Наследница. Страж моего сердца (СИ)
― Ладно. Поможете мне?
― Конечно.
Меня уже выкатывали из дверей, как она остановила кресло и присела напротив меня, поправляя воротник на подранном пиджаке:
― Вы же не расскажите о нашем разговоре?
― Это будет нашей тайной, — и я сделала такой же жест, как тогда Дмитрий в номере: взяла ключик из воздуха закрыла на него рот и выбросила куда-то вдаль.
― Прекрасно!
Она отвезла меня в холл, где двое полицейских разговаривали с Пати. Я забеспокоилась, не увидев у нее в руках дракона, но он стоял на полу, часто перебирая лапками, словно ему что-то мешает устоять на одном месте. Конечно же, он был все еще в обличие Пиппо.
― Синьоры, вот наша пациентка. А мне пора. — она быстро зашагала в обратном направлении.
Надеюсь, она сдержит свое слово и у Лорда, действительно, есть два дня или хотя бы один. Нужно срочно, что-то предпринимать…
― Мийка, они мне тут допрос устроили: откуда ты родом, где вы с Лордом познакомились, почему живешь у меня и что делала вчера ночью.
― Синьорита Патриция, — один из полицейских посмотрел на нее очень недоброжелательно, а на меня подозрительно.
― Ах, точно, еще спрашивали про твои документы.
― Синьорита Патриция, — тон стал еще более серьезным, ― эти вопросы мы хотели бы задать лично Синьоре Мии.
― Да? Ой, простите, я и подумать не могла. Я такая болтушка. Порой болтаю и болтаю и даже не отдаю себе отчета…, — понимала, что Пати спасает меня и тянет время, чтобы я что-нибудь придумала. Но что?
― Синьорита, — вмешался второй, ― мы все поняли. Позвольте, поговорить с вашей подругой.
― Да, да…
― Синьора Мия, давайте отойдем в другое место и поговорим, — указал жестом на дальний диванчик в холле. ― Я помогу вам.
Только он встал, чтобы взяться за ручки кресла, как Пиппо, то есть, Лутиан начал скулить и свалился на пол, вывалив язык из пасти.
― Лути, что с тобой, — я сползла на пол к дракончику и начала его тормошить, ― Лутиан, очнись!
― О боже, что с псом случилось? — Пати села рядом со мной.
― Синьора Мия, мы не располагаем временем, нам нужно задать вам несколько вопросов.
― Вы что ослепли? — Пати встала и уперлась руками в бока, ― У нас пес при смерти, а вы со своим дурацкими вопросами лезете.
Пока Пати говорила с полицейскими, Лути открыл один глаз, лизнул мне руку и вновь вывалил язык. Ты ж мой маленький спаситель. Я вспомнила про предательство Дмитрия, глаза стали влажными и я обернулась к полицейским:
― Это подарок от супруга и, возможно, единственное, что останется от него. Он мне очень дорог. Мне не до ответов на вопросы. Ничего не могу поделать. Нужно спасать песика.
Схватила Лути в охапку и сильно прижала к себе. Когда услышала усиленное фырчанье, поняла, что переборщила и ослабила хватку.
― Когда мы сможем с вами переговорить? — прикоснулся к плечу и заглянул в глаза.
― Может быть завтра? У меня муж, пес, нога…
― Понимаю, синьора. Мы свяжемся через вашу подругу, раз уж у вас нет телефона, — обдал Пати укоризненным взглядом и недовольно покачал головой, ― Но прошу вас, приходите одна для дачи показаний и не покидайте остров.
― Хорошо, — сколько же сложностей в этом мире. Лорд был прав: без документов, друзей и денег ты можешь пропасть бесследно.
Полицейские ушли, и Пати опустилась ко мне:
― Мийка, как наш пес? — песик Лутиан сразу ожил и лизнул ее в нос, ― Я его просто обожаю!
― Помоги мне сесть, пожалуйста!
― Да, конечно, обопрись-ка на меня. Вот так, отлично. Мийка они ж не отстанут. Где будем прятать тебя? Может, у Фабио в отеле?
― Есть дела еще более серьезные, чем это.
― Что?
― Лорда хотят пустить на опыты.
― Чт-т-о-о? Как так?
Я увидела, что к нам очень близко подошел мужчина в белом халате:
― Вы, что нас подслушиваете?
― Пришлось, простите. Давайте отойдем… отъедим чуть дальше. Мне нужно вам кое-что сказать.
Мы переглянулись с Пати и Лути, и направились в сторону окна:
― О чем вы хотели сказать?
Я видела, что молодой человек волнуется и оглядывается по сторонам, стараясь говорить как можно тише:
― У меня для вас кое-что есть, — запустил руку в карман, сглотнул и вынул оттуда белый сверток. ― Возьмите, — протянул мне. Я хотела сразу раскрыть его, но парень накрыл мою руку своей. ― Прошу не здесь. Здесь это может быть опасным.
В разговор вмешалась Пати:
― То есть, вы предлагаете унести сверток с собой и открыть его там, где нет людей? Вы в своем уме? Показывайте, что у вас там.
Он замахал руками:
― Нет, нет, прошу, только не здесь. Умоляю, это может плохо кончиться для нас всех.
― Для кого для нас? — я взглянула в его перепуганные глаза.
― Для Рэдинийцев…
― Кто вы такой? — попыталась встать, но он надавил мне на плечо и заставил сесть обратно.
― Я ваш друг. Меня Дмитрий послал.
― Дмитрий?
― Димка? Так он что же одумался и вернулся? А, где сам-то?
― Он жив? — я смотрела на парня с мольбой в глазах и желала услышать «да».
― Об этом я не знаю, синьора, — выпрямился и стал с деловитым видом разговаривать с нами о каких-то витаминах для моих костей. Я обернулась и увидела мимо проходящих врачей. ― А теперь вам пора. Откроете и можете возвращаться, но желательно ночью. Буду вас ждать здесь.
― А где сам Дмитрий? — я не собиралась его отпускать, пока не скажет правду.
― Синьора, я, действительно, не знаю. Мне пора, извините. — одернул мою руку и зашагал в сторону коридора, завернул за угол и скрылся.
― Мийка, ты что-нибудь поняла?
― Ни капельки.
Пиппо… Лути мордочкой тыкал в сверток:
― Думаешь открыть? — обратилась я к нему.
Он заскулил и начал показывать всем своим видом, что ему нужно на улицу: смотрел в окно и шумно дышал, высунув язык, словно в больнице жарко. Потом соскочил с моих рук и побежал к выходу, периодически лая, тем самым зовя нас за собой.
― Вперед за псом, Мийка. Он у нас сокровище просто.
― Это точно. Но я не могу все время кататься на этом кресле. Удобно, не практично.
― Пес подожди. И ты Мийка, тоже. Пати Гатти сейчас все организует.
Отошла к высокому овальному столу и начала разговаривать с девушкой за ним. Буквально через минуту та вынесла мне какую-то двурогую палку с верхушкой.
― Держите, синьора. Извините, что заставила вас ждать. — девушка мило улыбнулась и вернулась за стол.
А Пати с улыбкой победителя подошла ко мне.
― Что это за странная палка?
― Костыль.
― И зачем она мне? У нас с такими однорогими палками — посохами дедушки ходят для солидности, но никак не молодые девушки.
― Мийка, ты попробуй. Давай, я тебе помогу.
Я кое-как встала. Пати подставила мне эту двурогую палку подмышку и сказала «иди». Легко сказать, но… А нет, очень даже удобно и маневренно, не то что в кресле на колесах.
Сверток я прижимала второй рукой к груди. Возможно, там весточка от Дмитрия, но к чему столько таинственности?
Пиппо-Лути быстро шел впереди нас и не собирался останавливаться. А я не собиралась перечить ему, дракончик знает куда идти — это точно.
Остановился он возле одной из машин с красной полосой и начал лаять.
― Эдуард похитил меня, скрываясь в такой же машине. Я не пойду. Лути, зачем нам туда?
― Мийка, я не ослышалась, ты пса Лути называешь? Почему?
А можно ли ей доверять до конца? Я смотрела на Пати и не понимала, что ответить. Сейчас или никогда:
― Пати, ты сказала, что мой след взял Пиппо? Неужели он бежал все это время за машиной? Таормина далеко и, возможно, отсюда до нее только по воде можно добраться. Скажи, откуда ты поняла, что я там в доме Эдуарда?
― Мийка, ты меня подозреваешь в предательстве, что ли?
― Эдуард сказал, что ты… выбрала его, а не меня.
― Вот, подонок! Мийка, ты поверила ему?
― На несколько минут да, но я не хочу в это верить. Ты мне, правда, очень дорога, как подруга, — все то время, пока мы с Патрицией говорили, пес-дракон не унимался и лаял возле машины.