Наследница. Страж моего сердца (СИ)

― Вот то был человек, властелин! Но и его сгубила женщина, он просчитался. А я нет! Меня никто не погубит: не ты, не твоя подружка. Женщина должна бояться истинного мужчину, — выбил из моих рук светильник и подошел практически вплотную, ― один его запах должен наводить на нее трепет и страх. Она обязана падать в ноги, — больно схватил за шею и толкнул вниз, ― и молить о пощаде, вылизывая его ботинки. Ты будешь такой у меня: покладистой, тихой, и готовой…, — с силой схватил меня за шиворот и притянул к себе, ― на все, что я пожелаю! Не могу от тебя отказаться, даже после того, как ты сглупила и отдала медальон. В тебе чувствуется королевская кровь и это будоражит мои фантазии, наследница престола!
Опять прикоснулся к моей щеке и провел языком. Я отвернулась, он схватил мое лицо и сдавил словно кусок глины:
― Мне больно, — процедила я пытаясь отпихнуть его, как можно дальше и желательно навсегда.
― А это хорошо! Только через боль женщина становится истиной для своего господина! Кричи, Миана! Кричи громко, чтобы я смог насладится тобой сполна! Кричи!
И я начала кричать: так, что от неожиданности он отскочил, как от огня. У меня сильные легкие и громкий голос, если я позволю ему звучать. А дальше я и сама не поняла, что произошло. В окно начала долбить огромная птица похожая на олушу, потом к ней присоединилась вторая и стекло разлетелось вдребезги.
― Чертовы птицы, чертова дочь короля Меналда. Ну, все, все, все! — он примирительно поднял руки вверх. ― Больше я вашу хозяйку не трону.
Птицы сидели в оконном проеме и недовольно гоготали. Я начала пробираться в сторону окна, и благодарить Великого Дракона за посланную помощь. Подошла к пернатым спасителям, погладила их по грудке и услышала звук подобный повизгиванию довольного щенка. Вдруг одна из птиц вытянула шею и издала устрашающий протяжный звук, я обернулась: Эдуард попытался сделать шаг ко мне.
― Ни-ког-да! Не смейте даже думать в мою сторону.
― Без птичек ты была скромнее, — я видела в его глазах злобу и совершенно неуместное удовольствие, одновременно.
― Птицы это часть меня.
Мне повезло, что мы находились на первом этаже — я перелезла через окно и спрыгнула. Птицы оставались сидеть и шипеть, пока я не отошла на расстояние в несколько десятков шагов, а после взмыли вверх и скрылись за облаками. Куда мне двигаться теперь, я совершенно, не понимала. И пошла быстрым шагом в противоположную сторону от дома чудовища.
Пробираться пришлось по скалистой местности. Я решила, что мне обязательно нужно найти медальон. Помнила, где мы изначально оказались с Лутианом, но совершенно не понимала, как мне туда добраться. Несколько раз пробовала растирать ладони, чтобы понять, есть ли во мне магия, но ничего не происходило — голубые огоньки не появлялись, а значит, действие горькой воды еще не прошло. Неужели Дмитрий, действительно, был против меня и все его слова о любви — ложь? А Пати? Я была так счастлива, что у меня появилась подруга. Неужели она все это время предавала меня и играла за моей спиной? Еще в детстве папа рассказывал мне, что истинную королеву Рэдинии защищают не только драконы и медальон, но и птицы. Но я никогда не делала, так, чтобы узнать правда ли это. Я истинная королева своей страны. Какое же это сча-а-а…
Как же больно! Опять заблудившись в мысленном лесу, я оступилась ногой и проскользнула вниз по скале. Наверное, подвернула лодыжку или даже сломала. А еще ободрала локти и ладони. И это несмотря на то что на мне был пиджак из грубой ткани. Боль очень сильная! Что же меня красавки не спасли? Я трясущимися руками сняла красавку — нога была красная и, казалось, распухает на глазах. В тот раз меня спас Дмитрий, а кто сейчас? Никто, кроме меня самой. Дмитрий и Пати — люди, которые, возможно, предали меня, говорили, что у меня волшебные руки. Но скорее всего, они волшебные с магией. А без нее?
Начала растирать ногу, пытаясь повторить те же движения, что делал Дмитрий. Мысленно я собрала боль в одну точку и поместила ее вне тела, чуть выше ступни — это дало мне возможность сосредоточиться на травмированном месте, не сбиваясь вибрацией боли. Спустя несколько минут боль начала стихать, но я продолжала растирать сустав. Опухоль не отступила, а вот цвет ноги стал бледнее. Я попыталась встать, но бессмысленно — боль, словно удар ножом, раздалась по всему телу. Может, стоит начать кричать, чтобы птицы прилетели вновь? Но моей жизни ничего не угрожает. А еще, я не знала, ищет ли меня Эдуард. И если да, то мне нужно быть предельно тихой. Высоко в небе что-то пролетело надо мной. Это была не птица, а что-то очень шумное. Я видела такое дважды: когда мы ходили с Дмитрием по магазинам, и когда была у Пати дома. В первый раз не спросила что это, потому как возник Эдуард на еще более шумной штуковине под названием мотоцикл. А второй раз был рано утром, и я просто спряталась с головой под подушку.
 
Потом шум стих и я долгое время смотрела вдаль на море. Идти не могла, поэтому созерцала красоту этого необычного мира. Возможно, очень скоро я отправлюсь домой в Рэдинию. Кровь для Лорда я достать не смогу, и, скорее всего, он погибнет. А значит… значит, больше не угрожает нашей стране. Поэтому я найду медальон и попробую вернуться домой. Но ведь он единственный наследник Красного Дракона, как же я могу дать погибнуть ему? А ведь, не единственный! Если Эва дочь Эдуарда, значит, она продолжательница их рода. Что же мне делать? Как бы хотелось с кем-то посоветоваться: с мамой, отцом, Дмитрием, Пати… Но рядом никого…
― Ну, как же никого, я всегда с тобой!
Я вздрогнула от голоса, которого так давно не слышала — Лутиан!
Глава 23
Обернулась. Около меня стоял Пиппо и моргал своими глазками-пуговками:― Пиппо? Лути?
― Конечно же, это я принцесса!
Я схватила пса в охапку и начала целовать, он повизгивал от удовольствия и фырчал.― Как же я соскучилась по тебе! Все это время ты был рядом, но почему молчал?
― Тс-с-с-с…
― Мийка, ну, наконец-то мы тебя нашли. Она здесь!
Сверху, балансируя на камнях, спускалась Патриция, а за ней двое полицейских. Я смотрела, как отважно Пати пробирается ко мне и у меня покатились слезы — Я знала, знала, что ты меня не предашь!
― Пати, как вы нашли меня?
― Птичка моя! — она обняла меня очень крепко и даже чуточку придавила Пи… Лутиана. Это мы поняли, когда он протяжно завизжал. ― Мийка, так это пес нас привел. Я ждала у больницы, а тебя нет и нет. Я всех полицейских на ноги подняла. Потом сгоняла за Пиппо в надежде, что он возьмет твой след. Нет, ну от маленького пса больше пользу, чем от пятерых полицейских…
― Синьора, как вы себя чувствуете? — ко мне подошла женщина-полицейский и начала внимательно осматривать мои подранные локти и ладони. ― Вас кто-то ранил?
― Нет, нет. Я просто вывихнула ногу или сломала. Я не знаю.
Она коснулась моей ноги — боль была, но уже не такая сильная:
― Скорее всего, это растяжение. Вы можете идти?
― Я пробовала встать, но у меня ничего не получилось.
― Сообщи в больницу, что мы будем в течение получаса, — сказала она второму полицейскому, который остался наверху. Так болит?
― Да, да очень! — лучше бы она мне так ногу не поворачивала.
Потом достала такую же штуковину, которой меня уколола та девица и поднесла к ноге:
― Нет, нет, нет! Не нужно меня колоть ничем. Я от этого теряю силы.
― Это обезболивающее. Без него вы по камням не подниметесь. И спустить я вас не могу. Будет не больно, обещаю.
Я взглянула на Пати — она кивнула, потом на Лутиана — он моргнул глазками.
― Хорошо, колите, — я отвернулась, чтобы не видеть. И закусила руку, предвосхищая боль в ноге.
― Пробуйте встать, синьора.
― Вы же сказали, что сначала нужно сделать укол.
― Я уже сделала. Давайте, обопритесь на меня и подругу.
Подруга — у меня все-таки она есть!
Я с «айканьями» поднялась на ноги, точнее, на одну здоровую. И мы кое-как начали взбираться наверх. Лути бежал впереди нас, мастерски перебегая с камня на камень. Это, действительно, был он — мой любимый дракончик.