотрел на ночное небо, я продолжала смотреть на него, пытаясь прочитать выражение его лица, понять тайну, скрывающуюся за этими темными глазами.