Девиантный рыцарь (ЛП)

— Круз отрезал тебя, принцесса.
Я скриплю зубами от этого прозвища.
— Круз может трахаться, — говорю я достаточно громко, чтобы он мог меня услышать.
Мой дядя только улыбается и качает головой. — Еще один, — говорит он парню.
— Ты слышала это от босса, принцесса.
Я прищуриваюсь, глядя на него, как бы его ни звали. — Ты хочешь сохранить эту нашивку, я предлагаю тебе сделать меня счастливой, — шучу я, но то, как бледнеет его лицо, заставляет меня задуматься, сколько у меня может быть власти.
Может быть, быть принцессой клуба не так уж и плохо.
В ту секунду, когда он приносит мой напиток, я выпиваю его и извиняюсь перед дамами.
На обратном пути я включаю музыку погромче, которая тихо играла из колонок на баре, к большому раздражению толпы пожилых членов клуба, которые смотрят спортивные состязания на плоском экране на другой стороне здания клуба.
— Потанцуй со мной, — говорю я, протягивая руку Ксандеру, когда подхожу к нашему столику.
Крики и свистки исходят от остальных парней.
— Иди туда, приятель, — шутит Ганнер.
— Пошел ты, Ган. Я слишком ценю свой член, чтобы приближать его к нашей принцессе.
— О, ты не просто так это сказал, — киплю я, мои руки на бедрах, когда я смотрю на него.
Ксандер поднимает руки в знак поражения.
— Это правда. Круз и Президент отрезали бы это самым тупым ножом, который смогли найти, если бы я переступил черту.
Я оглядываюсь через плечо, и Круз кивает Ксандеру, доказывая, что его предыдущие слова более чем правдивы.
— Мужчины, — вздыхаю я. — Давай. Я хочу танцевать. Только не позволяй своему члену прикасаться ко мне, — шучу я.
Я тащу его на открытое пространство, и через несколько минут к нам присоединяются еще несколько пар. Мы все счастливо танцуем вместе, пока остальная часть клуба наблюдает за нашими выходками.
Алкоголь действует на меня сильнее с каждой проходящей секундой, и мои ноги становятся все менее и менее устойчивыми с каждой новой песней.
— Эй, тебе нужно сесть, — говорит Ксандер, его большие руки сжимают мои бедра, чтобы я не упала лицом на грязный бетонный пол.
— Я в порядке, я… — Мои слова прерываются, когда я встречаюсь с ним взглядом.
Они могут быть синими, но это не мешает моему разуму превратить их в другую зеленую пару, когда он смотрит на меня сверху вниз.
— Эмми? — шепчет он, явно чувствуя, что между нами что-то потрескивает.
Мои руки опускаются ему на плечи, когда я пытаюсь притянуть его ближе к себе. Мое окружение давно исчезло. Я не слышу музыку или парней, которые, вероятно, предупреждают Ксандера ничего не предпринимать, опасаясь, что Круз всадит ему пулю в мозг.
Все, о чем я могу думать, это эта связь. На что это было похоже, когда Тео поцеловал меня прошлой ночью. Как все мое тело расслабилось, но в то же время невероятно напряглось. Как я хотела притянуть его ближе, но оттолкнула. Как он заставил меня гореть похотью и нефильтрованной ненавистью одновременно.
Я ненавижу его. Я знаю. Я ненавижу его. Я просто—
Все происходит так быстро, что я не успеваю осознать движение вокруг меня, тот факт, что руки Ксандера больше не держат меня, пока моя задница не ударяется о неумолимый пол, и жужжание в ушах начинает стихать.
Вокруг меня царит хаос, но моему мозгу требуется немного больше времени, чем необходимо, чтобы понять, что происходит.
— Тео, нет, — кричу я — или, по крайней мере, думаю, что кричу, когда заставляю свои конечности действовать и поднимаюсь на ноги. — Тео!
Мчась туда, где он прижал Ксандера к стене, я обхватываю его предплечье в надежде остановить его.
Но я быстро обнаруживаю, что опоздала.
У Ксандера уже разбита губа, кровь капает с подбородка на белую рубашку.
— Черт возьми, Тео. Отвали от него.
Я тяну Тео за руку, но он совсем не ослабляет хватку на Ксандере. Вместо этого он подходит ближе, их носы почти сталкиваются.
— Если ты прикоснешься к ней еще раз, я, блядь, убью тебя. Ты понял, Икс?
Ксандер совсем не съеживается, несмотря на разъяренного гребаного психопата, который прямо перед его лицом.
 
Он боец, и есть хороший шанс, что он, вероятно, мог бы сразить Тео прямо сейчас, но каким-то образом ему удается сохранять хладнокровие и просто смотреть в пылающие зеленые глаза, которые смотрят на него чистой смертью.
— Я остановил ее падение на задницу, ты, придурок. Что-то, о чем ты явно не слишком заботился, увидев, как она упала на пол в ту секунду, когда ты прикоснулся ко мне. — Глаза Ксандера сужаются на Тео, его голос вибрирует холодом, когда он защищается.
В клубе царит тишина, поскольку каждый человек в большом пространстве наблюдает за тем, что Тео собирается делать дальше.
Я понятия не имею, как много они знают о нем, но предвкушение, которое прокатывается по комнате, говорит мне, что они более чем осознают, насколько он опасен.
Наконец, Тео отводит взгляд от Ксандера и обращает свои горящие глаза на меня.
— Ты в порядке?
Качая головой, я разочарованно выдыхаю.
— Пошел ты, Чирилло. Блядь… Ты…
Повернувшись к нему спиной, я хватаю свою куртку и сумку со стула, на котором оставила их, и вылетаю из здания клуба, обеспокоенные глаза следят за каждым моим движением.
— Эм, ты в порядке? — тихо спрашивает Круз, хватая меня за плечо, чтобы остановить.
— Да, — шиплю я, отмахиваясь от него. — Я, блядь, в порядке. Спасибо тебе.
Высвобождая свою руку из его хватки, я направляюсь к дверям.
— Не садись на свой гребаный байк, малыш.
Перебрасывая ему средний палец через плечо, я распахиваю дверь с такой силой, что она ударяется о стену.
Я глубоко вдыхаю ледяной воздух, внезапно чувствуя себя раздражающе трезвой.
Повсюду стоят мотоциклы, что еще больше выделяет Ferrari Тео там, где она брошена посреди парковки.
Раскрывая сумку, я ищу свой рождественский подарок от Стеллы и вытаскиваю лезвие из ножен.
Возбуждение разливается по моим венам при мысли о его реакции.
Пошел он.
Отправляйся в гребаный ад и возвращайся с кактусом в заднице.
Я бросаюсь вперед, крепко сжимая пальцами рукоятку, готовая нанести какой-нибудь ущерб.
Я почти касаюсь идеальной черной краски двери, когда его глубокий, раскатистый голос эхом разносится по всему комплексу.
— Даже не думай об этом, Рэмси.
Улыбка появляется на моих губах, когда лезвие соединяется.
Я оглядываюсь через плечо, мои глаза встречаются с его широко раскрытыми, полными ужаса, когда я провожу острым кончиком своего ножа по боку его драгоценного ребенка.
Я не останавливаюсь, пока не упираюсь в край двери. Затем я убираю нож, надеваю на него чехол и бросаю обратно в свою сумку.
Я могла бы сделать больше, но я почти уверена, что только что высказала свою точку зрения. Кристально чисто.
Поворачиваясь к нему лицом, я вижу, что он стоит, прижав кулаки к бокам, его грудь вздымается, а глаза прожигают дыры в моих.
Мне не нужно подходить ближе, чтобы понять, что его обычно зеленые глаза сейчас черные и чертовски смертоносные. Я чувствую это по напряжению, которое потрескивает между нами.
Позади него стоят Круз, Ксандер, Ганнер и горстка других парней, которые ждут, что произойдет дальше.
Внезапно Круз отходит в сторону, и мой дедушка пробирается сквозь толпу.
Он бросает взгляд на Ксандера, у которого по подбородку все еще течет кровь, прежде чем встать перед Тео, хотя его глаза прикованы ко мне.
— Что, черт возьми, происходит? — рычит он.
— Ничего, дедушка. Я об этом позабочусь.
Он осматривает меня с ног до головы, я полагаю, проверяя, нет ли травм.
— Я могу справиться с Теодором.
Лицо Тео каменеет, когда я использую его полное имя, и дед этого не упускает.
Повернувшись ко мне спиной, он сосредотачивается на Тео, хотя глаза Тео остаются прикованными ко мне поверх плеча дедушки.
Я не слышу, что говорит ему дед, но Тео вообще не реагирует — хотя его ответ, который я могу прочитать по губам, посылает огонь по моим венам.