Дракон, который боялся летать (СИ)
— Я им не плачу! — воскликнул изумлённый дракон и принялся набирать гневный ответ, однако отправить его не успел — комм завибрировал.
Сильвен досчитал до пяти: если Илона, то пусть помучается, если Роберт со своими прихвостнями… То тоже пусть мучаются.
Кто бы это ни был, он оказался настойчив: звонок целую минуту не сбрасывали. Сильвен решил, что Илона с Робертом уже изрядно настрадались, и стукнул по клипсе, включая «приём».
— Дракон на связи, — промурлыкал он, встряхивая коробку с «жучками». Что ж, эта коллекция параноика ему тоже пригодится. Ах да, надо взломать планшет Илоны. И может, даже напакостить: оставить ей вирус. А то больно самовлюблённая девица, знает же, что с огнём играет. Буквально. Р-р-р!
Только ответила ему отнюдь не Илона. В усталом голосе Эммы Марис стыла стужа.
— Рада вас слышать, господин. Не желаете ли приехать сегодня в мой офис?
Сильвен поймал взглядом своё отражение в зеркале — оно ухмылялось. Та самая драконья ухмылка, которая в сказках так завораживала принцесс.
— Ну конечно, госпожа! Как я могу отклонить столь любезное приглашение? Мне приехать как граф Милосский, или вы желаете видеть меня в какой-нибудь ином образе?
Отражение поиграло бровями, ухмылка стала шире — Сильвен представил, какой его образ мог бы сразить волшебницу наповал.
Голос госпожи Марис замёрз окончательно:
— Господин, я всего лишь прошу вас разобраться с огненными драконами, которых мы поймали вчера вечером. Наверняка вы понимаете, что их ждёт. Я подумала, что вы захотите сначала с ними поговорить. Я ошиблась?
Сильвен вспомнил, как волшебница пятилась от него, угрожая заколдовать, и удивлённо поднял брови. Она подумала? Хм, а она о нём всё-таки думает!
— Сейчас буду.
Он верно предположил: Эмма звонила ему из подземелья офиса. Волшебники Эртена могли сколько угодно работать в ветхих кабинетах и ютиться в здании, которое давным-давно надлежало снести, однако на оборудование «драконьих» подземелий они не поскупились. Очевидно, все выданные деньги, уходили на это. Сильвен нисколько не удивился: маги всегда отлично понимали, на что способны драконы, особенно без печати. «Артефактов не меньше, чем в питомнике», — подумал Сильвен, оглядевшись. С какой страстью Илона оснастила его дом прослушкой, с такой же Эмма, похоже, втыкала в стены свои магические игрушки. Их же ещё и заряжать время от времени надо! «Везёт мне на страстных девушек», — решил дракон и усмехнулся.
Из стен и правда, словно глаза чудовищ, смотрели чёрные агаты, зеленоватые нефриты и даже кое-где кровавые рубины. Они мягко мерцали, поэтому в подземелье царил полумрак, а не кромешная тьма. Драконам и такого света хватало, а вот человеку было бы некомфортно. Впрочем, прислонившаяся к стене Эмма выглядела весьма уверенно. Устало — да, но внезапно появившегося из воздуха Сильвена она не испугалась. Только выдохнула:
— Благодарю, что прибыли так быстро.
Сильвен не стал отвечать — в глаза бросились тюремные камеры, и томящиеся в них драконы. Пятеро, как он и запомнил, спелёнатые заклинаниями так, что не могли даже пошевелиться. Бессильно, словно мокрые тряпки, повисли золотистые крылья, чешуя усыпала пол, запах дыма даже не чувствовался.
С трудом, но Сильвен отвернулся. Однако, поймав взгляд волшебницы, вдруг оскалился — просто она была магом, а он драконом. На мгновение всё стало как раньше, только в другом подземелье — дворцовом. Так называемые «проверки» дракону приходилось проходить регулярно, а тогдашний Верховный маг снисходительным не был.
Эмма вздрогнула и торопливо произнесла:
— Мне следовало пригласить вас в офис, господин, но я подумала, вы не хотите, чтобы в Эртене знали…
Сильвен посмотрел ей в глаза и взял себя в руки — теперь всё иначе. Теперь эта волшебница боится его, а не наоборот.
Пожалуй, это даже интриговало.
— Всё в порядке. И можно на «ты»… Эмма. Ведь ты разрешишь?
«Ты находишься под контролем эмпата!» — кричала вчера Илона. Ах, госпожа Вертек, ничего она не понимает. Сильвен Эмму жалел — в этом всё дело. Он очень хорошо знал, каково это — жить в клетке. Эмма определённо в клетке жила: с её-то талантом и возможностями запереть себя в этом городишке, да ещё с кем! Отцом, который её презирает, и мужем, который не ценит? Ничего удивительного, что волшебница казалась дракону одинокой и несчастной. К тому же рядом с ним она так трогательно храбрилась! Это было… мило.
— Я думаю, вы ошибаетесь, — отчеканила Эмма. — Наши отношения никак не назовёшь близкими, поэтому «ты» неуместно.
— «Наши отношения», — повторил Сильвен. — Мне нравится, как ты это говоришь. Но… Как скажете, госпожа.
Как и любому дракону, ему не нравилось, когда от него воротят нос. Даже в сказках принцессы рано или поздно поддаются драконьим чарам. «Ты мне улыбнёшься», — подумал Сильвен.
Впрочем, для флирта подземелья были местом определённо неподходящим.
Сильвен улыбнулся Эмме напоследок и повернулся к клеткам.
Ближайший дракон — и самый крупный — смотрел на него в упор. Сильвен шагнул к нему.
— Ты, должно быть, Тео?
Дракон, естественно, промолчал — ответила Эмма:
— Да. И господин мэр требует его немедленной казни.
Сильвен хмыкнул.
— Ну конечно. И ваш отец, госпожа, полагаю, тоже?
— Моего отца интересует только возмещение убытков, — равнодушно откликнулась волшебница.
— Тогда удачи ему со страховой, — пробормотал Сильвен и приблизился к клетке почти вплотную.
С этого расстояния он отлично видел и плетение заклинаний, и клыки в распахнутой пасти Тео. Так себе, как, кстати, и когти. «Его даже Эсвен влёгкую сделает», — подумал Сильвен. А вслух попросил:
— Госпожа, нельзя ли убрать цепи?
Эмма выдохнула так раздражённо, как будто Сильвен сморозил несусветную глупость.
— Естественно! Когда я получу наконец хоть чью-нибудь подпись!
— Подпись?
— У меня нет полномочий даже держать их здесь. — Эмма поморщилась. — Волшебники в регионах, господин, могут ловить драконов. А потом сразу передавать их в королевский суд, если нет других указаний. Но поскольку драконы теперь приравниваются к людям, судить их будут как людей-убийц. Здесь, в Эртене. Вы же меня понимаете?
Сильвен медленно кивнул. Мэр не являлся верховным судьёй, но подобные дела всё же проходили через его канцелярию, прежде чем попасть в судейское ведомство. И с судьёй он наверняка знаком, поэтому вердикт был ясен уже сейчас.
— Что ж, они действительно убийцы, — пожал плечами Сильвен.
— То есть… вы им не поможете? — медленно, недоверчиво спросила Эмма.
Сильвен окинул драконов взглядом.
— С какой стати мне им помогать? Я их, что ли, заставил вломиться в отель, полный людей. Идиоты, вы чего добивались?
Ответила ему тишина. Драконы, естественно, молчали.
— Полагаю, чего-то они всё же добивались, но мы вряд ли это узнаем, потому что до суда они, похоже, не доживут, — заключила волшебница. — Что ж, простите, что потревожила, господин. Я вас больше не задерживаю.
Сильвен бросил на неё недоумённый взгляд.
— Вы как будто хотите им помочь, госпожа. И почему это они, интересно, не доживут?
— А вы приглядитесь.
Сильвен поднял брови. Он уже минут десять приглядывался, и ничего необычного не видел. Драконы висели, прозрачные стенки клеток сияли — всё как всегда.
— Наши заклинания сосут их энергию. Силу или, если хотите, жизнь. — Эмма указала на одну из магических нитей, невидимых обычному глазу. — Теперь видите?
Сильвен наклонился и вздрогнул. Да, он знал это заклинание, но применяли его редко, а заметить его было так же легко, как разглядеть клеща или блоху. Действовало оно, кстати, похоже на паразита, только сосало не кровь, а магию. Обычный человек бы ничего не почувствовал, маг слёг на неделю, и кто знает, вернулась бы к нему магия или нет. А вот для дракона такая блоха, если висела дольше суток, была смертельна.
— Они оказали сопротивление при аресте, таков протокол, — добавила Эмма. — И я согласна, что наказание они заслужили. Но даже если и высшую меру, господин, то сами понимаете: смерть бывает разной.