Дракон, который боялся летать (СИ)

То, что самой Австании это явно не пошло на пользу — там третий год подряд то в одной провинции, то в другой население буквально подыхало от голода — всем как будто было плевать.
Ну и чёрт с ними. «Зато теперь я точно знаю, что больше на короля не работаю», — думал Сильвен. Когда ты узнаёшь такие новости из Сети, как обычный каэлец. Всё ясно.
Ну и… И чёрт с ними, да.
— …В ответ нами, — по протоколу Роберт в подобных случаях обязан был говорить о себе во множественном числе, — было решено объявить всеобщую мобилизацию…
Сильвен удивлённо хмыкнул. Чегой-то? Это ж Австания, да Каэлии на неё плюнуть и растереть.
— …драконов…
Сильвен подавился и вытаращился на экран.
— …Как полноправные граждане нашего королевства, однако не входящие в действующую каэльскую армию, уверен, они горят желанием помочь родине, — продолжал Роберт.
— Щас я тебе покажу, чем мы горим! — выпалил Сильвен, откашлявшись. — Ты нас освободил, чтобы мы на твоей войне гибли?!
Какой бы хилой не была армия австанцев, это всё же была армия. А на войне, вообще-то, убивают. Сильвен был бы не против, отправь король наёмников — те сами такую жизнь выбрали, им за это платят. «Но нас-то за что?!»
Впрочем, всё и так было понятно. Драконам платить не надо.
— Пора валить из этой страны, — вслух произнёс Сильвен и только потом спохватился: Итан смотрел на него со страхом. — Расслабься, никто не заберёт тебя в армию.
Итан вздрогнул.
— Не заберёт? Да я сам пойду!
Теперь уже Сильвен уставился на него в изумлении.
— На войну? Итан, малыш, ты хочешь умереть?
— Я не малыш! И это моя страна! И… И… И мой король! И если он приказывает… — Итан запнулся, не иначе как от переизбытка патриотизма.
— Охренеть, — пробормотал Сильвен и посмотрел на Роберта, который как раз заканчивал свою речь заверениями «война войной, а обед по расписанию». В смысле, не беспокойтесь, мои верные подданные, новые налоги вводить не будем. И мобилизуем только драконов. Да вы эту войну даже и не заметите! — Теперь я понял…
Похоже, король со своими советниками нашли отличный способ подогреть народную любовь к драконам. Показать, что эти звери — нужные, и они стоят у нас на страже. А ещё умирают за нас. Глядя на патриотизм Итана, очень верилось, что в скором времени новости будут пестреть заголовками «Дракон на амбразуре».
Час спустя, когда Итан отправился в свою комнату — наверняка строить планы как бы красивее умереть за страну и короля, — к Сильвену снова наведались гости.
— Ты уже слышал? — спросил Эсвен вместо приветствия.
Сильвен свернул экран планшета и закатил глаза.
— Не спальня, а проходной двор! Перееду. Завтра же.
Эсвен прищурился и отчеканил:
— Король приказывает тебе оставаться здесь.
— Король приказывает? — повторил Сильвен, выпрямляясь в кресле.
Эсвен кивнул.
— Именно. Ты ещё не забыл, что он не только твой друг, но и повелитель?
Сильвен почувствовал, как нагреваются подушечки пальцев — верный знак, что вот-вот повалит дым, и комнате не поздоровится: дракон готовился обратиться крылатым змеем.
А Эсвен вдруг прижал ладонь к уху, где к мочке на манер серьги крепился комм. Кивнул и… исчез.
Сильвен подавился воздухом.
— Ты… Ты явился мне только это сказать?! Нет, точно перееду. Не дом, а…
Он не договорил: Эсвен возник снова, но уже не один, а с королём. Роберт устало посмотрел на Сильвена и махнул новому советнику.
— Оставь меня.
— Ваше величество… — начал было Эсвен.
— Я позову, когда понадобишься.
Эсвен склонил покорно голову и мгновение спустя исчез. Роберт осмотрел комнату, не встречаясь с Сильвеном взглядом, потом прошёл к соседнему от дракона креслу. Сел, сцепил пальцы в «замок», произнёс тихо:
— Я всё объясню.
— Что вы, ваше величество. — Сильвен на этот раз и сам услышал в собственном голосе треск пламени. — Кто я такой, чтобы вы передо мной оправдывались?
Собравшийся было заговорить, Роберт поднял голову. Его взгляд мученика заставил дракона оскалиться. «Ну давай, дави мне на жалость, — думал Сильвен. — Выходит, я тебе всё-таки ещё нужен? Ну конечно, я был прав: как жилетка, пока королева не родит. А потом ты легко от меня избавишься».
 
На краю сознания шевельнулась какая-то мысль — даже не мысль, а ощущение, не больше. Что-то было неправильно, что-то казалось странным, ошибочным. Дракон не мог понять, что, поэтому просто отмахнулся — не до того было.
Больше всего на свете ему хотелось сейчас сделать бывшему другу больно. Так больно, как было самому Сильвену — все эти два несчастных, жутких года. Чтобы Роберт на своей шкуре почувствовал всё то разочарование, недоверие и тоску, к которым его дракон уже успел привыкнуть. Пусть тоже страдает, он ведь заслужил!
— Сильвен, ты всё делаешь правильно, — сказал вдруг король и болезненно улыбнулся.
«Ну ещё бы!» — подумал дракон, но вслух этого не произнёс, только выразительно поднял брови.
— Ты прав, — повторил Роберт. — Совершенно прав. Я думал о том, что ты мне сказал, и… Нам стоит пожить отдельно. Какое-то время.
— Какое-то время? Пожить отдельно? — Сильвен фыркнул, выпустив из ноздрей едкий дым. — Да что ты! Говоришь так, словно мы супруги в ссоре. Роб, я всегда очень, очень хорошо понимал своё место рядом с тобой. Я тебе служил, ты был моим хозяином…
— Я тебя освободил! — вскинулся король.
— Ну да. Когда крыша от боли поехала. Ты, может, забыл, что освободил ты Лиану, а меня — потом и за компанию. Роб, дело не в этом. Да, ты всех нас освободил, драконы теперь могут летать, и всё такое. И, если бы я не знал, что ты преследуешь исключительно свои интересы, я бы сказал, что это делает тебе честь…
— Силь, я тебя не понимаю.
— А ты дослушай. Роб, я хочу… Хочу наконец свободы. Настоящей. Вот и всё. Отпусти ты меня, я ведь тебе больше не нужен…
— Что? — выдохнул король и подался вперёд. — Силь, да ты… Я не могу без тебя. Ты и Лиана — у меня никого больше нет!
Дракон грустно улыбнулся.
— Роб, мы оба знаем, что у тебя хватает сил любить только кого-то одного. Теперь это Лиана. Оставь ты меня в покое, а? — Помолчав, он добавил: — И найди себе наконец другую жилетку! Желающих полно, ты же знаешь.
Король откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.
— Я понимаю, — сказал он мгновение спустя. — Хорошо тебя понимаю. Ты прав: я был поразительно… Я не уделял тебе должного внимания. Я…
Сильвен прекрасно знал, что это самобичевание — дай Робу волю — займёт час, если не больше. И кончится тем, что уставший дракон бросится королю в ноги, лишь бы это прекратилось.
Поэтому он перебил:
— Ты не хочешь, чтобы я виделся с Лианой. Почему?
Роберт замер. Открыл глаза, но на Сильвена не посмотрел — уткнулся взглядом в стену где-то над левым ухом дракона. Зато в голосе прозвучало совершенно не наигранное изумление:
— Что? Силь, о чём ты? Ничего подобного. Ты ошибаешься…
— Тогда посмотри на меня.
Роб на мгновение действительно встретился с драконом взглядом, но тут же отвернулся. Тихо спросил:
— Как… Как ты узнал?
— А это имеет значение? — Сильвен горько усмехнулся.
— Силь, пойми, я…
— О, я отлично понимаю. Лиана носит наследника, а я огненный дракон — вдруг вспылю, да? А ещё: я же ревную. Вдруг решу, что или я, или она. Да? Или вот ещё…
— Это неправда! — вскрикнул Роберт.
На мгновение в комнате воцарилась тишина. Король тяжело дышал, пытаясь успокоиться. Дракон, кривясь, смотрел на него. Потом усмехнулся.
— Да неужели?
Роберт прижал ладони к лицу и помотал головой.
— Как? Как до этого дошло? — простонал он мгновения спустя.
— Уже жалеешь, что освободил меня?
Роберт отнял руки от лица.
— Сильвен, умоляю, не надо, не делай хуже, чем уже есть. Я прошу тебя!
— А не то ты снова напьёшься моего успокоительного? Ты записку в следующий раз не забудь написать: винить во всём моего бывшего дракона. И «бывшего», пожалуйста, подчеркни.