Наследница. Страж моего сердца (СИ)

― Эва? — я чуть слышно произнесла имя, и малышка на меня обернулась.
― Девочка моя! — Пати кинулась к ней, девчушка даже не успела оглянуться, как она прижала ее к себе и начала целовать в голову. ― Эва, детка! Как же я по тебе скучала.
― Мама, — девочка развернулась и крепко обняла за шею.
Пиппо подошел ко мне и сел. Старушка смотрела на маму с дочкой, и мне даже показалось, что у нас одновременно покатились слезы:
― Я и подумать не могла, что ее мать так близко.
― Как она у вас оказалась? — Пати продолжала держать девочку в объятиях и повернулась к нам. Девчушка довольно улыбалась и смеялась от очередного звонкого поцелуя.
― Сын попросил посидеть с ней. Хоть она ему внучка не родная, но он ее любит.
― Сын?
― Игнасито, — старушка сказала это так, будто мы должны его знать.
― А где ее отец? — глаза Пати стали беспокойными, она прижала девочку еще ближе, и та заплакала. ― Спинка до сих пор болит, да милая?
― Дя, — девчушка закивала головой в знак согласия.
― Моя маленькая! Мама тебя больше в обиду не даст. Я ее забираю с собой!
― В каком смысле «с собой»? Вам ее никто не отдаст.
― Я ее мать.
― Вижу вас впервые, — возмущалась старушка. ― Пса забирайте, а девочку я вам не отдам.
― Но вы же сами недавно сказали «подумать не могла, что ее мать так близко», значит, вы знаете Патрицию?!
Посмотрела на меня недобрым взглядом:
― Ну, хорошо, хорошо! Я вас узнала, когда на свету увидела. И малышка вас знает. Это все Дмитрий…, — мое сердце бешено заколотилось, когда услышала его имя, ― привез вашу фотографию, и Эда убедил, чтобы девчушка знала свою маму.
Пати зажмурилась и подняла голову, будто мысленно проговаривала ему благодарность.
― Прошу вас, отдайте мне дочку. Или вы Эдуарда боитесь? Понимаю, он бывает очень скверным.
― Этого прохвоста я не боюсь, но ребенку нужен должный уход. Тут у нее кроватка специальная и мази. А со вчерашнего дня температурит, даже врача вызывала.
Теперь я поняла, почему мы встретили здесь Алессандро, он приезжал к девочке.
― Тогда я останусь с ней. Не уйду без нее и не оставлю больше.
― Право ваше Патриция, вы мать и я уважаю решение.
― Когда Эдуард вернется? — Пати гладила малышку по спине и та начала засыпать на ее руках.
― Через пару дней. Игнасито попросил помочь с продажей дома в Венеции. Должен был вернуться раньше, но задержался.
― Он переезжает сюда, — меня охватил гнев, когда вспомнила жестокость по отношению к себе и усмешку по поводу Дмитрия. Больше я не чувствую к нему ничего. Наверное… Только бы не чувствовала, когда он будет рядом.
― Нет, но ему нужно быть здесь неопределенное время по рабочим вопросам, как он сказал. Поэтому мы с девочкой в этом месте, и ждем его. Он дочку надолго не оставляет. Что тут скажешь — родная кровь.
― Родная кровь?! Конечно же! Патриция мне нужно срочно ехать в Венецию к Эдуарду.
― Мийка, зачем? — она сидела и укачивала малышку — это так мило, но придется нарушить идиллию.
― Он может спасти Лорда. Возможно, у них одинаковая кровь.
― А вы кто будете ему?
Старушка посмотрела на меня, как-то очень подозрительно.
― Я Мия… Миана, его знакомая.
― Хороша знакомая. Чего же вы с ним не живете после свадьбы, Мия Алмазова?
― Он вынудил меня жениться. Силой заставил подписать брачный договор. Я за него не выходила замуж. И с удовольствием расторгну договор! — и с Лордом тоже.
― Ну и слава богу. Ненадежная вы, знаю, что якшались с его братом.
― Я любила… люблю его брата!
― Это тоже хорошо. Эд не плохой, но уж слишком задиристый и жаждущий прославится. Не знаю уж, кто его родители были, но сыновья у них словно две противоположности.
― А вы знали его родителей?
― Нет. Игнасито и Виттория взяли мальчика из детдома. Второго им не отдали, потому что его то забирали приемные родители, то вновь возвращали в приют. На тот момент он, вроде как, был у какой-то пары. Чего его возвращали, ума не приложу: он хороший мальчик.
― Он замечательный! — на глазах выступили слезы. Что же я буду делать без тебя здесь?
 
― Мийка, не плачь! Мы найдем Димку, вот увидишь.
― А, что Дмитрий вновь исчез?
― Он делал это часто?
― Все время то исчезает, то появляется словно ниоткуда. Патриция, вы положите девочку в кровать, устали, наверное, держать ее?
― Нет, я не устала. Мне так хорошо с ней. Мийка, ты серьезно хочешь поехать в Венецию, чтобы поговорить с Эдом насчет Лорда?
― Серьезно! Потому как Лорд — это может быть то единственное, что осталось от Димы. Их глаза похожи и сегодня он посмотрел на меня так, как это делал только один человек. Я не смогу полюбить Лорда, но я хочу иметь возможность смотреть в его глаза.
― У них, действительно, красивые глаза, как и у моей девочки! — Пати сильнее сжала малышку, та открыла глазки, повернула личико к маминой груди и вновь заснула.
― Мия, Эдуард не слишком хорошо о вас отзывался. Вы уверены, что хотите поехать?
― Да! — он больше не посмеет тронуть меня или заставить, что-либо сделать. Тем более я жена Лорда, как бы это ни было ужасно, но Эдуард потерял надо мной власть. ― Я твердо решила!
Остаток ночи мы провели у синьоры Джиселлы Эспосито — приемной бабушки Эдуарда. Пати долго сидела с девочкой, но потом уложила ее в кровать и легла рядом. Мы с Пиппо спали в комнате на первом этаже. Утром меня разбудила Патриция:
― Мийка, тут врач звонит из больницы насчет Лорда.
Я подскочила и взяла трубку:
― Да, слушаю!
― Синьора Мия, к вашему супругу приходили двое полицейских по поводу вчерашней аварии, теперь хотят с вами побеседовать. Сможете подойти? Они здесь будут часа через два. А потом и я с вами хочу обсудить его, мягко говоря, необычное заболевание.
― Да, хорошо. А как он?
― Стабильно-тяжелый. Ему не стало лучше, к сожалению.
― Я скоро подойду.
― Ну? Как Лорд?
― Плохо… Как мне доехать до больницы?
― Ты же в пижаме туда не пойдешь. Пошли домой, переоденешься, и я тебя отвезу.
― А как же Эва?
― С прабабушкой побудет, она у нее классная оказывается.
Я попрощалась с Джиселлой, Пиппо остался с девочкой. Дома я приняла душ, переоделась в белую блузку, нежно-голубые брюки и синий пиджак. На ногах оставила красавки — я бы в них всегда ходила. Мы выпили кофе, съели по булочке, которую купили по дороге домой и поехали в больницу.
― Мийка, а тебе не кажется странным: Лорд угодил в аварию, почти в то же время, что и на тебя машина наехала?
― Кажется.
― Слушай, а может это он и сделал?
Я пожала плечами:
― Возможно… Но не понимаю зачем. Я стала его женой, так зачем меня убивать…
― Женой стала? Ты же за Эдом замужем. Развод-то он тебе не давал или аннулировал бумаги?
― Да, Дима что-то сделал и я… Он меня ему отдал понимаешь, а сам исчез. А потом вот, вчера со мной встретился и рассказал историю Рэдинии…, — и тут я вспомнила слова, которые он сказал в этом странном сне «извини, что так вышло, но это был единственный способ увидеться с тобой»… ― Получается Лорд на меня специально наехал, чтобы я с Димой увидеться?!
― Мийка, у тебя до встречи с полицейскими полтора часа, расскажи мне, пожалуйста, что происходит. Я очень мало понимаю из твоих слов, но мне хочется помочь тебе и Диме.
И я все ей рассказала: про мои безумные шляпы, про красные локоны, про Лутиана. Про Рэдинию и амулет. Рассказала, как я попала сюда и кто такие Дмитрий, Лорд и Эдуард на самом деле. И про ночную встречу с Дмитрием тоже рассказала. Она внимательно слушала, не задавая вопросов.
― Вот вся моя история. Помню, тогда на крыше ресторана ты сказала, что после того, как поговорила со мной тебе стало легче, и ты мне благодарна. Теперь я очень благодарна тебе, мне действительно, легче.
― Птичка моя! — Пати обняла меня и поцеловала в макушку.
― Мне пора.
― Я тебя подожду здесь.
― Нет, поезжай к дочке, и на работу. Ты и так сделала для меня очень много.