Наследница. Страж моего сердца (СИ)

― Мия Алмазова?
Я аж подпрыгнула, вновь услышав это имя. Но решила подыграть, может, если я не буду сопротивляться событиям, то узнаю правду:
― Да!
― Пройдемте в кабинет, я вас осмотрю.
― Мне нужно дождаться подругу, иначе она меня потеряет.
― Я сообщу администратору, где вас искать.
Она отошла к такому же огромному овальному столу, как в отелях у входа, и о чем-то начала говорить с девушкой, находящейся за ним. Потом вернулась ко мне:
― С собаками у нас нельзя, к сожалению.
― Без песика я не пойду!
― Ну, хорошо, проходите с ним.
Волшебные слова. Где же Пати подевалась? Мы прошли по короткому коридору и вошли в небольшой кабинет. Она усадила меня на длинный диван без спинки, а сама села рядом:
― Что произошло? Можете рассказать?
― Дмитрий исчез, а потом я вновь увидела его в красивом саду, и он рассказал историю медальона, да, и вообще нашей страны в целом.
― Так, сильный ушиб головы с выраженной симптоматикой.
― Послушайте, а откуда вы знаете, что меня зовут Мия Алмазова?
― На карточке так написано. Давайте-ка, проверим ваши рефлексы. Ногу на ногу положите, пожалуйста. Нет, песика придется опустить на пол.
― Но вам ведь никто не сказал, что меня так зовут.
― Врач скорой помощи сказал. У меня помечено, что информация со слов вашей подруги. А теперь встаньте и попробуйте пройтись.
Значит, Пати знает мое имя, которое у меня здесь. А может, Дмитрий еще что-то обо мне рассказывал? Сейчас вставать мне было уже легче, но все равно голова кружилась.
― Я думаю, что меня можно отпустить домой. Нужно завтра найти Лорда.
― Лорда? К нам несколько часов назад поступил человек с таким именем. Вы его знаете?
Не могла поверить в то, что слышу. Лорд в больнице?
― Да, знаю. А что с ним?
― Замечательно. Вы ему кем приходитесь?
― Ж…, — сказать, что я его жена? Или кто? Подруга брата?
― Мия? Вы меня слышите? Опять кружится голова?
― Нет, нет. Я его… подруга брата.
― К сожалению, мы не можем разглашать информацию нечленам семьи.
― А я его жена.
― Вы же сказали, что подруга? — смотрела на меня подозрительно, будто на мне цветы начали расти.
― Вчера была подругой, а сегодня стала женой. Пришлось…, — жутко завралась, а по лицу этой дамы было видно, что она не очень-то и верит мне. ― Я же ударилась головой, поэтому не упомнить всего и сразу…
― Ну, возможно… Хорошо, я вас к нему отведу. Может, прольете свет на то, что с ним произошло.
Я взяла Пиппо на руки и пошла за врачом. Что могло произойти с Лордом и вообще, почему он в больнице? Может это ловушка? Я остановилась:
― Подождите!
― Да?
― Боюсь увидеть его в жутком состоянии. Что с ним произошло?
― Да, нет, ну что вы, не стоит насчет этого переживать. С ним все более-менее в порядке. Пойдемте.
Я пошла за ней, прижимая Пиппо к себе покрепче. Куда же делась Пати? Мы поднялись на второй этаж, прошли несколько шагов по коридору и оказались возле двери с надписью «Интенсивная терапия».
― Что это?
― Сейчас состояние стабильно-тяжелое. Пройдите к нему, возможно, он с вами поговорит. Но с собаками точно нельзя.
― Пиппо побудешь здесь один? — песик сомкнул глазки, будто сказал «да». ― Хорошо. Погладила его и посадила на пол, врач открыла мне дверь и я вошла внутрь. Там был приглушенный свет, пикали странные ящики с зигзагообразными полосами — похожими на те, что оставлял после себя Бэдклиф. Стояло несколько железных палок с мешочками, в которых была прозрачная жидкость. На кровати подобной массажному столу, только шире, на животе лежал мужчина, спина была накрыта простыней. Я обошла кровать и подошла к изголовью: конечно же, я его узнала — это был Лорд, глаза его были закрыты, а из носа торчали две трубки, ведущие куда-то за спинку кровати.
― Вы узнаете его?
― Да, конечно! Что с ним произошло?
― Мы точно не знаем причину аварии, но синьор врезался на машине в стену дома. Будет вестись следствие, но он потерял много крови, а она настолько редкая, что мы теряемся в догадках, где взять донора. Если вы его жена, то может у вас схожая кровь?
 
Меня, как ледяной водой обдало: моя кровь нужна Лорду? Человеку, который мою жизнь сделал затворнической, чье имя я на дух не переносила и тот, кто разлучил меня с любимым человеком?
― Вы согласны?
Я посмотрела на врача, потом на него: в лице не было жизни. Неужели он может умереть? Исчезнет, как Дмитрий?
― Я…
― Возможно, у вас были плохие отношения, но боюсь, что без этого шанса у него они уже закончились. Мне очень жаль. Не хотела вас пугать изначально.
Я вспомнила про малыша Калистена и его замечательных родителей. Неужели многолетняя история может закончиться вот так? А почему он был в машине? Пытался сбить меня? А ведь, точно — хотел меня погубить! Очень вероятно, что его сердце озлобилось, и о любви там и речи нет.
― Подумайте, я на минуточку отойду.
Врач вышла за дверь, а я подошла ближе и села у изголовья напротив Лорда. Он резко открыл глаза и попытался что-то сказать, но у него не получалось. Ящики, которые отбивали один ритм пронзительных писков, сменили его на другой — более быстрый. Я подошла еще ближе и заглянула в глаза — они были такой же неимоверной красоты, как у Дмитрия. Захотела коснуться его тела, но не успела — в комнату забежали несколько человек в белых халатах и начали переворачивать его на спину. У всего этого было ощущение нереальности, кошмарного сна. Ко мне подошла женщина-врач и вывела из палаты.
― Что с ним будет?
― Врачи делают все возможное.
Она начала закрывать дверь, и последнее, что я увидела это его взгляд — посмотрел так, как всегда, смотрел Дмитрий — с нежностью, и закрыл глаза. Из ящиков донесся однотонный пронзительный звук. Я посмотрела на врача, а она сочувственно пожала плечами. Нет, нет, нет!
― Возьмите мою кровь! Проверьте, может, она ему подойдет! Пожалуйста, спасите его! Почему вы ничего не делаете?
― Боюсь, что слишком поздно, синьора!
― Не может быть! Этого не может быть!
Она пыталась меня удержать, но я ворвалась в комнату и увидела, как его тело накрывают белой простыней.
― У него не было никаких шансов, — сказал кто-то из находящихся там людей.
― Оставьте меня с ним. Я прошу, оставьте меня с ним наедине! — я плакала и кричала. Наконец-то они все ушли и закрыли комнату. Я подошла, открыла лицо и увидела, как оно становится бледным. Начала растирать ладони, но почему-то у меня ничего не получалось. Пробовала снова и снова и наконец-то увидела долгожданные синие искорки. Отбросила простынь с груди и прикоснулась к его сердцу — оно молчало.
― Поговори со мной, поговори со мной, — старалась стрелять магией прямо внутрь тела. Не знаю почему я это делала, но мне казалось, что я должна разбудить сердце, которое уснуло от перенесенной боли. Еще раз, еще раз, но ничего не менялось — оно не отвечало мне. Тогда взяла его руку и прикоснулась ей к своему сердцу: возможно, мое живое сможет пробудить уснувшее. Я просила Великого Дракона помочь. Долго держала его руку у своего сердца, пока не почувствовала едва заметное шевеление пальцами, прикоснулась к его груди и услышала голос: «тук, тук, тук»…
Глава 20
Ящики молчали, по-видимому, их уже отсоединили. Я села на кровать и начала ждать, пока он откроет глаза, но этого не происходило. Единственное, что я ощущала это голос сердца и едва уловимое движение грудной клетки — он дышал. Значит, был живой.
Через пару минут зашла та самая женщина-врач:
― Синьора, вам лучше выйти… Что? — она быстро подбежала к нему, послушала сердце и начала светить фонариком в глаза. ― Удивительно! Что здесь произошло?
― Думаю, что ему еще рано уходить…
― Чего же вы молчали, нужно срочно, — достала телефон и начала кому-то звонить. ― Срочно в седьмую реанимацию!
Я встала к стене и просто наблюдала, как к нему заново подключают пикающие ящики, вставляют в нос трубки и подсоединяют мешочки с прозрачной жидкостью на железных палках и переворачивают на живот. Подошло двое врачей, а женщина, освободившись, подошла ко мне и предложила выйти. Когда мы вышли, Пиппо нигде не было. А у меня не было сил искать.