Дракон, который боялся летать (СИ)

«Я огненный дракон — мы все чокнутые, — думал Сильвен, проходя мимо. — Так или иначе, мы все горим».
В коридоре он чуть нос к носу не столкнулся с лакеем, которого учил разбираться в алкоголе. Тот тут же согнулся в поклоне.
— М-милорд, я принёс вам, как вы п-просили…
Сильвен на всякий случай проверил маску — нормально держится, всё хорошо. Допустим, бедняга мог испугаться дракона, тем более, огненного, как Итан. А милаху Дерека зачем бояться?
— Ну так давай. — Сильвен забрал бутылку, посмотрел на этикетку. — Хм, неплохо. Нормальный вискарь… Слушай, чего ты дрожишь? Я настолько страшный?
— Н-нет, — выдавил лакей и при этом так посмотрел на закрытую дверь столовой, что Сильвен всё понял.
— Хозяин твой, значит, страшный? — И тут же не удержался, добавил: — Да что он тебе сделает? Без премии, что ли, оставит?
Ну правда: что можно сделать слуге-человеку? Это же не дракон — существо по определению бесправное. «Впрочем, нет, сейчас уже с правами», — мысленно добавил Сильвен и поморщился. Всё-таки Роберт идиот.
— Простите, господин, вам нужно что-нибудь ещё?
Сильвен перевёл взгляд на лакея. Мальчишка ещё совсем…
— Ты хоть совершеннолетний?
Лакей посмотрел в ответ на Сильвена и пролепетал:
— Д-да…
— Умница. Тогда проводи меня на веранду. Есть же здесь веранда?
— Конечно, м-милорд. Т-только т-там сейчас сыро… — Лакей отчего-то стал заикаться ещё сильнее.
— Сойдёт, — буркнул Сильвен. Дождь он не любил, как и воду в принципе. Он всё-таки нормальный огненный, а не… Как Эсвен, например. Но сейчас дождь помог бы остудить голову. В том числе и буквально. — Ну? Веди.
Веранда у Виктора Мариса, как и весь дом, была пафосной и просторной. Сильвен даже вспомнил ту обидную для мужчин теорию одного психоаналитика, который уверял, что некоторые компенсируют недостаток размера в одном деликатном месте гигантоманией.
— Мда… Похоже, у Мариса он тогда совсем маленький, — пробормотал дракон, оглядываясь.
Просторная, ха! Громадная и совершенно пустая. А ещё мокрая — на мраморном полу лужи были по щиколотку. В них отражался чёрно-белый, в шахматную клетку потолок, тоже мраморный. Интерьер (если пустоту можно назвать таким громким словом) освежали только три колонны в том скучном классическом стиле, который, похоже, так любил Виктор.
Ах да, и статуэтка матери Единого бога — Девы какой-то там, Сильвен был не силён в теологии. Симпатичная — статуэтка, о Деве дракон того же сказать не мог, она стыдливо закрывалась платком — и тоже мраморная. Её зачем-то упрятали в нишу стены слева от входа.
— Мило, — пробормотал Сильвен, ёжась.
Дождь стих, зато поднялся ветер, и зло швырял холодные капли прямо в лицо. Сильвен даже вспомнил, что Эртен находится на севере Каэлии, а не на тёплом благодатном юге. Надо же, выходит, раньше ему с погодой просто повезло?
— М-милорду н-нужно чт-то-нибудь ещё? — промямлил лакей, замерев в дверях.
Сильвен обернулся и смерил его удивлённым взглядом.
— Нет. Иди.
И только когда мальчишка с облегчением вздохнул и убрался, плотно закрыв за собой дверь, до Сильвена дошло, чего тот боялся. Он же видел Дерека, а этот кретин знаменит своим сластолюбием! Бедняга слуга, верно, подумал, что с ним бог весть что сейчас будут делать.
Хохотнув, Сильвен опёрся на ближайшую колонну и откупорил бутылку. Повернулся к Деве, подмигнул.
— Ну что, крошка, за моё здоровье?
Завибрировал браслет, на котором высветился номер Лианы — секретный, которым она не должна была сейчас пользоваться. И сообщение:
«Ответь. Моему. Мужу. Придурок!»
«Да пошла ты», — бросил ей Сильвен и залпом выпил полбутылки. Если королевской чете нужна ручная собачка, то есть, дракончик, пусть, вон, Эсвена зовут. Или… Да кого угодно, любой будет рад занять место фаворита короля. «А с меня хватит».
Сильвен подставил лицо ветру и зажмурился. Какого чёрта! Он угрохал лучшие годы своей жизни на этого неблагодарного… идиота! У которого долг и… И ещё уйма вещей на первом месте, а другу, между прочим, единственному, приходится плестись в конце и довольствоваться крохами королевского внимания. «Разве я это заслужил? — думал Сильвен, сжимая кулаки. — Нет! Я был ему предан! Я оберегал его, я убивал для него! Я всю, всю свою жизнь посвятил ему, а он!.. Ну всё, хватит! Он меня не ценит — прекрасно! Я буду сам по себе. Что я, правда, как ревнивая жена, которой изменили. Дракон я или нет?»
 
Мысли были странные — как будто не его. Как будто их Сильвену внушили. Если бы он не знал, как работает эмпатия, заподозрил бы Эмму. Но даже сильнейший эмпат в истории — кстати, дракон — не был способен на такое. Забрать печаль, грусть превратить в радость, вернуть покой — это да. Но мысли эмпаты не читают и уж тем более не внушают.
Сильвен допил виски — в ушах приятно зашумело, но не более. Напиться бы сейчас… А, впрочем, чего ради? Напьёшься — перестанешь себя контролировать. «Нет уж, я закончу то, зачем сюда приехал, — в который раз подумал дракон. — Нужно это Роберту или нет… Это нужно мне. Я дракон и, чёрт возьми, не хочу на острова! Мне нравится Каэлия. Я хочу здесь жить свободным. Имею, мать вашу, право!»
«Сильвен, да что с тобой такое?» — завибрировал браслет. Писала снова Лиана.
«Отвали, я занят», — набрал Сильвен, сделав мысленную пометку поговорить с королевой. А впрочем, нет — зачем? Достаточно будет просто узнать, всё ли с ней в порядке. Потому что у Роберта — спасибо его идиотизму — сейчас врагов хватает, а шантажировать короля, особенно каэльского, супругой — милое дело. Половина всех террористов в истории именно так и поступали.
«Лиана этого не заслужила, — думал Сильвен, катая пустую бутылку по полу. — Пусть спокойно родит, пусть вырастит принца-дракона. И будет нам всем счастье — в смысле, драконам. А что? Это же так».
Дождь усилился. Сильвен откинул мокрую чёлку со лба, тряхнул руками — с них капало. Посмотрел на тонущий в тумане сад. Тонко пахло розами и ещё чем-то сладким… Жасмином, что ли?
Сильвен отвернулся и подумал, что пора бы вернуться в столовую, попрощаться с Марисом, сходить, кстати, на источники… Например, завтра. А что? Чешуя, вон, сыпется — хорошо натопленная сауна наверняка поможет не только расслабиться, но и кожу в порядок приведёт. Ах да, и найти сговорчивую девицу… Где-нибудь подальше от Эртена. Ха, да любая в каком-нибудь клубе будет не против.
Потом сквозь шум дождя до Сильвена донёсся странный шум: как будто уронили что-то тяжёлое. Или нет — несли что-то тяжёлое, затем хорошенько ударили им о стену. Сильвен поморщился и пожал плечами: мало ли, что там слуги делают. Не его забота.
Но вслед за этим раздался всхлип — такой тихий, что не будь Сильвен драконом, не услышал бы.
Он огляделся. В галерее — в крыле напротив, которое хорошо просматривалось с веранды — точно кто-то был. Сильвен потянул носом, но из-за дождя запахи смазались. В конце концов, он дракон, а не охотничья собака, у него тоже есть свой предел.
Уже стемнело, но силуэт Сильвен видел хорошо. Точнее, силуэты. Что… Что они там делают?
Всхлип повторился. Сильвен поморщился, потом вздохнул — ну да, драконы любопытны, ничего не поделаешь — и перепрыгнул через перила в сад. Подкрасться и посмотреть труда не составит. Интересно же. А когда дракону интересно — это чувство сравнимо с голодом. Голодать же Сильвен не привык.
Влажная земля неприятно чавкала под ногами, брюки, там, где по ним хлестали листья, промокли, ботинки быстро запачкались. Но Сильвену было весело: он чувствовал себя драконом, который выслеживает добычу. Давно он в охоту не играл — с самого детства с Робертом…
Приблизившись к стене галереи, Сильвен недолго думая опустился в грязь на колени — так слушать удобнее, и из-за куста роз его не будет видно. К тому же, какой идиот будет прятаться в розах — там же шипы!
А если кто и заметит — всё равно решат, что это Дерек Милосский развлекается. В череде его самодурств подслушивание в саду станет безобидной шалостью.