Дракон, который боялся летать (СИ)

Силь по привычке проверил браслет Роберта — король тоже ещё не ложился. Если через час не уснёт, Лиана дождётся гневного сообщения. А потом Силь, если надо, сам… Впрочем, нет, не сам, но слуг вздрючит так, что те как миленькие и короля, и королеву уложат. И к чёрту срочные дела, если Роберт не будет нормально спать, у него снова начнётся мигрень, а там и до какой-нибудь неизлечимой болячки недолго. Нет уж, Сильвен подобного не допустит.
— Узнал что? — недовольно пробормотал он, не глядя в сторону заместителя. На «ты» они, конечно, перешли давно, но их отношения за время работы нисколько не потеплели. Сильвен предпочитал ни с кем не сближаться. Одному проще.
— О взрыве. Как ты узнал? — Теперь Эсвен повернулся, попытался поймать его взгляд.
— Никак.
— Никак? Ты что же, вытащил королеву, потому что…
— Что-то было не так, я это почувствовал. — Сильвен замер. С какой стати он оправдывается?
— Почувствовал, — повторил Эсвен. И посмотрел на дракона очень внимательно, очень выразительно.
Сильвен нахмурился. А потом чуть не зарычал:
— Ты что, меня подозреваешь?
Эсвен склонил голову.
— Ты не любишь королеву.
— Я не… — Сильвен осёкся. — Зато я люблю короля. И уж кто-кто, а ты!..
— Да, это и не сходится, — вздохнул Эсвен. — Ты бы ни за что не поставил его жизнь под угрозу.
— Да кто бы говорил! — не выдержал Сильвен. — Расскажи мне о преданности, давай! Бывший террорист.
Эсвен пожал плечами.
— Бывший. Моя мать во власти короля. Моё благополучие и благополучие всех драконов тоже во власти короля. Умрёт он, и нас снова лишат крыльев. Я же не идиот.
— Да? А вот это под вопросом! — рявкнул Сильвен.
Ему очень хотелось выпустить пар, но Эсвен, как назло, склонил голову, показывая, что признаёт его силу.
Тогда Сильвен процедил:
— Я бы не причинил Лиане вреда. Она хорошая девушка… драконица.
— Сильная, — кивнул Эсвен, который два года назад эту силу ощутил на собственной шкуре. Лиана чуть его не задушила, прорываясь к своему ненаглядному, который в тот момент изображал спящего принца в гробу.
Но это в прошлом.
— И ни одной зацепки, — пробормотал Эсвен. — А если серьёзно, как ты понял?
— Я столько покушений пережил, у меня нюх, — огрызнулся Сильвен.
В наушнике раздалась мелодия звонка, и на линзе дополненной реальности появилась фотография главы оппозиции, графа Лавлеса. Сильвен скривился.
— У меня тоже нюх, — сказал вдруг Эсвен. — И он говорит: это был маг.
Сильвен поднял брови. Отвечать на звонок дракон не спешил — сейчас Лавлес завалит его своими логичными теориями. Пусть лучше будет Эсвен со своим нюхом.
— Ты знаешь, я их тоже не люблю, но…
— Но кому ещё это выгодно? — отозвался Эсвен.
Сильвен выдохнул. Выгодно было много кому — от излишне ретивых «соседей» до несогласных внутри страны. И последних после освобождения драконов хватало.
Но Эсвен был прав: маги среди этих несогласных оказывались первыми. Ещё бы! Без драконов многие из них не могли колдовать. И теперь этих самых драконов король у них отобрал. Нет, запрета на сотрудничество не было, но сейчас волшебники вынуждены были платить тем, кого раньше считали своей собственностью, вещью. А если вспомнить про налог на амулеты и артефакты, которого отродясь в Каэлии не было, но с приходом к власти Роберта появился… Да, маги должны были короля ненавидеть. Тот весьма усложнил им жизнь, только-только усевшись на трон.
— Поговорю с Джереми, — пробормотал Сильвен. Верховный маг вряд ли что-то знал, но… Мог узнать.
Лицо Эсвена ожесточилось.
— Сжигать их надо, а не разговаривать. Всех. После того, что они с нами делали…
Сильвен снова оскалился.
— А давай я тебя сожгу? За дельное предложение?
Огонь кипел в крови, требовал выпустить — Сильвен боялся в такие минуты загореться, как когда-то… Всего-то два года назад. До того, как Роберт снял с него рабскую печать.
Но Эсвен снова склонил голову. И даже улыбку себе не позволил, а то Силь бы всё равно ему врезал. Помнил, сволочь, как в первые дни совместной работы Сильвен устроил ему тёмную — на одном из заданий, в горах, далеко от столицы и вообще городов. Тогда Эсвен был не против. Тогда он скалился, смеялся и тоже горел.
 
Тогда они очень быстро выяснили, что Сильвен сильнее. Эсвена даже бить было неинтересно. И горел он, ха… Неделю потом был ни на что не годен.
Сильвен вспомнил и отвернулся. Ребячество — дракон из Эсвена, может, так себе, зато голова варит. Чем сам Сильвен похвастаться не мог. Честный, преданный, сильный, знакомый с политикой от и до — вот и все его достоинства. Да, Роберт говорил, что он себя недооценивает, но… Не было у Сильвена той гибкости ума, которой обладал тот же Эсвен. Потому последнему и удалось когда-то организовать заговор, который вполне мог увенчаться успехом. Сильвену оставалась только верность. Качество, похоже, ещё более редкое, чем коварство.
— Совещание завтра в девять, — бросил Эсвен, чуть погодя. — То есть, уже сегодня.
Сильвен скривился и всё-таки принял звонок Лавлеса. Третий по счёту.
Роберт отправился спать во втором часу ночи. Сильвену всё-таки пришлось пригрозить кое-кому из слуг. Лиана давно дрыхла. Работы на месте взрыва велись, число жертв постоянно менялось — в большую сторону. Теории строились. Сильвен успокоился, когда поднял по тревоге безопасников по всей стране и заставил прошерстить таможенников и пограничников. Что ж, если террорист был не из Каэлии, домой он уже точно не вернётся.
Больше ничего дракон сделать пока не мог.
Дворцовую стражу он проверил лично — и в третьем часу ночи почувствовал, что ноги дрожат, а крылья ломит. Голова закружилась, перед глазами снова появился задыхающийся Роберт — Сильвена накрыло запоздалой паникой. В тот момент он был в коридоре и прислонился к гобелену — наверняка жутко древнему, — закрывая глаза. Надо поспать. К чёрту всё. Надо поспать, или завтра он будет ни на что не годен.
— Да чтоб ты в аду горел, мерзавец похотливый, — прошипел кто-то рядом, и дракон вздрогнул.
Посреди коридора стояла красавица леди Илия и с раздражением стаскивала с себя туфли на высоченных шпильках.
— Чтоб у тебя руки… Кто здесь?
Сильвен выпрямился. Леди Илия выглядела неважно: кожа под макияжем посерела, у глаз обозначились морщинки, уголки губ опустились, руки дрожали не то от выпитого вина, не то от ярости.
Леди подслеповато прищурилась и выдохнула:
— А, это ты, Силь. Извини, я тебя не заметила.
Дракон усмехнулся.
— Тяжёлый день?
— Скорее, вечер. Этот стрерский герцог, чтоб у него там всё отсохло!
Сильвен усмехнулся. С герцогом сегодня встречался Роберт — значит, оставил на Илию, когда…
— Я ему пальцы чуть столовым ножом не отхватила, — свирепо сообщила Илия.
— Да брось, — Сильвен подошёл, встал на колени, убрал руку леди от ремешка туфли и осторожно отстегнул замочек. — Столовые ножи тупые.
— Думаешь, я бы не справилась? — фыркнула Илия. Потом тише добавила: — Спасибо. У тебя ведь тоже был жуткий вечер. Я слышала…
Силь отмахнулся — мол, не продолжай.
Илия кивнула, потом, когда дракон поднялся, заглянула ему в глаза.
— А может… Забудем про всё это, а? У меня тут комнаты недалеко.
«У меня тоже», — подумал Сильвен и окинул Илию задумчивым взглядом.
Конечно, они раньше уже спали вместе. И не раз. В конце концов Сильвен был огненным драконом, а Илия… Илия как-то призналась, что секс для неё — лучший антидепрессант.
— Хочу забыть об этом мерзавце, — добавила она.
Сильвен медленно покачал головой.
— Прости. Не сейчас. Мне надо выспаться.
Илия ничуть не обиделась. Она кивнула:
— Понимаю.
И, подавшись вперёд, быстро чмокнула Силя в щёку.
— Я рада, что ты жив.
Силь подумал потом, что политика — это прекрасно, но надо стрерского герцога проучить. Драконьи мысли, конечно, однако… «Нечего лапать наших женщин!»