Дракон, который боялся летать (СИ)

Поэтому Томас, секретарь его величества, доставшийся Роберту «по наследству» от отца, совсем не удивился, когда встретил растрёпанного, усталого короля в саду. Точнее, когда король вывалился из кустов роз, чуть не сбив секретаря с ног. Роберт при этом тихо ругался, но и это было нормальным — голос его величество повышал редко, зато выразиться мог очень даже крепко.
Так что ничего необычного не случилось, кроме, разве что, одного странного момента: Роберт буквально десять минут назад отправился навестить королеву, а такие визиты меньше часа никогда не длились. Вот и сегодня король обронил, уходя: «Вернусь завтра». Никто не удивился: с тех пор как беременную королеву отправили в… эм, одно секретное место и запретили пользоваться порталами, король ночевал у неё.
Впрочем, сейчас он был не в духе. Но и этому Томас не удивился, хотя ссорились венценосные супруги редко — от силы раз в год. И всё же, беременность… Томас не понаслышке знал, как порой беременные звереют — его жена, например, в такое время буквально с катушек слетала. А ведь она даже не дракон. Зато имела троих детей и останавливаться не собиралась. А все вокруг ещё удивлялись, почему это Томас такой трудоголик! Кто ж знал, что в брачный контракт ещё и число детей надо вписывать! А то выяснится потом, что горячо любимая супруга верит в счастливое число «семь», и не будет ей счастья, пока этот самый седьмой ребёнок не родится.
В общем, Томас нисколько не удивился, когда король уставился на него с совершенно драконьей яростью. Кажется, в его глазах даже пламя полыхнуло. А, нет, почудилось.
— Ваше величество. — Секретарь поклонился. На всякий случай. Отец Роберта, когда был не в духе, любил швыряться тяжёлыми предметами, и в этом сын пошёл в него. Ничего тяжёлого в саду поблизости, конечно, не было… Хотя, клумба рядом была украшена разноцветными камнями…
Король проследил взгляд секретаря и поморщился.
— Томас. Я же просил: поменьше церемоний во внерабочее время.
«Это у кого оно нерабочее?» — подумал секретарь и кивнул.
— Конечно, ваше величество. Но я решил, раз вы вернулись…
— Вернулся, — подхватил Роберт и уставился на секретаря так, что тот моментально почувствовал себя неуютно.
Но Томас всё-таки продолжил:
— Возможно, вы захотите обсудить договор о капитуляции. Вы оставили его на завтра, однако…
— Капитуляции, — повторил король.
Томас подумал, что королева, наверное, сегодня особенно лютовала. Вот его собственная жена… А, впрочем, не к ночи будь помянута.
— Да, ваше величество. Договор о капитуляции Австании.
Роберт нахмурился и потянулся было почесать висок, но словно опомнился и взъерошил волосы.
— Ах да. Конечно. Вот завтра и обсудим. Томас, я хочу остаться один.
Секретарь кивнул.
— Конечно, ваше величество. Я сейчас же уйду. Только прошу вас… — Он потянулся к кожаной сумке на поясе. Её секретарь носил всегда — на самом деле это был артефакт, делавший сумку (скорее, кошелёк, если судить по размерам) практически бездонной. И очень, очень практичной: в ней можно было хранить всё, от важных документов до оружия. Сейчас Томас достал из неё блистер с таблетками. — Вы могли забыть принять.
Глаза короля удивлённо расширились, но потом Роберт протянул руку и забрал таблетку. Отвернулся на мгновение.
— Благодарю, Томас.
— Ваше величество, всё ли хорошо с королевой?
— Всё замечательно, — мрачно отозвался Роберт, и секретарь с трудом сдержал понимающую улыбку. Беременные — они такие. — Томас, я желаю отдохнуть в саду час или два. Не могли бы вы оповестить всех, чтобы меня не беспокоили?
Секретарь тут же поднял руку с планшетом.
— Конечно, ваше величество. Уже… сделано.
— Благодарю. — Роберт выжидательно посмотрел на секретаря.
— Один момент, ваше величество. То есть, простите, два.
Король вздохнул и с такой мукой взглянул на Томаса, что тот немедленно почувствовал себя последней сволочью. Но дела, увы, не ждут — а завтра на эти «мелочи» может не найтись времени. Да, завтра — тем более.
— Леди Илия, ваше величество, просит об отпуске.
 
— Давно пора.
— Давно? — Последний раз, когда Томас заговорил об отпуске советницы по иностранным делам, король отмахнулся: «Не сейчас. Вот закончим, тогда и поговорим». Что именно «закончим», Томас не понял, но переспрашивать не стал, себе дороже. — Конечно, ваше величество. Быть может, через две недели?
— Завтра же. — Роберт вдруг улыбнулся, да так, что Томас попятился. — Ей давным-давно пора отдохнуть. Оформите бумаги, пусть идёт в отпуск завтра же. Ясно?
— Завтра? Но ваше величество, завтра ведь…
— Я сказал, завтра, — отчеканил король.
Томас по привычке пригнулся.
— Конечно, ваше величество, как прикажете. И… ещё одно. Илона Вертек, ваше величество, и её брат. Вы наверняка помните, он дракон, и вы распорядились… Ваше величество, вам плохо?
Роберт действительно побледнел и как-то неестественно застыл.
— Ваше Величество? — Томас снова потянулся за планшетом — вызвать врача.
— Прекрати, всё в порядке, — тут же отмер король. — Что там с Илоной… Вертек? Продолжай.
— Вы распорядились отправить их на побережье в Летний дворец.
Король снова застыл.
— Я лишь хотел сказать, — осторожно продолжил Томас, — что доктор Олон осмотрела господина Вертека. Прогноз положительный. Госпожа Вертек прислала сообщение с благодарностью. Если желаете прочесть…
Король заметно расслабился.
— Желаю. Но после. Идите, Томас, вам и самому не помешает отдохнуть.
— Благодарю, ваше величество. — Секретарь снова поклонился. И неожиданно даже для себя сказал: — Потом будет легче.
— Потом?
— Когда родится ваш сын… принц-наследник, ваше величество.
Король помрачнел.
— Сомневаюсь.
Секретарь снова поклонился, на этот раз молча, и поспешил уйти — мало ли, на отца Роберта «накатывало» внезапно, и всегда, когда он был не в духе. А не в духе король Родрик последние годы жизни был постоянно. Пусть чистым будет его небо, но как же хорошо, что его сын умеет держать себя в руках! Большую часть времени. Пока.
Тяжело служить короне… Впрочем, Томас знал на что шёл.
Оставшись один, Роберт посмотрел на браслет планшета, вздохнул и побрёл к ближайшей скамейке — как раз напротив камеры слежения. Опустился на заросшее плющом сидение, поморщился, согнал с брюк жука, потом откинулся на жёсткую спинку и закрыл глаза руками.
Наступила тишина — сад медленно окутывали лиловые сумерки. Небо зажглось пурпуром, тени сгустились, в воздухе разлился аромат приближающейся грозы. Если прислушаться, можно было услышать жужжание электронного поливальщика — далеко, где-то за яблоневой аллеей, но в неподвижном воздухе звуки разносятся хорошо.
Роберт сидел так долго, не двигаясь. А когда наконец опустил руку и поднял голову, в его лоб упёрлось дуло пистолета. Индикатор у курка горел зелёным, показывая полный заряд.
Роберт посмотрел выше, на огненного дракона. И спокойно попросил:
— Минутку подожди.
Алые глаза дракона расширились. Он сжал пистолет обеими руками и с издёвкой спросил:
— Чтобы вы охрану позвали, ваше величество?
Голос его, однако, дрожал, и король, услышав это, усмехнулся.
— Нет, чтобы я камеры поблизости взломал, дурень. Ещё секундочку… Три… два… Всё, стреляй.
Дракон даже отступил на шаг, не опуская, впрочем, пистолет.
— Да стреляй же, — с досадой выдохнул король.
Дракон моргнул. Вдохнул глубже. Выдохнул уже дым, едкий, густой, но король даже бровью не повёл.
— А вы завещание написали, ваше величество? — с издёвкой поинтересовался после паузы дракон.
— Ты там точно не значишься, — в тон ему ответил король. Покачал головой, закатил глаза и, морщась, продолжил: — Хорошо. Ну убьёшь ты меня. Лиана ведь может и не родить. Как только она потеряет сына, Каэлия начнёт разваливаться. Где тогда будут жить драконы? Ты лично где тогда будешь жить?
Дракон зарычал: